Роман "Хочу его... забыть?" Автор Дарья Десса
Часть 10. Глава 147
…от удара током. Сердце забилось часто, испуганно, отчаянно. Медсестра знала, что это случится. С той самой секунды, как Муха приказал ей садиться в машину. Но когда слова прозвучали – вслух, необратимо, – реальность обрушилась на нее всей своей чудовищной тяжестью.
Они едут за Артуром.
Ее мальчик сейчас, наверное, спит. Который час? Она посмотрела на наручные часы – половина третьего ночи. Когда они уезжали, он ещё находился в сонном состоянии, но успел ли очнуться, пока их не было? Понял ли, что оказался заперт один в отцовской квартире? Доверчивый. Беззащитный. Наверное, изволновался весь. Правда, оставалась еще слабое надежда, что Артур даже не пришел в себя.
Берёзка похолодела от страха. Её везут к сыну бандиты, только что убившие его отца, и которые теперь хотят взять ребёнка в заложники, чтобы прикрываться им, как живым щитом, если нагрянет полиция.
– Слышь, Муха, – неожиданно подал голос Скок. – А может, ну его, этого пацана? Зачем нам лишний геморрой? Бабу еще куда ни шло – Готовить нам будет лечить, ну и вообще... А пацан – это не по понятиям.
– Заткнись и рули, – оборвал его Муха. – Не учи ученого.
Скок замолчал, вцепившись в руль. Фургон мчался по ночному городу – мимо спящих жилых кварталов, редких машин, мимо желтых глаз светофоров, которые услужливо переключались на зеленый, словно сама вселенная способствовала их скорейшему передвижению.
– Приехали, – сказал Скок, притормаживая у многоэтажки, выключая фары и всматриваясь в сумерки. Вокруг было тихо. Большой двор, заставленный машинами, погружался в сон, накрываемый сыплющимся с чёрного неба снегом.
– Ты, – Муха ткнул пальцем в Светлану, – идешь первая. Мы сзади. Без глупостей. Если вздумаешь кричать или дергаться – пацана больше никогда не увидишь. Поняла?
Берёзка кивнула. Они вышли из машины. Ночной воздух обжег лицо колючей морозной свежестью. Где-то вдалеке лаяла собака, шуршали шинами редкие автомобили. Обычный зимний сонный вечер, когда большая часть жильцов уже вернулась и теперь ужинает, предвкушая очередную часть любимого сериала или бесконечную ленту рекомендаций перед сном.
Скок остался у фургона – Муха приказал караулить машину и смотреть по сторонам. Сам он, держа руку в кармане, где угадывался пистолет, пошел следом за Светланой. В подъезде горела только одна лампочка на первом этаже, остальные пролеты утопали в темноте. Лифт не работал.
– Иди. И не вздумай дергаться.
Она пошла. Медленно, цепляясь за перила, чувствуя за спиной тяжелое дыхание бандита. Каждый шаг давался с чудовищным трудом – ноги налились свинцом, в висках стучало. Она понимала, что через несколько секунд увидит Артура. Что откроет дверь, войдет в комнату, разбудит его. И что потом – неизвестно. Этого «потом» она боялась больше всего на свете.
Вот и нужный этаж. Металлическая дверь.
– На, держи, – Муха протянул ей связку ключей. Берёзка взяла их, стала подбирать. Руки дрожали так сильно, что она никак не могла попасть в замочную скважину.
– Шевели булками, – прошипел главарь. – Не время сопли распускать.
Медсестра заставила себя успокоиться. Глубокий вдох. Выдох. Еще раз. Ключ повернулся, замок щелкнул. Дверь открылась.
В квартире всё так же пахло застоявшимся табачным дымом, перегаром и еще чем-то неуловимо чужим, мужским. Светлана включила свет в прихожей – грязные ботинки, сваленные в кучу, пустые бутылки на полу, пепельница, полная окурков. Квартира с того момента, как они уехали отсюда несколько часов назад, не изменилась: запущенная, неухоженная, временная, – берлога, а не жилище.
– Иди, проверь своего пацана, – потребовал Муха.
Берёзка прошла по короткому коридору, открыла дверь направо. Артур спал. Он лежал на боку, поджав ноги к животу, и крепко сжимал в руках старого плюшевого зайца, который невесть откуда здесь взялся. «Наверное, Семён подарил», – машинально подумала Светлана. Свет от уличного фонаря падал на лицо мальчика, высвечивая бледную кожу, разметавшиеся по подушке волосы, приоткрытый рот.
Берёзка присела рядом, положила пальцы на сонную артерию, проверяя пульс и наполнение. Всё хорошо, сердце в норме. Потом прислушалась. «Дыхание глубокое, бесшумное. Кожные покровные обычные, значит, сатурация хорошая», – подметила автоматически. Но сердце разрывалось от боли и бессильной ярости. Как ей вытащить его отсюда? Как защитить от этих людей? Что она может сделать?
Муха прошел в комнату, включил верхний свет. Артур заворочался, сморщил носик, но не проснулся.
– Забавный пацан, – равнодушно заметил бандит. – В мать пошел. На отца не похож.
– Не смейте к нему прикасаться, – выдохнула Светлана. – Не смейте...
– Заткнись, – бросил главарь. Он подошел к кровати, наклонился, потряс ребенка за плечо. – Эй, мелкий. Просыпайся. К тебе гости.
Артур открыл глаза. Сначала испуганно, непонимающе, потом – узнавая маму. Улыбка тронула его губы.
– Мама? Ты вернулась? – он сел в кровати, потирая глаза кулачками. – А где папа? Ты поговорила с папой?
Светлана потянулась к сыну, обняла его, прижала к себе.
– Да, поговорила, – шептала она, гладя его по голове. – Все хорошо. Он пока уехал… по делам.
– А кто этот дядя? – Артур смотрел на Муху с любопытством и легкой опаской.
– Это... папин друг, – нашлась Берёзка. – Дядя... – Она попыталась вспомнить, как зовут Муху, но потом поняла, что не знает ни имени его, ни фамилии, а только кличку. – Дядя Миша. Он поможет нам. Мы сейчас поедем в одно место.
– В гости? – спросил Артур.
– Да, в гости, – подтвердила Светлана, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Одевайся, сынок. Только быстро и тихо. Хорошо?
Артур кивнул и послушно начал натягивать штаны. Он всегда был послушным мальчиком. Светлана часто думала, это из-за того, что отца долго не было рядом, Артур боится, что мама тоже уйдет, если будет плохо себя вести. Светлана старалась убедить сына, что всегда останется рядом, но детские страхи не всегда подчиняются логике.
Муха вышел в коридор, достал телефон, тихо говорил со Скоком:
– Да, пацана забираем. Бабу тоже. Выезжаем через пять минут. Жди.
Берёзка помогала Артуру застегнуть куртку, надеть шапку, обуть зимние сапожки. Руки её двигались автоматически, а в голове лихорадочно билась одна мысль: «Бежать. Нужно бежать. Сейчас или никогда».
– Возьми зайчика, – сказала она Артуру.
– Зайчик поедет с нами в гости? – обрадовался мальчик.
– Да, зайчик тоже поедет.
Она взяла сына за руку, повела к выходу. Муха тяжело топал сзади. В подъезде снова было темно, и Артур испуганно прижался к матери.
– Мама, я боюсь, – прошептал он.
– Не бойся, – ответила Светлана. – Мама с тобой.
Она сжала его ладошку в своей и поклялась: что бы ни случилось дальше, она сделает все, чтобы этот кошмар закончился. Чтобы Артур никогда не узнал, что случилось с его отцом. Чтобы он вырос нормальным человеком, а не жертвой обстоятельств. «Я выведу его из этого ада. Даже если придется лично поубивать этих двоих отморозков», – жёстко подумала Берёзка.
Они вышли во двор. Фургон стоял на прежнем месте, Скок курил, прислонившись к капоту. Увидев женщину с ребенком, он швырнул окурок в сугроб и забрался в кабину.
– Садитесь назад, – скомандовал Муха. – И чтоб ни звука.
Светлана помогла Артуру забраться в темный, холодный салон фургона. Мальчик испуганно озирался по сторонам, прижимая к себе игрушку.
– Мама, а куда мы едем? – спросил он. – Это дядя Миша нас везет?
– Да, – ответила Светлана, обнимая его. – Ты поспи, малыш. Когда проснешься – мы уже приедем.
– А папа? – не унимался Артур. – Папа придет? Он обещал мне новый смартфон подарить.
Светлана почувствовала, как внутри все натягивается. Как сказать ребенку, что его отец меньше часа назад был жестоко застрелен? Что он никогда не подарит ему ничего, не возьмет на рыбалку, не обнимет? Каким бы Семен ни был плохим отцом, но ведь все-таки родная кровь…
– Папа… папа уехал, – повторила Берёзка. – Далеко уехал. Надолго. Но он тебя очень любит. И просил передать, что ты должен слушаться маму.
– Хорошо, – серьезно кивнул Артур. – Я буду слушаться.
Он закрыл глаза, положил голову маме на колени и почти мгновенно уснул – детский организм не выдержал ночного пробуждения и стресса, к тому же в его крови ещё оставалась подлитая «заботливым» папашей отрава. Светлана гладила сынишку по голове, вглядывалась в родные черты и думала: что же делать дальше?
Фургон тронулся. За окном поплыли огни ночного города. Муха и Скок вполголоса переговаривались в кабине, обсуждая маршрут и следующие шаги. Светлана не вслушивалась в их разговор. Она думала о том, что нужно выжить. Не ради себя – ради Артура. Чтобы он вырос, и у него было будущее. Чтобы он никогда не узнал, через что пришлось пройти его матери.
Потом ее мысли переключились на бандитов. «Рано или поздно эти двое допустят ошибку, – рассудила медсестра. – Оставят нас без присмотра. Упустят момент». И тогда она ударит. Без жалости и колебаний, потому что на кону стоит жизнь ее ребенка.
Она сжала в кармане пузырек с ампулами, который незаметно сунула туда, собирая рассыпанные лекарства в лесном домике. Сильное снотворное. Березка не имела ни малейшего представления о том, как Скоку удалось без рецепта заполучить это. Может быть, он ограбил аптеку, но это было уже не важно. Она думала о том, что если незаметно отломить кончик ампулы, набрать в шприц (упаковку которых она также забрала), то одного укола хватит, чтобы взрослый мужчина отключился на несколько часов. Правда, действовать придется очень быстро, ведь бандитов двое.
Она не знала, когда именно представится случай, но была уверена: рано или поздно это случится. Лучше бы побыстрее.
– Я чего-то не понял, куда мы едем-то? – спросил Скок, выруливая на трассу.
– В сторону Черной речки, – ответил Муха. – Там есть дачный поселок. Шпон говорил, там у его кента домик от родителей остался. Никто не знает. Пересидим несколько дней, пока шум уляжется, потом решим, что дальше.
– А с ними что? – Скок кивнул назад.
– Пока с нами. Заложники. Пригодятся, если менты выйдут на хвост. Без них мы – два мужика в розыске. С ними – семья, типа едем на дачу. Не так подозрительно. Если остановят, ты – мой брат, а я – ее муж и отец мелкого.
– А дальше? – не унимался любопытный Скок.
– Дальше видно будет.
Светлана слушала этот разговор, и внутри у нее все закипало. Ее и Артура обсуждали как вещи, как разменную монету в чужой игре. У нее не было иллюзий: если ситуация обострится, Муха не станет церемониться. Он уже показал, на что способен, когда прикончил Шпона. Еще один труп – мужчина, женщина или ребенок – для него ничего не значит.
Но она не позволит этому случиться. Она будет бороться. Найдет способ, как спасти себя и сына.