— Мам, ты сегодня снова на ночное дежурство?
— Да, солнышко. Только вы с Юрой без шалостей, хорошо? Марина мягко провела ладонью по руке старшей дочери.
— Но ты ведь совсем не отдыхаешь.
— Катюш, мне нужно работать. У тебя скоро выпускной. Ты же хочешь красивое платье?
— Я вообще могу туда не идти.
— Вот ещё выдумала. Конечно пойдёшь. И будешь самой красивой.
Катя тяжело вздохнула и отвела взгляд.
— Мне так хочется, чтобы ты чаще была дома.
— Так и будет, Катенька. Уже совсем скоро. Ещё год, и всё. Закрою этот проклятый кредит.
Марина устало прикрыла глаза. Иногда ей казалось, что только ей одной в жизни достаются такие повороты. Была семья, был муж, родились дети, и всё выглядело так, будто впереди обычная спокойная жизнь. А потом супруг внезапно решил заняться бизнесом. Она не лезла в детали: возможности у него имелись, связи тоже. Только вот в кредите ему почему-то отказали, и тогда всё оформили на Марину.
Но и это оказалось не самым страшным.
Прошло совсем немного времени, и муж объявил, что уходит. Сказал, что полюбил другую, но уверял, что кредит будет выплачивать сам и ей не о чем тревожиться. Марина ещё не успела прийти в себя после предательства, как на неё обрушилось новое: позвонила какая-то незнакомая женщина и сухо сообщила, что муж умер. Даже не представилась толком, только сказала, где он похоронен.
Они не успели развестись.
Марина тогда стояла у могилы и плакала так, будто земля уходила из-под ног. Она думала лишь об одном: теперь будет очень тяжело. Двое детей, кредит, работа… Работа, конечно, любимая, но оплачиваемая так, что на одних чувствах семью не вытянуть. В голове возникали мысли, от которых становилось страшно, потому что сумма долга была непомерной. Куда исчезли деньги, никто не знал. На его счетах оказалось пусто. Из “наследства” ей досталась только его доля в квартире, а на плечи легло всё остальное.
Вот и пришлось хвататься за любые подработки, брать дополнительные смены, выходить на все дежурства. Хорошо ещё, что Катюша уже была достаточно взрослой: присматривала за Юрой, помогала по дому, держалась, как могла. Пять лет Марина жила, словно по кругу. И теперь оставался всего год до свободы. Все деньги уходили в кредит: и пенсия на детей, и половина зарплаты. На жизнь оставались крохи.
— Ладно, Катенька, я побежала.
— Мам, не переживай. У Юрки уроки проверю и с улицы загоню в девять.
Марина поцеловала дочь в лоб.
— Что бы я без тебя делала…
Больница, где работала Марина, находилась на другом конце города. Две пересадки, дорога, которая казалась бесконечной. Сколько раз она порывалась найти место ближе к дому, но каждый раз оставалась: привыкла, прикипела к отделению, к людям, к ритму.
— Добрый вечер, Марина Николаевна.
Она смущённо улыбнулась. Это был новый охранник, Сергей Андреевич. Он устроился к ним всего три месяца назад. Мужчина был в отставке и говорил, что дома на пенсии ему невыносимо скучно. Вежливый, спокойный, внимательный — он постоянно проявлял к Марине тёплое участие, а она от этого терялась, как девчонка. На работе уже пошли разговоры, хотя ничего между ними не происходило: ни встреч, ни обещаний, ни “случайных” свиданий.
— Здравствуйте, Сергей Андреевич.
Марина поспешила пройти дальше. Рядом стояли две медсестры и откровенно прислушивались, будто ждали продолжения.
В ординаторской у врача из отделения пили чай.
— О, Марина Николаевна, присоединяйтесь.
— Спасибо. Тихо у нас сегодня.
— Даже подозрительно тихо. Не люблю такое затишье.
— И я не люблю. После него обычно бывает буря.
Смена действительно начиналась спокойно. Привезли один аппендицит, да ещё рабочему аккуратно зашили руку. Погода стояла тёплая, и Марина вышла во двор, присела на лавочку, выбрав крайнее место, чтобы немного перевести дух.
— Можно? Сергей Андреевич опустился рядом так тихо, что Марина невольно вздрогнула.
Он повернулся к ней лицом, будто принял решение, от которого уже не отступит.
— Марин, я хочу пригласить вас в кино. И честно скажу: ломаю голову, куда ещё можно позвать такую женщину, как вы. В ресторан сразу — как-то… пошло. Театр любят не все. А я о вас почти ничего не знаю. Только одно знаю точно: отказы не принимаются. Даже не начинайте.
Марина, которая уже приготовилась сказать “нет”, вдруг рассмеялась.
— Вы что, мои мысли читаете?
— Да их и читать не надо. Вы ведь убегаете, как только меня увидите.
— Неужели так заметно?
— Очень заметно, Марин. Мы взрослые люди. Мы оба свободны. И делать вид, что нас не тянет друг к другу, просто глупо.
Марина выдохнула, словно ей стало жарко.
— Я отвыкла от таких разговоров… И какие мне свидания? Мне уже за сорок.
— За сорок — не значит, что жизнь закончилась.
Она помолчала, прислушиваясь к себе, и всё же кивнула.
— Хорошо. Схожу с вами в кино. Только времени у меня почти нет.
Сергей Андреевич посмотрел внимательно, без осуждения — скорее с сожалением.
— Я вижу. Вы работаете слишком много.
— Приходится. Муж оставил мне “наследство” не из приятных.
Сергей Андреевич чуть наклонил голову.
— Бывает… К сожалению. Я не стану расспрашивать. Если захотите — сами однажды расскажете.
И Марине неожиданно захотелось рассказать прямо сейчас. Она говорила, не пряча горечи, не выбирая удобных слов. Сергей молча слушал. Когда она закончила, Марина грустно усмехнулась.
— Так что подумайте хорошенько, стоит ли приглашать в кино женщину с таким количеством проблем.
— Глупости. Любые проблемы решаемы. А такие — тем более.
Марина качнула головой.
— Знаете… У меня когда-то была подруга. Самая близкая. Мы, можно сказать, из одной тарелки ели. А потом я вышла замуж — и мы разругались. Оказалось, у неё были виды на моего мужа. И теперь иногда я думаю: а если бы не я, а она стала его женой… Может, все были бы живы. Может, все были бы счастливы.
Сергей тихо усмехнулся.
— Вас унесло куда-то не туда. Вы с подругой помирились?
— Нет. Я даже не знаю, где она. Она уехала сразу после нашей свадьбы. Да и лет прошло столько…
Сергей вдруг посмотрел в сторону ворот.
— Скорая. Может, не к нам?
— К нам, Сергей Андреевич. Слишком спокойно в отделении. Так не бывает.
Марина поднялась и быстро пошла внутрь.
Минуты через три за ней прибежала медсестра.
— Марина Николаевна, срочно! На “живое”! Готовьте операционную!
— Сейчас буду.
Она подошла к каталке. Пациент был в сознании. Марина не глядела на него, машинально просматривала анализы, оценивая цифры, состояние, риск. Спросила ровным голосом:
— Как вы себя чувствуете?
И только потом подняла глаза.
На каталке лежал Костя.
Он смотрел на неё, испуганно сжавшись, словно его застали на месте преступления.
— Костя… — выдохнула Марина, и у неё потемнело в глазах.
Он быстро мотнул головой и отвернулся.
Внутри у неё всё оборвалось.
— Что это за бред… Ты же умер. Этого не может быть.
Ей показалось, что она теряет рассудок, потому что другого объяснения не существовало. Но времени на ужас не было.
— Давление падает! Кровопотеря большая!
Марина заставила себя собраться, словно включила в голове холодный механизм.
