Ссылка на пятую часть второй главы.👆 — Студень! — чуть слышно сказал Штопор, матерясь в сердцах. — Будем сбоку обходить, не спускаться же вниз. Только ты это… вправо‑влево аккуратно, иначе, как говорится, останутся рожки да ножки. Шучу. Даже этого не останется. Одна из самых коварных аномалий — заживо переваривает. И он зашагал по склону из мусора чуть восточнее, бросая впереди себя болты и гайки. Не без труда, спустя минут пятнадцать, они всё‑таки победили эту непреодолимую гору. На самой верхушке так же сильно дул ветер. Дозиметр просто разрывался на части, а артефакты на поясе стали понемногу нагреваться. — Привал! — скомандовал Штопор. — Можешь отдохнуть пять минут. Килька плюхнулся на пятую точку и стал жадно глотать воздух сквозь плотно прилегающую маску. Он бы сейчас всё отдал за глоток воды, но снять маску не представлялось возможности. Проводник вновь припал к биноклю. Тщательно изучив окрестности, он пришёл к неутешительному выводу: — Выход на Агропром нам закрыт. По перимет
Глава 2. Первый шаг. Часть 6.
Ссылка на пятую часть второй главы.👆
— Студень! — чуть слышно сказал Штопор, матерясь в сердцах. — Будем сбоку обходить, не спускаться же вниз. Только ты это… вправо‑влево аккуратно, иначе, как говорится, останутся рожки да ножки. Шучу. Даже этого не останется. Одна из самых коварных аномалий — заживо переваривает.
И он зашагал по склону из мусора чуть восточнее, бросая впереди себя болты и гайки. Не без труда, спустя минут пятнадцать, они всё‑таки победили эту непреодолимую гору.
На самой верхушке так же сильно дул ветер. Дозиметр просто разрывался на части, а артефакты на поясе стали понемногу нагреваться.
— Привал! — скомандовал Штопор. — Можешь отдохнуть пять минут.
Килька плюхнулся на пятую точку и стал жадно глотать воздух сквозь плотно прилегающую маску. Он бы сейчас всё отдал за глоток воды, но снять маску не представлялось возможности.
Проводник вновь припал к биноклю. Тщательно изучив окрестности, он пришёл к неутешительному выводу:
— Выход на Агропром нам закрыт. По периметру безопасного пути стоят контрольные пункты вояк — по ходу, нас ищут или документы. Но есть старая дорога через Забытый лес. Ей мало кто пользуется: заплутать там очень просто, да и пузырей пространственных развелось — не счесть. Но другого выхода я не вижу. Поэтому идём там. Есть у меня в этом месте свои секреты.
Выдвигаемся через пять минут. И вот ещё… — Он достал из‑под своей маски мягкую трубку и воткнул в специальное отверстие на маске Кильки. — Попей, только мне оставь, — убедительно попросил проводник.
Тот жадно стал глотать воду, которой ему так не хватало, но спустя несколько глотков остановился. Ведь было неясно, сколько там воды, а осушать запас Штопора ему совсем не хотелось.
— Спасибо, — утолив часть жажды, сказал довольный Килька.
— Должен будешь! — подкалывая молодого, ответил Штопор. — Всё! Нам пора! Идти часа три, поэтому запасайся силами. По возможности сделаем привал. Обо всём подозрительном… ты знаешь! Пойдём, а то у меня уже ухо закладывает от этого треска!
Они медленно, чтобы не свалиться и не переломаться, начали спускаться с покоренной ими сегодня горы.
Штопор обнаружил и обозначил две «Птичьи карусели». Когда они наконец оказались внизу, ПДА на запястьях сталкеров двумя кратковременными вибро сигналами оповестил их о наступлении полуночи.
Идти было около часа, но всё зависело от сюрпризов, которые им преподнесёт Зона на этот раз. Грунтовая дорога временами переходила на асфальт, потом снова уступала место грунту.
Минуя старое, почти высохшее болото, ближайшие кусты зашевелились — и оттуда послышалось характерное хрюканье. Проводник на секунду замер, а после и вовсе начал пятиться назад. Килька, повернув голову, чтобы не упасть, тоже начал отходить.
В этот момент кусты дёрнулись — и из них прямиком на сталкеров выскочила туша кабана. Массивный, килограммов в сто пятьдесят, с гигантскими рогами, он приближался чудовищно быстро.
Штопору понадобилось пару секунд, чтобы снять свой АК с предохранителя и открыть огонь. Выстрелы разорвали ночную тишину. Автомат выплёвывал пули одну за другой, прошивая здоровую морду мутанта. Кабан, завизжав, на секунду остановился, но потом продолжил наступление с увеличенной скоростью.
И тут затвор издал предательский щелчок — оружие заклинило в самый неподходящий момент.
«Обманул, собака», — мелькнула мысль в голове Штопора. Но этого времени хватило на то, чтобы Килька подготовил свою винтовку и открыл огонь. Почти без звука LR стала осаживать приближающегося монстра.
Когда до сталкеров осталось три метра, кабан оттолкнулся всей оставшейся силой и грудной массой прыгнул на добычу. Штопор тут же отпрыгнул в сторону, а Килька так и замер, стреляя в летящего мутанта.
— Падай! — проорал Штопор, смотря на стоящего как вкопан prepared новичка.
В последний момент он дёрнулся влево. Дикая тварь визгнула в последний раз и, оттолкнув своей массой молодого, упала, уткнувшись в землю остатками морды.
Поняв, что опасности больше нет, Штопор кинулся к товарищу. Тот лежал лицом вниз и негромко стонал. Проводник аккуратно перевернул его и осмотрел. Килька держался за руку: чуть ниже плеча рукав был порван, и из‑под него сочилась кровь.
Помогая подняться Кильке, он довёл его до ближайшего укрытия. Им оказался старый автобус. Зайдя внутрь, Штопор проверил показания дозиметра — фон был в норме.
Достав из рюкзака медицинские принадлежности, он аккуратно срезал лишнюю часть рукава. Рана была глубокой: кабан, видимо, задел его своим бивнем в момент падения. Сложности добавляла инфекция — она могла попасть в кровь; непонятно, где это порождение Зоны копалось.
— Я умру? — чуть не плача, спросил Килька.
— Всё зависит от твоего организма, но вообще не должен. Сейчас всё обработаем, перевяжем, а доберёмся до базы Свободы — покажешься медику, — успокоил Штопор.
Он достал из аптечки обезболивающее с антибиотиком, бинты и какой‑то свёрток. Введя лекарство и подождав каких‑то десять секунд, проводник, обильно обработав рану антисептиком, принялся разматывать кулёк. В нём оказалось порошкообразное вещество с камешками красного цвета.
— Что это? — с недоверием спросил Килька.
— Научная разработка — стрептоцид с «Кровью камня». Знаешь, как работает? — поддерживая беседу и успокаивая сталкера, спросил он.
— «Кровь камня» сворачивает кровь и тем самым останавливает кровотечение, — дрожащим голосом ответил молодой.
— Ну вот. А в паре со стрептоцидом рану затягивает — так что всё в норме будет. Антибиотик я тебе вколол, завтра будешь как новенький, — уверял его Штопор.
Насыпав на рану вещество, он начал обильно и крепко забинтовывать. Закончив, они вышли из автобуса и продолжили свой путь туда, откуда напал кабан.
Почти весь путь к Забытому лесу они шли молча. Штопор был полностью сосредоточен на дороге. Бродить по Зоне с новичком, да ещё и ночью — верная смерть. Здесь требовалось больше концентрации и внимательности. Ну и как же не сказать про мелочи, детали: любая, даже самая незначительная мелочь может спасти не одну жизнь — их обоим.
Спускаясь с очередного пригорка, они увидели лес. Огромные сосны стремились дотронуться до небес, покачивая из стороны в сторону свои огромные кроны. Казалось, будто там ещё темнее, таинственнее и опасней.
Они приблизились к тропинке, которая уводила куда‑то вглубь чащи. Штопор повернулся к Кильке и, всматриваясь вдаль — выискивая, не дай бог, что‑то подозрительное, — позже сказал:
— Всё, привал!
Килька скинул тяжёлый рюкзак и упал на траву. После того как он немного отдышался, сразу же полез за водой. Жадно глотая каждую каплю, он выпил литровую бутылку залпом и снова лёг.
Штопор тоже попил водички и, сев на пятую точку, спросил у новичка:
— Как рука, не ноет?
— Немного. Обезболивающее уже почти перестало действовать, но ничего, терпимо, — спокойно ответил Килька.
— Ну и хорошо. Значит, бешенства у тебя нет — это уже радует.
Теперь слушай сюда. — Штопор оголил ПДА, немного приблизил карту и начал объяснять: — Этот лес не такой простой, как кажется. Думаешь, почему сюда мало кто ходит? Он буквально нашпигован пространственными аномалиями. Пузырь может вырасти в новом месте в любое время. Если идти достаточно быстро, то он просто не успеет появиться — ему на это нужно не меньше минуты.
Есть и плюсы: перемещают тебя только по этому лесу. Завсегдатаи этих мест сделали несколько ориентиров. Тут всё просто… — Он указал на карту: там были отмечены пути маршрута от каждого ориентира. — Но ты не расслабляйся, — продолжил он. — В лесу много нечисти разной хватает, так что смотри в оба. Но это лишь на случай, если мы всё же разделимся.
Вопросы есть? — Поднял взгляд на зависшего над картой Кильку проводник.
— А встречаемся где? — озадаченно спросил тот.
— Встречаемся вот здесь, — он ткнул в северную часть леса. — Если вопросов больше нет, привал окончен, собираемся.
Он встал, накинул на спину рюкзак и помог надеть его раненому Кильке.
Лес жил своей жизнью: вдали слышался скрежет, где‑то шумели деревья, иногда хрустели ветки — может, ломались от ветра, а может, ломал кто‑то.
Они шли прямиком через лес — через все тернии к звёздам.
Ветки больно стегали по маске Кильку, проводник шёл, кажется, наугад. Но дорога была безопасной, хоть и не самой прямой. Штопор знал эту дорогу, и лес этот знал. Тогда это была его вторая ходка.