Услышав эти слова, свёкор и свекровь немного скривились.
— Зачем звать этих безродных? — пробормотала Ольга Эдуардовна.
Денис дёрнул плечом, но Надя словно не видела этого всего и ещё раз позвала брата и сестру:
— Ребята, идёмте с нами.
— Нет, Надя, спасибо, — ответил Витя. — Мы лучше в кафе зайдём и помянем твоих родителей.
Он подошёл и обнял девушку.
— Ты держись, сестрёнка, — обняла её и Таня. — Давай завтра созвонимся. Попробуй сегодня отдохнуть. Ты очень бледная.
— Наденька, ничего уже не изменить, — мягко добавила Таня. — А жить надо дальше.
Надя только погладила сестрёнку по голове. «Какая она у меня хорошая. Пусть и младшая, а такая умница».
После похорон прошла неделя. Денис предложил переехать в дом Сергея. Это был большой особняк, добротный. Квартира Нади, в которой жили молодые, тоже была неплохая. Но неужели теперь бросать родительский дом? Там же и сад, и цветник… И вообще место удачное, элитное, можно сказать.
Наде было всё равно, какое это место. Но доводы Дениса о том, что нельзя там всё оставлять без присмотра, сочла убедительными.
Хотя как тяжело было находиться в родительском доме! Каждая мелочь напоминала о них. Вот кресло, в котором так любила сидеть Анна и глядеть в камин. А это — любимая чашка отца. Он постоянно по утрам пил кофе из неё.
Денис взял все дела на ферме на себя. Надя и не возражала: она до сих пор не могла прийти в себя, ходила из угла в угол по дому и места себе не находила. Денис очень часто задерживался допоздна, но её это не особенно заботило. Почему‑то отдалились они в последнее время.
Как‑то вечером к ним приехали Ольга и Леонид. Они деловито осмотрели дом, усадьбу и довольно улыбнулись.
— Очень недурно, — заметил Леонид Евгеньевич.
— Надя, а папа составлял завещание? — между прочим спросила Ольга.
— Мы об этом никогда с ним не разговаривали, — равнодушно ответила Надя. — Да и разве думали, что так будет?
В глазах у неё защипало, и она заплакала.
— Ну что ты, что ты? — кинулась её успокаивать свекровь. — Не плачь, милая. Наденька, давай‑ка немного выпьем, успокоишься.
Леонид тут же с готовностью принёс бутылку.
Вообще‑то Надя не пила. Наверное, на генетическом уровне у неё была неприязнь к выпивке. Даже на поминках лишь смочила губы.
А тут вдруг выпила полный бокал. Внутри потеплело, сердце забилось спокойнее, слёзы высохли.
— Я же говорила, — улыбнулась Ольга. — Надо иногда расслабляться.
Леонид с готовностью закивал, а Надя только вздохнула и закрыла глаза. «И правда легче…»
В тот вечер Денис приехал совсем поздно. Ольга с Леонидом уже собирались уезжать. Они о чём‑то пошептались с сыном и разошлись.
Денис зашёл в гостиную с довольной улыбкой:
— Ну что, жена, отдыхаешь? — Он плюхнулся рядом в кресло. — А я устал, как собака.
— Милый, — пробормотала Надя, чувствуя, как на неё накатила усталость и она засыпает. — Там ужин… Лена тебя разогреет.
И заснула на диване. Денис укрыл её пледом и пошёл в столовую, где уже хлопотала домработница Елена.
Утром Надежда проснулась на удивление с хорошим настроением. Денис уже уехал на работу, и Надя решила съездить на фирму. «Пора брать себя в руки».
Подчинённые, увидев молодую хозяйку, удивились, обрадовались — и каждый хотел сказать добрые слова в адрес покойного Сергея Ивановича.
И тут Надя вспомнила:
— Интересно, — сказала она, — кто же тогда позвонил отцу? Он ведь из‑за того дурацкого звонка рванул на работу.
— Надежда Сергеевна, мы уже обсуждали эту тему, — сказал программист Арсений. — Никто не звонил. Тем более что в тот день был выходной.
Надя только покачала головой: «Какая‑то чертовщина получается!»
Из кабинета выглянул Денис.
— Надя? — удивился он. — Ты решила поработать?
— Да, дорогой муж, — улыбнулась она. — Решила, что пора.
Денис немного удивлённо приподнял брови и пропустил её в кабинет отца.
— Вижу, ты неплохо тут устроился, — грустно улыбнулась Надя.
— Твой же кабинет рядом, — ответил Денис.
— Да вот решил сюда перебраться, — просто добавил он. — Чтобы всё под рукой было.
— Всё же сейчас на мне, Денис, — заметила Надя.
— Вот я и подумала… Я, наверное, выйду. Тебе ведь одному тяжело.
Денис ничего не ответил — только кивнул в ответ. В любом случае бизнес принадлежал Наде, а он лишь помощник.
Весь день прошёл в работе. Надежда очень устала, но была в то же время довольна: отчёты, планы, звонки…
Как она по всему этому соскучилась! «Всё, пора завязывать с хандрой и выходить на работу, а то я прямо уже домохозяйкой стала».
Домой они с Денисом ехали молча. Муж о чём‑то сосредоточенно думал.
— Надюша, ты серьёзно решила выйти на работу? — наконец спросил он. — Неужели тебе не нравится роль любящей жены, ждущей мужа дома?
— Денис, честно, надоело мне сидеть, — призналась Надя. — Да и тяжело… В доме каждая вещь о родителях напоминает.
Муж рассеянно кивал головой.
А вечером они сидели, разговаривали о жизни. И как‑то невзначай Денис начал вспоминать о Сергее Ивановиче.
— Какой же он был хороший! — со вздохом сказал Денис. — Я ведь так и не решился назвать его папой, хотя в душе считал его именно вторым отцом. А Анна Александровна… Надя, какая она была чудесная, милая, красивая! Я так любил её фирменный яблочный пирог.
Он замолчал, погрузившись в воспоминания.
— Вот сейчас говорю о них, а сам так и представляю: Анна Александровна сидит у камина, Сергей Иванович рядом, на полу у её ног… Да, они частенько так сидели, на огонь смотрели.
Надежда шмыгнула носом. «Господи, как же они любили друг друга…» И она вновь разрыдалась.
Денис успокаивал, гладил по плечам, а потом на минуту куда‑то отлучился и вернулся уже с початой бутылкой и бокалом.
— Давай по чуть‑чуть, — ласково сказал он. — Это сейчас лучшее лекарство.
И за вечер он «лечил» Надю несколько раз. В итоге она напилась, забывая своё горе так, что ничего уже не помнила.
На следующий день она проснулась ближе к обеду. Голова раскалывалась. «Да, про работу сегодня можно было забыть. А как же вчера я была настроена? Ну ладно, завтра наверстаю».
А вечером Денис предложил ей немного «полечить» головную боль — привёз бутылку бренди.
— Какая гадость! — поморщилась Надя, но выпила.
И вновь Денис ей налил несколько раз.
Так продолжалось неделю, потом другую. Надя не поняла, как начала пить.
Всякий раз, когда ей хотелось плакать, рука сама тянулась к бару. Надя даже не осознавала, что с ней происходит. Казалось, всё в норме. Да, про работу пришлось забыть, но там и Денис справится.
А муж приходил всё позже и позже. Увидев выпившую жену, удовлетворённо улыбался, нёс её на кровать, а рядом на тумбочке ставил очередную бутылку.
Неизвестно, чем бы это кончилось, но однажды в особняк буквально прорвалась Татьяна — младшая сестра Нади. Девушку не пустили охранники на входе, и тогда она перелезла с другой стороны через забор и через чёрный вход вошла в дом.
— А ну пошла прочь! — прикрикнула она на служанку, которая пыталась перегородить ей дорогу.
И с такой яростью крикнула, что та отступила.
Надя лежала в спальне. Приняв с утра очередную порцию, она полудремала. Услышав шум, зевнула: «Но кто мне ещё мешает?»
— Надя, что с тобой? — произнесла Таня, увидев лежащую сестру. — Я тебе звоню, звоню… А у тебя телефон недоступен? Витя вчера до домашнего тебе еле дозвонился. Ему казалось, что ты как‑то странно разговаривала.
Надя что‑то промычала в ответ.
— Господи, да ты выпила! — ахнула Таня. — Милая моя, ты чего это?
Надя что‑то забормотала, вытирая слёзы.
Младшая сестра не стала больше на это смотреть — поволокла сестру в душ. И там Надя немного пришла в себя. Голова болела, руки тряслись.
— Надя, что с тобой случилось? — закричала Таня. — Ты нам говорила не повторять ошибок матери, а сама… Ты что, в запой ушла?
— Таня, я не понимаю, что происходит. Мне вдруг так плохо, и только это помогает.
— Ты и не думай, муж не ругается. Мне Денис сам приносит.
— Кто бы сомневался, — вдруг засмеялась Таня.
— Не поняла. Ты о чём?
— Наденька, я такое про твоего мужа узнала, что просто упасть можно. Но такой разговор не для этих стен. Так, давай в себя приходи, в порядок себя приводи — и поедем куда‑нибудь в кафе.
— Я не смогу за рулём. Тем более куда‑то права подевались.
— Я уже такси вызвала.
Через час Надя и Таня ехали в такси. Надя только сейчас осознала, что после того, как не стало родителей, прошло уже два месяца.
«Ужас! Два месяца прошло…»
Таня за это время уже окончила колледж и устроилась в клинику, а Витя познакомился с девушкой. Об этом по дороге рассказывала Таня.
— А мелкие тебя всё ждут, беспокоятся — куда ты пропала, — говорила она Наде. — А я тебе и дозвониться не могла. Что с твоим телефоном?
Надя только плечами пожала:
— Наверное, потеряла где‑то. А звонить в последнее время мне было без надобности.
— Ты что‑то странное про Дениса сказала, — напомнила Надя.
— Сейчас приедем в кафе, и я всё тебе расскажу, — покосившись на водителя, сказала Таня.
В кафе Таня поведала такую историю:
— После колледжа меня сразу взяли в женскую консультацию. Я работала на приёме. Однажды к доктору пришла молодая женщина. Оказалось, что с врачом пациентка знакома. Они болтали между делом — вначале я не прислушивалась, заполняла свои карточки. Как вдруг мне показалось, что я знаю, о ком говорит эта девица.
«Ден так рад этому малышу, — говорила пациентка. — Он готов меня на руках носить. Его жена бесплодная».
«А ты не думала, что он попробует потом забрать у тебя малыша? Женат же. И там серьёзные деньги. Вряд ли разведётся», — осторожно заметила доктор.
«Да никогда в жизни мой Денис так не сделает! — засмеялась женщина. — И разведётся, обязательно разведётся. Он сейчас с ней живёт, потому что надо решить кое‑какие финансовые вопросы».
Она замолчала, многозначительно посмотрев на медсестру. Доктор покачал головой в ответ — мол, не стоит болтать лишнего. Девица и замолчала.
А потом Таня видела, как у консультации её встречал мужчина. Он бежал к ней навстречу с букетом роз, смеялся, потом подхватил на руки и поцеловал.
— Надя, это был Денис, — закончила свой рассказ Таня.
— Мой Денис? — Надя непонимающе посмотрела на сестру. — Не может такого быть!
— Я их даже сфотографировала, — сказала Таня, достала телефон и показала фото на экране.
Да, снимок был сделан издалека, немного смазанный. Но было понятно, что это Денис. А на руках у него — та самая Людмила, секретарша отца, а теперь и его секретарша.
Эта информация мигом привела Надю в чувство. «Значит, Денис мне врёт. У него другая».
Осознав это, Надя вдруг поняла, что ей всё равно. Почему‑то после рассказа сестры и этой фотографии появилось только чувство гадливости — как будто руки в чём‑то испачкала.