Глава 2
Анастасия Петровна проснулась с ощущением, что что-то упустила.
Позавтракав и приведя себя в порядок, она решила ещё раз внимательно осмотреть дом соседа. Вчера её отвлекали разговоры, а сейчас, в ясную морозную погоду, можно было рассмотреть всё как следует.
И она действительно увидела то, что вчера ускользнуло от внимания. Возле входной двери, почти замаскированные свежим снегом, лежали осколки стекла. Мелкие, но довольно многочисленные. Анастасия Петровна присела на корточки и осторожно раскопала снег рукавицей. Стекло было тонкое, прозрачное — похоже на оконное или от какой-то посуды.
«Странно, — подумала она. — Если Антон Сергеевич что-то разбил, чистя снег, то почему не убрал? Он же был таким педантом...»
Поднявшись, она ещё раз внимательно осмотрела следы. Вчера её смутило что-то в их расположении, и сейчас она поняла, что именно. Помимо аккуратной дорожки от калитки к дому, были ещё одни следы — гораздо менее отчётливые, почти затёртые. Они вели от дома не к калитке, а в сторону, к забору, а оттуда — непонятно куда. Словно кто-то пытался их замести.
— Анастасия Петровна! А что это вы тут с утра пораньше?
Она обернулась.
— Виталий, добрый день, — поздоровалась она.
— Ужасная история с Антоном Сергеевичем, — покачал головой Виталий. — Хороший был мужик. Кстати, я к нему позавчера заходил, соли попросить. Он как раз собирался снег чистить, говорил, что завтра с утра примется.
— Позавчера? — уточнила Анастасия Петровна. — А не вчера?
— Нет, нет, именно позавчера, — быстро ответил молодой человек, но что-то в его голосе было неуверенное. — Я же помню точно. А вчера я вообще никуда не выходил, фильмы смотрел дома.
— А соль он вам дал?
— Конечно! Антон Сергеевич никогда не отказывал в помощи. — Виталий нервно переминался с ноги на ногу. — Слушайте, а что это вы тут, как детектив какой-то? Участковый же всё уже выяснил — сердечный приступ.
— Просто любопытно, — пожала плечами Анастасия Петровна. — Привычка, знаете ли.
После этого разговора Виталий заторопился домой, несколько раз оглядываясь через плечо. А Анастасия Петровна задумалась: почему молодой человек так нервничает? И почему он путается в датах?
К обеду к ней домой зашла Марина Вячеславовна Корнеева — председатель садового товарищества. Дама лет пятидесяти пяти, энергичная, всегда при параде, она появлялась в посёлке время от времени, чтобы решить какие-то организационные вопросы.
— Анастасия Петровна, — начала она без предисловий, усаживаясь за стол и принимая предложенный чай, — до меня дошли слухи, что вы тут... как бы это сказать... расследование проводите?
— С чего вы взяли? — удивилась Анастасия Петровна.
— Да Олег Викторович звонил, взволнованный весь. Говорит, вы вчера его расспрашивали про Антона Сергеевича. А сегодня Виталий видел, как вы у дома покойного что-то ищете. — Марина Вячеславовна отпила чай и посмотрела строго. — Анастасия Петровна, я понимаю, что у вас большой опыт следственной работы, но зачем поднимать шумиху? Человек умер от сердечного приступа — это же очевидно! Участковый составил протокол, родственники извещены...
— А какие родственники у Антона Сергеевича? — перебила её Анастасия Петровна.
— Племянник в Москве. Уже приезжал, документы оформлял. Хоронить будут послезавтра. — Председатель помолчала, а потом добавила: — Послушайте, я же не против вашего любопытства в принципе. Но люди начинают нервничать, понимаете? Олег Викторович вообще собирается в город уехать на время. Говорит, не хочет, чтобы его в чём-то подозревали. А Виталий... ну, он и так парень неуравновешенный, а тут ещё ваши вопросы.
— Что значит неуравновешенный? — насторожилась Анастасия Петровна.
— Да ничего особенного, просто... — Марина Вячеславовна замялась. — В городе у него какие-то проблемы были. Поэтому и решил на зиму сюда перебраться, на природу. Подлечиться, так сказать.
— Какие проблемы?
— Анастасия Петровна, ну что вы как следователь на допросе! — нервно рассмеялась председательница. — Я же не его личный психотерапевт. Просто слышала, что стресс какой-то у него был на работе. Депрессия, может быть. Вот и решил сменить обстановку.
После ухода Марины Вячеславовны Анастасия Петровна призадумалась. Получается, что Виталий — не просто случайный сосед, а человек с проблемами. И именно он был последним, кто видел Антона Сергеевича живым. Или не последним?
Вечером она решила заглянуть к Марине Игоревне. Художница встретила её с обычной радостью, усадила на кухне и тут же поставила чайник.
— Марина Игоревна, — начала осторожно Анастасия Петровна, — а вы хорошо знаете нашего Виталия?
— Ой, — Марина Игоревна замешкалась с чашками, — а что про него можно знать? Молодой человек как молодой человек. Правда, странный какой-то.
— В каком смысле странный?
— Ну... — Марина Игоревна села напротив и заговорила доверительно. — Видите ли, он первые дни после переезда часто ко мне заходил. То чай попросит, то спичек. Я думала — парень один живет, хозяйства нет, ну и помогала. А потом заметила — он врет.
— Как это врет?
— Да так. Расскажет одно, а через день уже другое. То работает в какой-то фирме программистом, то говорит, что дизайнер. То из Петербурга, то из Москвы. — Марина Игоревна покачала головой. — Я сначала думала, может, просто путается от волнения. Переезд, новое место... Но потом поняла — специально обманывает.
— А с Антоном Сергеевичем он общался?
— Ну конечно! Антон Сергеевич же такой был — со всеми старался наладить отношения. Виталий к нему частенько наведывался, особенно последнее время. Говорил, что одному скучно, просил истории из жизни послушать. Антон Сергеевич любил рассказывать, как на стройках работал.
Анастасия Петровна отпила чай и задала следующий вопрос:
— Марина Игоревна, а позавчера вечером вы Виталия видели?
— Позавчера? — Художница нахмурилась. — А какое сегодня число? Десятое? Значит, позавчера было восьмое... Да, видела! Он как раз от Антона Сергеевича возвращался, часов в семь вечера. Я как раз ужин готовила, в окно смотрела. Шел быстро, даже почти бежал. Подумала тогда — неужели так спешит домой?
— А вчера его видели?
— Вчера... — Марина Игоревна задумалась. — Странно, а ведь не видела! И это при том, что весь день дома была, в окно поглядывала. Обычно он хоть раз да мимо пройдет — в магазин или еще куда. А вчера как сквозь землю провалился.
«Интересно, — думала Анастасия Петровна, возвращаясь домой. — Значит, Виталий говорит, что позавчера брал у Антона Сергеевича соль. Марина Игоревна подтверждает, что видела его возвращающимся от соседа позавчера вечером. Но сам Виталий утром сказал, что вчера никуда не выходил. А если так, то почему его никто не видел?»
На следующее утро она решила поговорить с Олегом Викторовичем. Программист встретил её настороженно, пригласил в дом неохотно
— Олег Викторович, — начала она, усаживаясь в его маленькой гостиной, заставленной компьютерной техникой, — вы говорили, что позавчера работали допоздна. А не помните, случайно, видели ли Виталия?
— Виталия? — Олег Викторович нервно поправил очки. — А зачем вам это? И вообще, Анастасия Петровна, зачем все эти вопросы? Марина Вячеславовна права — не надо поднимать шумиху.
— Просто любопытно. Привычка следователя, знаете ли.
— Но... — он помолчал, глядя в пол. — Видел. Позавчера часов в восемь вечера он мимо моих окон прошел. В сторону дома Антона Сергеевича.
— А обратно?
— Обратно? — Олег Викторович явно растерялся. — Не помню. Я же работал, не высматривал специально.
— А вчера Виталия видели?
— Вчера... — Он долго молчал, потом медленно произнес: — Нет. Не видел. Хотя... хотя должен был бы увидеть, если бы он выходил. У меня окна как раз на дорожку выходят.
— Олег Викторович, — решила прямо спросить Анастасия Петровна, — а вы сами позавчера к Антону Сергеевичу не заходили?
— Нет! — слишком быстро ответил он. — То есть... мы же не очень близко общались. Здоровались, конечно, но в гости друг к другу не ходили.
— Понятно. А вчера вечером, когда Антон Сергеевич снег чистил, вы его видели?