— Начинаем.
К концу операции у неё уже не оставалось сомнений: это был её муж, который “умер” пять лет назад. По документам у него значилось другое имя, но Марина видела перед собой Костю. Как такое возможно, мозг отказывался принимать. Однако факт оставался фактом.
Пациента увезли в палату.
Марина вышла из операционной, чувствуя, как дрожат пальцы. И тут услышала голос, от которого у неё перехватило дыхание.
— Скажите… Как он? Как мой муж?
Марина медленно обернулась — и замерла.
Перед ней стояла Лена. Та самая подруга, с которой они когда-то давно разошлись врагами.
Лена тоже узнала Марину и отступила на шаг, будто хотела скрыться в стене.
— Лена…
— Марина… Я не знала, что ты здесь работаешь.
Лена устало выдохнула, как человек, который несёт тяжесть, от которой нет спасения.
— Ты его оперировала?
— Я… Это же Костя. Я ничего не понимаю.
— Марин, всё так запуталось… Мы хотели как лучше. Получилось, как всегда. Нам надо поговорить.
— Поговорить? Очень бы хотелось услышать, что вообще происходит!
Голос Марины сорвался, почти на крик. Она изо всех сил держалась, чтобы не расплакаться прямо в коридоре.
Тут же рядом возник Сергей Андреевич.
— Марина Николаевна, с вами всё нормально?
— Сергей Андреевич, вы можете… присутствовать при нашей беседе? Я боюсь, что схожу с ума.
Сергей внимательно посмотрел на Лену и кивнул.
— Конечно. Пойдёмте ко мне. Там нам точно не помешают.
Они устроились в маленькой каморке охранника. Сергей подал Марине воду.
— Выпейте. Вы очень бледная.
Марина сделала несколько глотков и повернулась к Лене.
— Говори. С самого начала.
Лена начала сбивчиво, но постепенно слова сложились в страшную картину. Вернувшись в город спустя годы, она случайно встретила Костю. Между ними вспыхнули отношения. А потом — план.
Они взяли крупный кредит. Затем Костя ушёл от Марины, пообещав платить, а на деле задумал исчезнуть так, чтобы не платить ни кредит, ни алименты. Решили устроить “смерть”. На это ушли деньги, нашлись знакомые, которые “помогли” всё оформить. После инсценировки они уехали в другой город, чтобы не столкнуться со старыми знакомыми.
Но “бизнес” там не взлетел. Таких предприимчивых оказалось слишком много. Они влезли в долги ещё глубже. Пришлось всё продать, вернуться сюда и поселиться в квартире Лены. Однако кредиторы вычислили их быстро. То, что случилось сегодня, оказалось предупреждением: “привет” от тех, кому они задолжали. Сказали, что следующая встреча может быть последней.
Лена смотрела на Марину широко раскрытыми глазами.
— Марин… Я не знаю, что нам делать. Не выдавай нас.
Марина медленно поставила стакан.
— И как вы собираетесь из этого выбираться?
— Я… не знаю. Может быть… Ты продашь квартиру. Там же есть доля Кости…
Марина поперхнулась.
— Лена, ты в своём уме? Он повесил на меня кредит, который я выплачиваю столько лет, отказывая себе и детям. А ты предлагаешь мне остаться на улице и отдать деньги вам?
Сергей Андреевич спокойно посмотрел на Марину.
— Это, конечно, решать вам. Но, по-моему, правильнее всего вызвать полицию. Вашему бывшему супругу придётся отвечать. Зато у него будет шанс остаться живым. А вы, Марина, наконец избавитесь от этого ярма.
Лена вскочила.
— Вы не сделаете этого! Марина, это же твой муж! Отец твоих детей! Неужели тебе его не жалко?
Марина поднялась тоже. Голос у неё был ровный, но в нём звенела сталь.
