26 февраля 2026 года. Иногда складывается стойкое ощущение, что воздух в высоких кабинетах и на закрытых VIP-трибунах берегов Невы пропитан каким-то специфическим, кристально чистым газом, который напрочь отключает у людей связь с объективной реальностью. Вчерашний информационный фон взорвал бывший футболист петербургской команды Дмитрий Баранник. Он выдал в прессу тираду, от которой настолько густо несет снобизмом элитного закрытого общества, что в столице должны были мгновенно заледенеть лужи, несмотря на приближающуюся весну.
Спикер с абсолютно серьезным, непроницаемым лицом, слегка приправленным снисходительной, почти отеческой улыбкой римского патриция, назвал столичный ЦСКА «хорошим филиал-клубом». Вы только попытайтесь вдуматься в саму архитектуру этой потрясающей формулировки. Московский гранд. Команда с колоссальной, многолетней историей, с огромной армией преданных фанатов, с собственными амбициями и инфраструктурой. И этот коллектив легким, небрежным движением языка превращается в региональное отделение по выдаче кредитов. В послушный придаток.
Это не просто мимолетное высокомерие. Это публичная, хлесткая пощечина, заботливо завернутая в глянцевую обертку из фальшивого добродушия. Представьте себе картину: директор одного гигантского банка выступает на конференции и называет другой, не менее крупный и влиятельный банк, своим мелким филиалом просто потому, что они недавно обменялись топ-менеджерами. В корпоративном мире за такие слова мгновенно обрушивают акции и подают многомиллионные иски. А в нашем околофутболе это преподносится как милая, ностальгическая аналитика.
Баранник, правда, моментально почувствовал, что зашел слишком далеко, и тут же попытался отыграть назад. Он трусливо прикрылся спасательным кругом, бросив в толпу извиняющуюся фразу: мол, это все больше шутка, а москвичи показывают интересный и содержательный футбол. Потрясающий, избитый прием из арсенала школьных хулиганов! Сначала ты выливаешь на голову соседа целое ведро словесных помоев, а потом невинно хлопаешь ресницами и заявляешь, что просто проверял его чувство юмора. Эта словесная эквилибристика имеет абсолютно четкую, выверенную цель. Она призвана больно уколоть, принизить конкурента, публично указать ему на его место в пищевой цепи. Сюзерен лениво похлопывает вассала по плечу. Но самая горькая ирония в этой ситуации заключается в том, что вассал совершенно не собирается гнуть спину, а шутка звучит невероятно жалко на фоне реального турнирного положения.
Бартер для миллионеров: как элита играет в обменные карточки
Чтобы понять истинную глубину этого управленческого пафоса, давайте заглянем в платежные ведомости абсурда, обслуживающие эту спортивную ярмарку тщеславия. Поводом для выступления ветерана стала громкая январская сделка. Настоящий натуральный обмен в лучших традициях раннего Средневековья, только вместо мешков с зерном, редких специй и шкур пушных зверей здесь фигурируют живые люди с многомиллионными личными контрактами.
Защитник Игорь Дивеев пакует свои брендовые вещи, прощается с московскими пробками и отправляется цементировать оборону петербуржцев. В это же самое время нападающий Лусиано Гонду садится в скоростной поезд, чтобы двигаться в обратном направлении, навстречу столичным стадионам. Оцените красоту и цинизм этой игры! Зачем утруждать финансовые отделы сложными, многоступенчатыми банковскими переводами, зачем платить живые деньги, если можно просто поменяться дорогостоящими игрушками?
Эти двое крепких парней стоят столько, что на их суммарную трансферную стоимость можно было бы полностью, до последнего винтика, обновить автопарк скорой помощи в нескольких регионах нашей необъятной страны. Или построить с нуля десяток современных спортивных интернатов, где дети могли бы бесплатно заниматься спортом. Но элитные корпорации предпочитают играть в картонные обменные карточки. Они бесконечно тасуют узкий круг статусных исполнителей, лениво перекладывая золотые слитки из правого кармана в левый.
Вчера фанаты срывали голоса, скандируя имя Гонду на трибунах одного стадиона, а сегодня они должны резко стереть память и начать обожествлять Дивеева. Живые люди окончательно и бесповоротно превращены в сухие функции, в разменную монету большой кабинетной игры. И на фоне этого бездушного, циничного бартера бывшие футболисты позволяют себе рассуждать о том, кто чей филиал. Какая дикая, оторванная от жизни картина! Люди оперируют суммами с шестью нулями так легко, будто меняются вкладышами на школьной перемене, попутно отказывая своим прямым партнерам по сделке в праве на самостоятельность и самоуважение.
Фантомная корона: психология ветерана на страже чужого величия
Давайте нырнем еще глубже, прямо в подсознание автора этого эпохального комментария, чтобы препарировать природу его мыслей. Откуда вообще берется эта тяжелая фантомная корона на голове? Чтобы обосновать свой унизительный тезис про «филиал», Баранник достает из пропахшего нафталином архива тысяче девятьсот девяносто первый год. Тот самый год, когда московский клуб забрал последнее союзное чемпионство. И знаете, в чем кроется главная, фундаментальная заслуга москвичей по эксклюзивной версии нашего эксперта? Оказывается, там было много питерских воспитанников!
Тридцать пять долгих лет прошло с того момента. Сменились глобальные политические эпохи, рухнули огромные империи, технологии перекроили облик планеты до неузнаваемости. Выросло целое новое поколение болельщиков, которое видело тот древний футбол исключительно на мутных, затертых до дыр видеокассетах. А человек судорожно, отчаянно цепляется за события глубокой древности, чтобы искусственно, за уши притянуть чужой исторический триумф к своему городу.
Нарисуйте себе внутренний монолог этого ветерана. Непреодолимое, жгучее, разъедающее душу желание доказать свою абсолютную исключительность заставляет его искать «своих» агентов влияния в чужом успехе тридцатилетней давности. Это классическая, хрестоматийная психология человека, который давно повесил бутсы на гвоздь, но отчаянно, до дрожи в руках хочет оставаться в актуальной повестке.
Тяжелый пафос здесь служит лишь дешевой ширмой, маскирующей банальную зависть и страх забвения. Принижение чужих заслуг ради собственного возвеличивания — удел слабых, даже если эти слабые вещают от имени самой богатой и влиятельной организации в лиге. Попытка натянуть сову на глобус и доказать, что абсолютно любая победа исторического конкурента — это на самом деле твоя скрытая, тайная заслуга, выглядит не просто смешно. Она выглядит откровенно жалко. Это мышление феодала, который искренне верит, что солнце всходит исключительно благодаря его личному распоряжению.
Суровая арифметика: когда «прислуга» наступает на пятки
А теперь давайте стряхнем пыль с этих забавных исторических мемуаров и посмотрим на жестокую, не прощающую иллюзий математику текущего дня. Турнирная таблица не обладает чувством юмора. Она не понимает снисходительных шуток, не читает интервью ветеранов и не благоговеет перед бюджетами. Она бесстрастно фиксирует голые факты.
Откроем свежую сводку: позади восемнадцать туров тяжелейшего, изматывающего марафона, где каждый турнирный балл выгрызается с кровью, потом и порванными крестообразными связками. Что мы видим на табло? У гордых «хозяев» из Петербурга в копилке 39 очков и текущее второе место. У назначенного ими «филиала» из столицы — 36 очков и четвертая позиция.
Внимательно всмотритесь в эту гигантскую пропасть, которая на деле оказывается микроскопической, едва заметной трещиной в асфальте. Разрыв между сюзереном и вассалом составляет ровно три очка. Три жалких очка! Это одна-единственная победа в очном противостоянии. Один случайный рикошет от колена уставшего защитника, одна глупая судейская ошибка, один порыв ветра, изменивший траекторию мяча, или один точный удар головой того же Дивеева или Гонду — и эта дистанция растворяется в воздухе.
Вся эта показная барская риторика с оглушительным треском бьется о суровые, бескомпромиссные цифры. Если это ваш покорный, абсолютно ручной фарм-клуб, то почему он дышит вам прямо в затылок, обдавая шею ледяным дыханием реальной спортивной конкуренции? Почему Баранник вынужден сквозь зубы, словно выдавливая из себя едкий лимонный сок, признавать, что москвичи показывают интересный футбол?
Называть команду бесправным филиалом, когда она в любой момент может скинуть тебя с пьедестала и оставить без путевки в счастливое будущее — это демонстрация абсолютной, клинической оторванности от нервного пульса текущего сезона. Гордыня всегда ослепляет. Она заставляет функционеров верить в собственную божественную непогрешимость ровно до того момента, пока «прислуга» не заберет твои золотые медали и не выставит тебя на посмешище.
Замкнутая экосистема: деградация через корпоративные обмены
Эта словесная пикировка и январский бартер живыми людьми — не просто локальный, местечковый конфликт двух мегаполисов, решивших в очередной раз помериться размером своего раздутого эго. Это глобальный, системный диагноз всему нашему огромному спортивному хозяйству. Лига окончательно, бесповоротно кристаллизовалась в закрытую, наглухо задраенную герметичную экосистему. Элита лениво варится в собственном соку, потягивая дорогие напитки в VIP-ложах и обмениваясь ядовитыми колкостями через лояльную прессу.
Остальные четырнадцать команд чемпионата существуют просто как массовка в этом дорогом блокбастере. Мы видим, как несколько команд, обладающих абсолютной монополией на деньги, административный ресурс и влияние, просто бесконечно гоняют по кругу одну и ту же колоду дорогущих футболистов. Никакого концептуального развития. Никакого свежего притока голодной, злой крови. Никаких революционных тактических открытий.
Происходит банальное, механическое перекладывание активов с баланса на баланс. Гонду сбрасывает один цвет футболки, Дивеев примеряет новую форму. Корпоративная карусель надсадно скрипит, но продолжает крутиться. Многомиллионные бюджеты исправно осваиваются менеджерами и агентами, а бывшие игроки продолжают жить сладкими иллюзиями собственного непререкаемого величия, раздавая ярлыки.
Эта порочная система, построенная на натуральном обмене между грандами, ведет к сытой, ленивой и абсолютно предсказуемой стагнации. Рядовой зритель, тот самый человек, который покупает билеты и трансляции, смертельно устает от этого стерильного театра миллионеров, где живая интрига подменяется кулуарными сделками и высокомерными интервью. Настоящий, искренний спорт медленно умирает в этих душных кабинетных разборках.
И пока кто-то на полном серьезе тешит свое эго воспоминаниями о триумфах начала девяностых годов, реальная конкуренция безжалостно заменяется торгом живым товаром. А снисходительные шутки про послушные фарм-клубы — это лишь истеричный, нервный смех на палубе роскошного тонущего корабля. Корабля, пассажиры которого слишком сильно увлечены дележкой кают первого класса, чтобы заметить огромный, холодный айсберг турнирной таблицы, неумолимо надвигающийся из тумана.
Автор: Максим Поддубный, специально для TPV | Спорт
А если ты хочешь, ещё что-то почитать, то рекомендую эти статьи: