Новый «Грозовой перевал» формально нельзя назвать провалом. Около 70% западных критиков поставили фильму положительные оценки - критики в целом «за». Но если читать рецензии внимательно, появляется странное чувство: фильм хвалят так, будто заранее извиняются. «Визуально захватывающий».
«Смелое переосмысление».
«Для поколения популярных глянцевых сериалов, где важнее картинка» За красивыми формулировками прячется простая мысль: перед нами не экранизация Эмили Бронте, а переписанная глянцевая версия классики. Общий тон западной прессы звучит дипломатично: фильм, мол, не претендует на глубину первоисточника, зато дарит яркое визуальное впечатление. Одни называют фильм гипнотическим и страстным. Другие - эмоционально пустым. И спорят они не о фактах, а об очевидном: в центре этой версии эстетика, а не трагедия. В романе Бронте страсть Хитклиффа и Кэтрин - это следствие социального унижения, классового неравенства, невозможности быть вместе. В фильме социальный конфликт почти растворяется