— Нет, Лена. Мне его не жалко. И тебя — тоже. Ты хоть раз пожалела меня? Хоть раз подумала о моих детях, когда вы всё это затевали? Мы плакали на его могиле. Я и дети. А он… просто жил дальше.
Марина повернулась к Сергею.
— Сергей Андреевич, вызывайте полицию.
Он кивнул и взялся за телефон. Потом строго посмотрел на Лену.
— Простите, но вам придётся остаться здесь до приезда сотрудников.
Лена обречённо махнула рукой и опустилась на стул. Потом подняла на Марину полный ненависти взгляд.
— Это ты виновата. Если бы не ты… Если бы я вышла за Костю, ничего бы не случилось.
Марина не ответила. Она просто вышла из каморки, словно ей нужно было вдохнуть воздух, чтобы не задохнуться.
Дома Катя встретила её тревожным взглядом.
— Мам… Что-то случилось? Ты какая-то… не такая.
Марина посмотрела на дочь и тихо сказала:
— Садись, Катюш. Мне нужно тебе кое-что рассказать. Только я даже не знаю, с чего начать.
Она рассказала всё. Не торопясь, без украшений, как есть.
Катя выдохнула едва слышно:
— Значит, пока мы здесь долги за него отдавали, он жил и радовался… Пока мы цветы носили на могилу, он развлекался. Мам… Можно я буду считать, что мой папа как был мёртв, так и остался?
Марина тяжело кивнула.
— Я не стану тебя отговаривать. Для меня он тоже умер. Теперь уже второй раз.
Прошло полгода.
— Мам, а у нас сегодня гости? Дети ещё с порога заглянули на кухню.
Марина нервно поправила волосы.
— Раздевайтесь. Юра, разувайся и руки мыть.
Юрка вздохнул так, будто ему предстояло вынести мировую скорбь.
— Ой, Кать… Ну какой ещё “гости”…
Марина попыталась улыбнуться, хотя сердце колотилось.
— В общем… Я хочу познакомить вас с одним человеком. Его зовут Сергей. Катя, не стой. Помоги накрыть на стол.
Она отвернулась, потому что испугалась увидеть реакцию детей. Лица могут вытянуться, слова могут ранить, и она вдруг почувствовала: зря. Зря она решилась. А если они будут против?
И в этот момент её обняли сразу четыре руки.
— Мамочка, мы так рады за тебя. Правда! Лишь бы он был хорошим.
Марина почувствовала, как слёзы подступают к глазам.
— Он хороший. Вы сами увидите.
Раздался звонок в дверь. Юрка сорвался с места.
— Я открою!
Марина на секунду закрыла глаза.
Назад пути не было.
Через месяц они расписались. Больших гостей не собирали — посидели своей семьёй в ресторане. Юрка и Сергей быстро стали настоящими друзьями: мальчишке слишком не хватало мужского плеча рядом. Катя поначалу смотрела настороженно, но Сергей не давил и не торопил. А Марине только сказал:
— Ничего не ускоряй. Всё придёт само.
Костю вылечили, и почти сразу он оказался на скамье подсудимых. Выяснилось, что за ним и за Леной тянулся длинный хвост махинаций. На суд, который состоялся совсем недавно, Марине пришлось пойти: она тоже фигурировала в деле, ведь кредит был оформлен на неё.
Костя выглядел жалко, словно побитая собака. Лена — не лучше. Они яростно обвиняли друг друга, и смотреть на это было противно.
Сам кредит с Марины так и не сняли: по документам он оставался её обязательством, и доказать обратное она не смогла. Но в тот же день Сергей без лишних слов оплатил остаток долга.
— Всё, Мариш. Начинаем с чистого листа. У меня теперь тоже денег нет.
Марина не выдержала и рассмеялась сквозь слёзы.
— Деньги — такая мелочь.
И это действительно было мелочью.
Главное, что они теперь вместе. Главное, что дети рядом. Главное, что все живы и здоровы. А всё остальное — наживное. Деньги они ещё заработают. Только теперь — уже не в одиночку.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: