Глава 1
Анастасия Петровна Кравцова проснулась от того, что батарея под окном предательски булькала, словно старый самовар перед закипанием. За окном бушевала такая метель, что даже привычные очертания соседской бани растворились в белесой пелене.
— Господи, — пробормотала она, натягивая тёплый халат, — февраль в этом году совсем разошёлся.
Дачный посёлок «Рябинушка», некогда многолюдный и шумный в летние месяцы, зимой превращался в настоящую пустыню. Из сорока восьми участков заселёнными оставались на половину меньше. Анастасия Петровна уже третью неделю жила на своей даче.
Соседи у нее были что надо. Антон Сергеевич Белкин из дома напротив — мужчина лет шестидесяти пяти, бывший инженер-строитель, живший здесь уже пятый год. Педантичный до невозможности, он даже в феврале умудрялся поддерживать свой участок в образцовом порядке. Дорожки у него всегда были расчищены, дрова сложены геометрически правильными рядами, а забор покрашен так, что хоть сейчас на выставку.
Справа от Анастасии Петровны жила Марина Игоревна Сомова — дама неопределённого возраста, художница, как она себя называла. Правда, что именно она рисовала, никто толком не знал. Зато она отлично готовила и частенько летом угощала соседей пирогами с яблоками из собственного сада. Характер у неё был переменчивый — то весёлая и болтливая, то задумчивая и молчаливая.
Четвёртым зимним жителем был Олег Викторович Малинин — мужчина сорока пяти лет, программист, работавший удалённо. Молчаливый, немного странноватый, но, в общем-то, безобидный. Жил в самом дальнем доме, почти у леса.
Анастасия Петровна заварила крепкого чаю, устроилась в любимом кресле у окна с детективом Агаты Кристи — после многолетней работы со следствием именно английские загадки казались ей самыми увлекательными — и принялась наблюдать за разбушевавшейся стихией. Метель была редкостная. Снег летел почти горизонтально, ветер завывал в трубе, а старые сосны гнулись так, что казалось — вот-вот переломятся пополам.
К вечеру буря стихла так же внезапно, как и началась. Анастасия Петровна, привыкшая к порядку, решила проверить, не нужна ли помощь соседям. Особенно её беспокоил Антон Сергеевич — в его возрасте расчищать такие завалы было тяжело.
Но когда она выглянула в окно, то увидела, что дорожка к дому Белкина уже расчищена, а сам он, в своей неизменной синей куртке, орудует лопатой возле крыльца. «Молодец, — подумала Анастасия Петровна, — не сдаётся».
Утром её разбудил отчаянный крик. Выскочив на улицу в тапочках, она увидела Марину Игоревну, которая стояла посреди дороги и причитала:
— Анастасия Петровна! Идите скорее! С Антоном Сергеевичем что-то случилось!
Белкин лежал рядом со своим домом, засыпанный свежим снегом. Лицо его было спокойным, почти умиротворённым. Рядом валялась лопата.
— Господи, — прошептала Марина Игоревна, — наверное, сердце не выдержало. В его возрасте, да такой снег расчищать...
Анастасия Петровна присела рядом с телом. Старые следовательские привычки проснулись мгновенно. Она внимательно осмотрела Антона Сергеевича, не прикасаясь к нему. Что-то здесь было не так, но что именно — пока понять не могла.
— Марина Игоревна, вызывайте участкового, — сказала она спокойно. — И Олега Викторовича найдите, пусть тоже придёт.
Участковый Семён Иванович Рыков приехал через час. Мужчина лет сорока, с благодушным лицом и слегка выпирающим животом, он осмотрел тело довольно поверхностно.
— Ну что тут непонятного, — заключил он, отряхивая снег с рукавиц. — Мужик в возрасте, снегу навалило — вот и не рассчитал силы. Сердечный приступ, классика жанра. Сколько таких случаев каждую зиму.
— Семён Иванович, — осторожно сказала Анастасия Петровна, — а вы заметили, что снег на дорожке расчищен очень аккуратно? И лопата лежит так странно...
— Анастасия Петровна, — улыбнулся участковый, — понимаю, профессиональная деформация. Но здесь всё ясно как день. Мужик работал, работал, а потом сердце прихватило. Упал — лопата и отлетела.
Но Анастасию Петровну что-то неотступно беспокоило. Слишком много лет она имела дело с преступлениями, чтобы не чувствовать подвох. И этот подвох витал в морозном воздухе, скрывался в идеально расчищенной дорожке и в том, как именно лежал Антон Сергеевич.
«Интересно, — подумала она, глядя, как участковый составляет протокол, — очень интересно...».
После отъезда участкового Анастасия Петровна не могла успокоиться. Она ходила по своей небольшой кухне, машинально переставляя чашки и думая о том, что же её так беспокоило в этой истории с Антоном Сергеевичем.
Марина Игоревна заглянула около полудня с термосом горячего чая и пирожками.
— Анастасия Петровна, вы там не заболели? — участливо спросила она, усаживаясь за стол. — После такого потрясения...
— Марина Игоревна, — перебила её Анастасия Петровна, — а вы вчера видели Антона Сергеевича? Когда метель закончилась?
— Ну как же, конечно! — оживилась соседка. — Я как раз хотела позвонить вам и предложить вместе снег расчистить, смотрю в окно — а он уже трудится. Такой молодец был... — голос у неё дрогнул. — Всегда всё сам, никого не просил о помощи.
— А во сколько это было примерно?
— Да часов в семь вечера, наверное. Темнело уже, но фонарь у него во дворе горел, так что видно было хорошо. — Марина Игоревна вытерла глаза краешком платка. — Представляете, он ещё и дорожку к моему дому наполовину расчистил! Я утром увидела — думала, может, это Олег Викторович постарался, но нет... Это же Антон Сергеевич, конечно. Всегда был такой заботливый.
Анастасия Петровна нахмурилась. Что-то в этом рассказе её насторожило, но она не могла понять, что именно.
— А Олег Викторович где был вчера?
— А кто его знает, — махнула рукой Марина Игоревна. — Он же у себя всегда сидит, за компьютером. Свет у него горел допоздна, это я точно помню. Когда чай вечером пила, видела — окна светятся.
После ухода соседки Анастасия Петровна надела тёплую куртку и отправилась осмотреть место происшествия. Участковый, конечно, уже всё изучил, но её профессиональное чутьё требовало собственного расследования.
Дом Антона Сергеевича стоял точно напротив её окон. Небольшой, аккуратный, с синими ставнями и крепким забором. Дорожка от калитки до крыльца была расчищена идеально — ни одного комка снега, ни одной неровности. И это при том, что навалило-то прилично, не меньше полуметра.
«Странно, — подумала Анастасия Петровна. — Если человек чистил снег и у него случился сердечный приступ, где неровности, незавершённые движения?»
Она обошла дом кругом. С задней стороны снег лежал нетронутый, что было логично. Но вот что привлекло её внимание — следы. Точнее, их отсутствие там, где они должны были быть.
От калитки к месту, где нашли тело, вела аккуратная дорожка. Но рядом с самим Антоном Сергеевичем снег был утоптан как-то странно. Словно кто-то ходил вокруг уже лежащего тела.
— Анастасия Петровна, что вы тут делаете?
Она обернулась. К ней приближался Олег Викторович — высокий, худощавый, в очках и вечной вязаной шапке. Выглядел он растерянно и немного испуганно.
— Здравствуйте, Олег Викторович, — поздоровалась она, — вот думаю, может, участкового что-то важное упустил. Привычка, знаете ли.
— А... а что тут могло быть важного? — он нервно поправил очки. — Мужчина в возрасте, физическая нагрузка, сердце... Всё же очевидно.
— Вы вчера Антона Сергеевича видели? Когда он снег чистил?
— Н-нет, — запнулся Олег Викторович. — То есть... может, мельком. Я работал, знаете, дедлайн горел. Сидел до глубокой ночи за компьютером.
— А когда последний раз с ним разговаривали?
— Да недавно... позавчера, кажется. Он спрашивал, не нужно ли мне дрова подвезти. Всегда был готов помочь, — голос у Олега Викторовича стал грустным. — Хороший был мужик. Жаль очень.
Анастасия Петровна кивнула и ещё раз внимательно осмотрела место. Лопата лежала метрах в двух от того места, где нашли тело. Обычная совковая лопата, ничего особенного. Но что-то в её расположении смущало опытного следователя.
Вечером она сидела в своём кресле, попивала чай с мёдом и размышляла. За окном уже стемнело, в домах соседей горели огни. У Марины Игоревны светилась кухня — наверняка готовила что-то вкусное. У Олега Викторовича, как обычно, весь вечер светился кабинет.
А дом Антона Сергеевича стоял тёмный и пустой.
«Что-то здесь не так, — думала Анастасия Петровна. — Что-то определённо не так. Но что именно?»
Она достала из ящика старый блокнот — тот самый, в который записывала важные детали во время работы следователем, он остался в ящике с лета, — и начала составлять список вопросов:
«1. Почему дорожка расчищена так идеально?
2. Почему следы вокруг тела выглядят странно?
3. Почему лопата лежит именно там?
4. Что делал каждый из соседей вчера вечером?»
Анастасия Петровна отложила ручку и посмотрела в окно. Снег снова начал падать — мелкий, колючий. И где-то в глубине души она понимала: завтра начнётся её собственное расследование. Потому что Антон Сергеевич Белкин, педантичный и аккуратный, не мог просто так умереть, оставив после себя столько вопросов.
Глава 2: