Кате учёба давалась очень сложно. То Аня, то Лида постоянно помогали ей. Девушка только руками разводила.
— Ну почему я такая тупая?
Лида улыбалась и спрашивала:
— А почему ты решила пойти в медицинский? Есть же множество других институтов, где не так тяжело?
— Ты что? Только сюда! У нас на одиннадцать деревень ни одного медика. Меня же все собирали. Ну и экзамены...
— Как ты умудрилась сдать экзамены?
— Ой, я так готовилась, что даже есть забывала.
— Но сдала?
— Конечно. Я же не могла не сдать. Значит, можешь! Поэтому бери учебник и вперёд!
Лида с улыбкой смотрела на Катю. Та вздохнула и взяла книгу. Аня тоже улыбнулась. Прошло уже три недели, как они тут все вместе, и девушке казалось, что они знакомы сто лет.
Наташа в общежитии почти не появлялась. Только первые две ночи переночевала, а потом, после занятий, иногда поесть забегала да переодеться.
Они все уже знали, что у Наташи роман с каким-то богатым молодым человеком. Молодой он был относительно: для восемнадцатилетней Наташи всего тридцать пять — не сорок и даже не пятьдесят. Поэтому всё ещё очень хорошо. Наташа порхала, показывала новые серёжки, потом новую курточку и рассказывала, какой он очень замечательный.
Лида улыбалась снисходительно, а Аня вздыхала. Она-то знала, что совсем скоро Наташа будет рыдать у них в комнате. Ну и это ничему её не научит.
В выходной они как раз только прибрались в комнате и сели пить чай, как в дверь постучали. Они переглянулись. Наташи по обыкновению не было, но она бы не стучала.
— Да, входите!
Дверь открылась, и на пороге появилась Марина с большой сумкой.
— Мама! — Аня подскочила, обняла мать.
Девчонки засуетились: кто-то помогал снять плащ, кто-то поставил ещё один стакан с чаем.
— А я так соскучилась, что решила вот навестить тебя.
Аня засмеялась.
— Мама, мы же всего три недели не виделись!
Та отмахнулась.
— Да знаю, я знаю. Но вот решила — и всё. Думаю, голодные, наверное. Сама жила в общаге, знаю, как тут.
Это было близко к правде. Все девочки решили сразу, что домой ездить будут раз в месяц. Это не так уж и дорого. Но вот и деньги, и продукты пришлось экономить. Планировать толком ещё никто не умел, так что к исходу третьей недели пришлось немного поджать животы. Не то чтобы совсем, но уже без масла на бутерброды.
Мама Ани стала разгружать сумку. На столе появилась домашняя колбаска, большой шмат сала, тушёнка, картошка, какие-то баночки.
— Ну, где у вас тут холодильник?
Катя улыбнулась.
— Так вот... Только он не работает! Мы его вместо тумбочки используем!
— Как так — не работает? А как вам продукты хранить?
— Ну, мы ходили к коменданту, но она сказала, что других нет. А я привозила из дома много чего мясного — всё пришлось выбросить!
— Ну нет, это не дело.
Марина попила с ними чай, а потом встала.
— Показывайте, где ваша комендантша.
Аня удивлённо посмотрела на мать.
— Ты что, ругаться собираешься?
— Нет, зачем ругаться. Просто попрошу устранить эту неисправность.
— Мама...
— Аня, нельзя быть такой бесхребетной. Если вам положен холодильник, нужно требовать.
Марина убежала, а Катя с завистью посмотрела на Аню.
— Повезло тебе с мамой. Такая она...
Аня улыбнулась.
— Да уж, моя мама коня на скаку остановит.
— И что думаешь? У неё получится?
— Уверена.
Не прошло и получаса, как вернулась Марина в сопровождении испуганной комендантши и какого-то мужика, который тащил небольшой холодильник.
— Ну что же вы не сказали, что вам холодильник так нужен? Что-нибудь придумали бы!
Когда новый холодильник был установлен, а старый вынесен, Марина стала прощаться, но девочки решили проводить её.
На вокзале, улучив минутку, мама спросила у Ани:
— Доченька, ну, что ты решила?
— Мама, я подумала и решила, что послушаюсь тебя. Я хочу спокойной, обычной, нормальной жизни.
— Вот и хорошо! Умница моя! Теперь я спокойна.
К вечеру пришла Наташа. Была она как-то не в настроении, а ночью девочки услышали, как она рыдает. Все столпились у её кровати.
— Наташа, что случилось? Тебя кто-то обидел?
Она села в постели.
— Я сама себя обидела. Понимаете? Я такая дура!
Аня села перед ней, взяла её руку в свою.
— Что случилось у тебя?
— Понимаете? Сегодня Боря куда-то пропал. Мы должны были встретиться на набережной, но он не пришёл. Я ждала-ждала, а потом пошла в то кафе, где он обычно бывает. И представьте, он там не один. С ним молоденькая девушка. Конечно, я хотела устроить скандал, а он просто рассмеялся мне в лицо. Он сказал, что я бесплатная девка, что я такая — никому не нужна. И ему в том числе. Все вокруг смеялись, а я плакала. Как теперь жить-то? Все же на меня пальцем показывать будут.
Лида спросила:
— Кто «все»? Те, кто был в том кафе. Но если ты перестанешь туда, да и в другие злачные места ходить, то вероятность того, что ты с кем-то встретишься, очень мала.
Наташа кивала, но Аня понимала, что девушка их не слышит — вернее, не слышит их доводов.
Ещё подумала, что нужно бы присматривать за ней. Какая бы раскрепощённая она ни была, по сути она ещё слишком молода, чтобы держать такие удары.
А ещё Аня видела — или чувствовала, она и сама не могла сказать, что это было, — что история с Наташей не закончена.
Что впереди обязательно будет что-то плохое. Аня гнала от себя эти мысли. Она не хотела. Она обещала жить нормальной жизнью.
Прошла неделя.
Аня сидела на парах. Вдруг в душе так защемило, так заболело. Девушка поняла, что ей нужно срочно в общежитие — вот очень срочно. Она подняла руку.
— Простите, мне нужно уйти.
— Кондратьева? В каком смысле уйти? Вообще-то вы находитесь на паре!
Преподаватель, сам вчерашний студент, даже покраснел от возмущения, но Аня уже не слышала его. Она бежала к двери. Катя вскочила и тоже бросилась за ней. Лида выдержала секунду. Она как будто сразу поняла, что что-то случилось. Все с удивлением наблюдали за тем, как три девушки убегают из аудитории. Ну ладно, Аня и Катя, но Лида — известная зубрила, примерная ученица, скучная и правильная.
Аня распахнула дверь в комнату и сразу закричала:
— Лида! В скорую быстро!
Наташа лежала на полу, а вокруг были рассыпаны какие-то таблетки. Аня пыталась вызвать у неё рвоту, но девушка ни на что не реагировала.
Катя плакала, забившись в уголок, а Лида ругалась с кем-то по телефону. Видимо, с диспетчером той самой скорой.
Через несколько часов, которые девушки провели в больнице, к ним вышел доктор.
— Ну что, откачали мы вашу подругу. Жить будет. Правда, ребёнка потеряла.
— Ребёнка? Какого ребёнка?
— Обычного. Срок небольшой, но всё-таки был. Но ничего страшного, она молодая, восстановится. Всё будет в порядке.
Вечер в комнате прошёл в полном молчании. Говорить не хотелось никому. Впервые они столкнулись с таким страшным событием в своей жизни.
— Может, найти этого Бориса и высказать ему всё? — Катя вскочила и заходила по комнате. — У нас бы в деревне такого быстро уму-разуму научили.
Лида вздохнула.
— Во-первых, мы не в деревне. Во-вторых, если разобраться, мы-то здесь кто такие, чтобы этому Борису что-то высказывать.
Наташа больше не вернулась в общежитие. Её мать приехала за вещами, поблагодарила их и увезла дочку домой.
К концу учёбы они уже были как родные. Катю было не узнать. Девушка похудела, с подработок в больнице смогла обновить гардероб.
На последнем курсе у неё появился молодой человек — простой парень, вроде автомеханика, который готов был свою Катюшу на руках носить. И Аня, и Лида были очень рады за подругу.
Лида на парней не смотрела. Она решила поступать в аспирантуру. Впрочем, чего-то подобного от неё все и ждали. Человек, который 24 часа в сутки уделяет учебникам, не мог придумать ничего лучшего.
За Аней ухаживал тот самый преподаватель, с уроков которого она когда-то убежала. Вообще Олег Александрович был мечтой многих девушек. А вот Ане сначала он совсем не понравился. Наверное, это и сподвигло Олега дальше за ней ухаживать.
Ему нравилась Аня. Она была идеальна в его понимании: умная, очень спокойная. Такая не будет никогда на людях устраивать сцены ревности или разборок. А при бурной тайной жизни Олега это очень важно. Особой любви к Анне он не испытывал.
Даже делал вид, что очень уважает её за то, что она не позволяет ему лишнего. Он с лихвой получал всё, что нужно, на стороне. Аня же напротив чувствовала, что с каждым днём всё больше привязывается к Олегу.
Катя вздыхала.
— Ань, мне кажется, он тебе совсем не пара. Почему?
Подруги сидели в летнем кафе, пили кофе, ели пирожные. Время от времени они встречались, чтобы просто поболтать. Всегда молчаливая Лида сказала:
— Никогда не думала, что скажу это, но я полностью согласна с Катей.
Аня даже обиделась.
— Ну вот что вы за подруги? Если есть что сказать, то говорите. А если нечего, то не нужно и начинать.
Катя снова вздохнула.
— Ань, ну ты и сама всё знаешь. Олег... как бы помягче сказать... он ни одной юбки не пропустит.
— Это всё в прошлом. Сейчас Олег очень изменился. Вы просто привыкли думать о нём плохо.
— Ань, ну ты же не совсем глупая. Такие люди не меняются.
Лида серьёзно смотрела на Аню, но та упрямо замотала головой.
— Меняются. Вы не представляете, на что способен человек, когда любит.
— А ты уверена, что он тебя любит?
— Ну конечно. Как же иначе?
Разговор с девчонками задел Аню за живое. Единственный человек, с которым она могла обо всём поговорить, — это была мама. Аня решила к ней съездить.
Она набрала жениху.
— Олег? Я на пару дней в деревню к маме.
— Ань, ну мы же собирались на дачу к моему другу.
— Олег, ну придумай что-нибудь. Один съезди. Мне правда очень нужно.
— Мне кажется, я не нравлюсь твоей маме.
Аня слегка улыбнулась. Это было правдой. Марина, когда увидела Олега впервые, сразу же сказала:
— Он какой-то неискренний. Неужели ты этого не видишь?
— Мама, тебе кажется? Вот как только вы познакомитесь поближе...
Вы обязательно подружитесь.
— Ну, это вряд ли. Меня никогда не подводило первое впечатление. Но если ты в него влюблена, то я не буду ничему препятствовать. Это твой выбор.
Олег старался, как мог, чтобы понравиться Марине. Видел, что мнение матери для Ани имеет большое значение.
Ещё не хватало, чтобы она отговорила дочь.
Вообще Олег всё продумал много раз.
Ему нужна была Аня в качестве жены — для статуса, что ли?
Он собирался писать докторскую, но для этого ему нужен был хороший тыл. Из всех его знакомых девушек только Аня подходила для этой роли.
Марина уехала, и он тогда вздохнул облегчённо.
продолжение