— Видел, видел. Из окна. Он там долго возился, до позднего работал. — Олег Викторович встал, явно давая понять, что разговор окончен. — Анастасия Петровна, я правда очень занят. У меня проект горит.
Выйдя от программиста, Анастасия Петровна почувствовала: что-то здесь определенно не сходится. Олег Викторович явно что-то скрывает. А Виталий... с Виталием вообще непонятно.
Она решила прогуляться к дому молодого человека. Дачка у него была небольшая, старенькая, стоявшая особняком у самого леса. Виталий как раз выходил из дома с большой сумкой.
— Далеко собрались? — поинтересовалась Анастасия Петровна.
— А! — Он вздрогнул, увидев её. — В город надо съездить. По делам.
— Надолго?
— Не знаю. Может, на неделю, может, больше. — Виталий торопливо закинул сумку в багажник старенькой машины. — Тут после смерти Антона Сергеевича как-то... неуютно стало, понимаете?
— Понимаю. Кстати, Виталий, а вы точно помните, когда последний раз с ним разговаривали?
— Да говорил же — позавчера! — В голосе молодого человека прозвучала досада. — Соли у него одолжил.
— А может, всё-таки вчера? – спросила Анастасия Петровна, голос её был удивительно мягким, будто она старалась не спугнуть осторожную мысль.
— Нет! — отрезал Виталий. — Нет, точно позавчера…
Я же помню.
— А вчера весь день дома сидели?
— Весь день, — кивнул он. — Фильмы смотрел, в интернете сидел.
Анастасия Петровна проводила взглядом отъезжающую машину и подумала: «Врет. Определенно врет. Но зачем?»
Вечером она сидела в своем кресле с блокнотом и записывала:
«Что мы имеем:
1. Виталий утверждает, что был у Антона Сергеевича позавчера, но вчера не выходил из дома.
2. Марина Игоревна подтверждает, что позавчера видела его возвращающимся от соседа, но вчера его не видела вообще.
3. Олег Викторович подтверждает, что позавчера видел Виталия идущим к дому Антона Сергеевича, но не помнит, возвращался ли тот.
4. Все говорят, что вчера Антон Сергеевич чистил снег, но никто точно не помнит деталей.
5. Осколки стекла возле двери и странные следы — на это никто не обратил внимания.»
Анастасия Петровна отложила ручку и потерла переносицу. Голова слегка болела от напряжения. За время следственной работы она привыкла доверять своей интуиции, а сейчас интуиция кричала: здесь что-то не так!
На следующий день должны были проводить Антона Сергеевича. Приехал его племянник из Москвы — мужчина лет сорока, в дорогом пальто, с вечно недовольным лицом. Он торопливо решал формальности, явно желая поскорее покончить с неприятным делом.
— Дядя был странным, — говорил он Марине Вячеславовне, пока та помогала ему разбирать документы. — Всю жизнь один прожил, друзей особых не было. Эту дачу купил — и пропал. Я его уговаривал продать участок, в городе квартиру поменять на лучшую, а он: "Нет, мне здесь нравится, на природе". Ну вот и довольствовался...
Анастасия Петровна слушала этот разговор, стоя у забора, и думала о том, как мало мы знаем о людях, с которыми живем рядом. Антон Сергеевич казался всем открытым, общительным человеком, а оказывается, даже родственники считали его чудаком-отшельником.
После прощания с Антоном Сергеевичем посёлок словно вымер окончательно. Виталий так и не вернулся из города. Олег Викторович заперся в своем доме и на улицу почти не выходил. Только Марина Игоревна изредка появлялась во дворе, но и она стала какой-то молчаливой и задумчивой.
А Анастасия Петровна все не могла успокоиться. Особенно её мучил вопрос про осколки стекла. Что именно разбилось возле двери Антона Сергеевича? И главное — когда?
На третий день она решилась на отчаянный шаг. Дождавшись вечера, когда стемнело, она взяла фонарик и отправилась к дому покинувшего этот свет соседа. Племянник ещё не приезжал забирать вещи, дом стоял заперт на висячий замок.
Анастасия Петровна тщательно осмотрела место возле входной двери. Осколков стало меньше — видимо, их частично растоптали во время суеты. Но кое-что она всё же нашла. Один крупный осколок застрял между досками крыльца. Она осторожно извлекла его и поднесла к фонарику.
Стекло было не простое, а рифленое. Такое используют в межкомнатных дверях или в небольших окошках. У Антона Сергеевича в двери как раз было маленькое стеклянное окошко...
Она подняла фонарик выше и внимательно осмотрела дверь. И действительно — стеклышко в двери было выбито! Правда, неаккуратно заклеено скотчем, но если присмотреться, то отсутствие стекла было заметно.
«Значит, кто-то разбил стекло в двери, — рассуждала Анастасия Петровна, возвращаясь домой. — Но зачем? Чтобы отпереть замок изнутри? Или чтобы что-то достать? А может, стекло разбилось случайно, во время борьбы?»
Утром её разбудил телефонный звонок. Звонила Марина Игоревна, голос у неё был взволнованный:
— Анастасия Петровна, а вы не знаете, где Олег Викторович? Вчера вечером должен был принести мне флешку с фотографиями — я у него на компьютере семейные снимки обрабатывала. Обещал зайти после восьми, но так и не пришел. А сегодня с утра стучу к нему — не отвечает.
— Может, уехал в город? — предположила Анастасия Петровна.
— Да машина-то на месте! Я видела. И свет в доме горел всю ночь. Может, что-то случилось?
Через полчаса они вдвоём стояли у дома Олега Викторовича. Дом действительно был заперт, на стук никто не отвечал. Но в окнах горел свет, а из трубы шел дымок — значит, хозяин топил печь.
— Олег Викторович! — громко позвала Марина Игоревна. — Откройте, мы волнуемся!
Тишина.
— Может, заболел? — предположила она.
Анастасия Петровна обошла дом кругом. С задней стороны было небольшое окошко — видимо, в кухню. Она заглянула внутрь и ахнула.
На полу лежал Олег Викторович. Неподвижно.
— Марина Игоревна! — крикнула она. — Срочно вызывайте "скорую" и участкового!
— Что случилось?
— Олег Викторович лежит без сознания. Или... — Анастасия Петровна не договорила.
Пока Марина Игоревна бегала звонить, Анастасия Петровна попыталась найти способ попасть в дом. Заднее окно было заперто, но стекло можно было разбить. Правда, это уже было бы вмешательство в место происшествия...
«Стоп, — подумала она. — Место происшествия? С чего я взяла, что это место происшествия? Может, у человека просто плохо с сердцем, или диабет, или ещё что-то...»
Но внутренний голос подсказывал: слишком много совпадений. Сначала умирает Антон Сергеевич при загадочных обстоятельствах. Теперь что-то случается с Олегом Викторовичем, который был одним из немногих свидетелей последних дней жизни соседа.
Участковый Семён Иванович приехал одновременно со "скорой". На этот раз он отнёсся к ситуации серьёзнее — возможно, потому что два происшествия в таком маленьком посёлке за неделю действительно выглядели подозрительно.
Дверь пришлось взломать. Олег Викторович лежал в кухне, у стола.
— Жив, — сказал фельдшер, проверив пульс. — Но состояние тяжелое. Похоже на отравление. Или передозировку чем-то.
Олега Викторовича увезли в больницу. Участковый составил протокол, опросил свидетелей и собрался уезжать.
— Семён Иванович, — остановила его Анастасия Петровна, — а вам не кажется странным, что за неделю два происшествия?
— Бывает, — пожал плечами участковый. — Зима, люди болеют, стрессы всякие. Один от сердца помер, другой таблеток лишних принял — депрессия, наверное.
— А если это не случайность?
Семён Иванович посмотрел на неё внимательно:
— Анастасия Петровна, я понимаю, что у вас опыт большой. Но тут всё ясно. Никаких признаков насилия, никаких следов борьбы или взлома. Мужик просто переборщил с лекарствами, вот и отравился. В больнице разберутся, что он там принимал.
— Но всё-таки... — начала Анастасия Петровна.
— Всё-таки ничего, — твёрдо сказал участковый. — Не ищите криминал там, где его нет. А то ещё и третий сосед от ваших расспросов в больницу попадёт — от нервов.
Анастасия Петровна проводила взглядом отъезжающую машину и почувствовала: теперь она точно одна в своих подозрениях. Но чем больше участковый убеждал её в том, что всё это случайности, тем сильнее росла её уверенность — в посёлке происходит что-то очень неладное.
Предыдущая глава 1:
Далее глава 3