Прошло ещё два дня. Лена уехала, жизнь вернулась в привычное русло - завтрак, чай, телевизор, книга перед сном. Только Дымка по-прежнему не заходила в гостиную.
Нина старалась не думать об этом. Ветеринар сказал - здорова. Значит, пройдёт. Кошки - существа странные, у них свои причуды. Может, ей обои не нравятся. Или запах новой мебели.
Но на третий день после визита к врачу Нина поймала себя на том, что сама избегает гостиной. Телевизор там, диван удобный - а она сидит на кухне, смотрит в окно. Как будто Дымкина тревога передалась ей.
«Глупости», - одёрнула себя Нина. «Совсем уже с ума схожу».
Вечером она решила: хватит. Взяла книгу, пошла в гостиную. Демонстративно села на диван, включила торшер. Дымка, как обычно, сидела на пороге и смотрела в угол.
Нина попыталась читать. Не получалось - взгляд то и дело скользил туда, куда смотрела кошка. Угол. Белые обои, ровный плинтус, розетка. Ничего особенного.
Она отложила книгу и встала. Подошла к углу. Дымка на пороге напряглась, но осталась на месте.
Нина присела, провела рукой по плинтусу. Новенький, белый, гладкий. Потрогала обои - ровные, без вздутий. Всё как надо.
И тут она положила ладонь на стену пониже.
Тёплая.
Нина нахмурилась. Убрала руку, потрогала стену рядом - прохладная, как и должна быть зимой. Вернулась к углу - снова тепло. Даже не тепло - горячо. Как батарея.
Но батарея была в другом конце комнаты.
Нина выпрямилась. Сердце забилось чаще. Она наклонилась к стене, принюхалась. Сначала ничего, только запах новых обоев. А потом - слабый, едва уловимый - что-то химическое.
Она отступила от угла. Посмотрела на Дымку. Кошка сидела неподвижно, только кончик хвоста подрагивал.
Руки дрожали, когда она набирала номер дочери.
– Мам, что случилось? – Лена ответила сразу, голос встревоженный.
– Лен, тут... я не знаю. Стена горячая. В том углу, куда Дымка смотрит. И пахнет чем-то.
– Как горячая? Где батарея?
– Нет, батарея далеко. Я не понимаю, откуда.
Лена помолчала секунду.
– Мам, ничего не трогай. Из розетки всё вытащи. Я сейчас позвоню, вызову электрика. Утром приедет.
– Думаешь, проводка?
– Не знаю. Но лучше проверить.
Нина отключила торшер, вытащила из розетки телевизор. Из гостиной ушла, закрыла дверь. Дымка осталась сидеть в коридоре - теперь она смотрела на закрытую дверь.
***
Ночью Нина почти не спала. Лежала, прислушивалась. Ей казалось, что из-за стены доносится тихое гудение. Хотя, может, это просто нервы.
Под утро задремала. Проснулась от звонка в дверь.
На пороге стоял мужчина лет пятидесяти в рабочей куртке. Руки в мозолях, взгляд усталый.
– Электрик из управляющей компании. Дочь ваша вызывала.
– Да-да, проходите. Сергей, правильно?
– Он самый.
Нина провела его в гостиную. Объяснила: стена горячая, пахнет странно, кошка неделю туда не заходит.
Сергей слушал молча. Потом подошёл к углу, потрогал стену. Нахмурился. Достал из сумки какой-то прибор, провёл вдоль плинтуса.
– Так, – сказал он. – Понятно.
– Что там?
– Сейчас посмотрим.
Он достал отвёртку, аккуратно снял плинтус. Потом поддел край декоративной панели, которая закрывала стык стены и пола.
Нина стояла в дверях. Дымка - рядом, впервые за неделю переступила порог гостиной. Но дальше не пошла, замерла у ног хозяйки.
Сергей заглянул за панель. Хмыкнул. Посветил фонариком.
– Вот оно.
– Что? – Нина шагнула ближе.
– Идите сюда.
Нина подошла, заглянула за панель. В полумраке увидела провода - два, скрученные между собой. Изоляция на них потемнела, оплавилась. Вокруг скрутки - чёрное пятно на стене.
– Это кто вам ремонт делал? – спросил Сергей.
– Дочь нанимала бригаду. Какую-то фирму.
– Халтурщики. Скрутку сделали, изоляцией замотали кое-как. А она греется под нагрузкой. Видите - уже оплавилась. Ещё неделя-другая - и замыкание. А там...
Он не договорил. Не надо было.
Нина смотрела на обугленное пятно и чувствовала, как немеют ноги. Пожар. Могло загореться. Может даже ночью, когда она спала.
– Повезло вам, – сказал Сергей. – Вовремя обнаружили.
Он кивнул на Дымку, которая сидела у порога и смотрела на угол.
– Кошка, что ли, учуяла?
Нина не ответила. Она смотрела на Дымку. Серая, невозмутимая, молчаливая. Неделю пыталась сказать. Неделю караулила этот угол. Не спала ночами.
– Сейчас всё исправлю, – Сергей уже доставал инструменты. – Скрутку уберу, клеммы поставлю нормальные. Больше греться не будет.
Он работал минут сорок. Нина сидела на кухне, пила чай. Руки до сих пор подрагивали.
Когда Сергей закончил, она проводила его до двери.
– Спасибо вам.
– Не за что. Это работа. – Он помялся на пороге.
Он ушёл. Нина закрыла дверь.
В гостиной было тихо. Панель на месте, плинтус прикручен. Всё как раньше - белые обои, ровные стены. Только теперь стена была холодная.
Дымка стояла посреди комнаты. Впервые за неделю - не на пороге, а внутри. Она обнюхала угол, потом неторопливо прошлась по комнате. Запрыгнула на диван, покрутилась и улеглась, свернувшись калачиком.
Нина смотрела на неё и чувствовала, как к горлу подступает комок. Не плакала - просто стояла, смотрела. Семь лет рядом. Молчаливая, спокойная, незаметная. А когда понадобилось - не ушла, не бросила. Караулила.
Она достала телефон, набрала Лену.
– Лен, всё в порядке. Электрик приходил. Там проводка была - скрутка плохая, грелась. Он починил.
– Слава богу, – выдохнула Лена. – Мам, я этой фирме...
Нина помолчала. Посмотрела на Дымку - та лежала на диване, прикрыв глаза.
– Дымка знала. Всё время знала. Поэтому и не заходила.
Лена молчала. Потом тихо сказала:
– Получается, она тебя спасла.
Нина не ответила. Слова казались лишними.
***
Вечером она сидела на диване в гостиной. Читала книгу - ту самую, которую не смогла читать два дня назад. Торшер горел мягким светом, за окном темнело.
Дымка лежала рядом, свернувшись тёплым клубком. Изредка урчала - тихо, едва слышно. За семь лет Нина слышала её урчание раз пять. Не больше.
Она отложила книгу, погладила кошку по голове. Дымка открыла один глаз, посмотрела на хозяйку. И снова закрыла.
За окном падал снег. В квартире было тепло и тихо.
«Наконец-то все спокойно», - подумала Нина Васильевна.
И Дымка, кажется, была с ней согласна.
***
Здорово, что у Дымки с Ниной Васильевной все закончилось хорошо!
Предлагаю вам прочитать еще одну добрую историю, как котенок, щенок и человек нашли друг друга этой холодной зимой: