Найти в Дзене
Бытовые Байки

Моя машина считает, что я плохой водитель – Бытовой рассказ с юмором

Что делать, если ваш автомобиль не просто возит вас на работу, а ещё и комментирует каждый поворот? Особенно когда его мнение о вашем вождении сильно расходится с вашим собственным... Знакомство с характером Геннадий Степанович купил её в прошлую субботу. Серебристый Солярис, 2017 год, пробег 140 тысяч. Продавец клялся, что машина от бабушки из Рязани, ездила только в церковь и обратно. Геннадий кивал, хотя прекрасно видел потёртый руль и продавленное водительское сиденье. От бабушки. Конечно. Первый раз она заговорила на третий день. Геннадий стоял на светофоре, ковырял бардачок в поисках салфеток, и вдруг из динамиков раздалось: – Передачу включи. Зелёный уже. Он дёрнулся, и уронил на пол полпачки влажных салфеток вместе с просроченным леденцом. – Чего сидим? – повторил голос. Женский, чуть хрипловатый, с интонацией школьной учительницы, которая уже двадцать лет ждёт от тебя домашку. Геннадий проверил радио. Выключено. Проверил телефон. На беззвучном. Сзади загудели. – Ну вот, опозор

Что делать, если ваш автомобиль не просто возит вас на работу, а ещё и комментирует каждый поворот? Особенно когда его мнение о вашем вождении сильно расходится с вашим собственным...

Знакомство с характером

Геннадий Степанович купил её в прошлую субботу. Серебристый Солярис, 2017 год, пробег 140 тысяч. Продавец клялся, что машина от бабушки из Рязани, ездила только в церковь и обратно. Геннадий кивал, хотя прекрасно видел потёртый руль и продавленное водительское сиденье. От бабушки. Конечно.

Первый раз она заговорила на третий день.

Геннадий стоял на светофоре, ковырял бардачок в поисках салфеток, и вдруг из динамиков раздалось:

– Передачу включи. Зелёный уже.

Он дёрнулся, и уронил на пол полпачки влажных салфеток вместе с просроченным леденцом.

– Чего сидим? – повторил голос. Женский, чуть хрипловатый, с интонацией школьной учительницы, которая уже двадцать лет ждёт от тебя домашку.

Геннадий проверил радио. Выключено. Проверил телефон. На беззвучном. Сзади загудели.

– Ну вот, опозорились, – вздохнула машина.

Он проехал перекрёсток молча, вцепившись в руль обеими руками. На следующем светофоре осторожно спросил:

– Это... ты?

– А кто ещё. Навигатор твой, что ли? Он и по-русски-то через раз говорит.

Геннадий припарковался у обочины. Посидел. Потрогал приборную панель. Панель была тёплая, но молчала.

– Ну?

– Ну и кто ты?

– Я твоя машина, Гена. Можешь звать Серебряна. Или просто Сера. Только не Серенькая, я этого не люблю.

Геннадий подумал, что надо было купить ту белую Гранту. Грантам, скорее всего, не до разговоров.

Канал "Шутилин | От первого колеса"

Жизнь с советчицей

За неделю он привык. Человек вообще ко всему привыкает. К тёще привык, к начальнику привык, а тут всего лишь машина разговаривает.

Проблема была в другом. Сера имела мнение. По каждому поводу.

– Гена, ты опять третью пропустил. Я же чувствую, когда ты передачу пропускаешь. У меня от этого коробка нервничает.

– Гена, поворотник. Поворотник! Мы не телепаты. Я-то знаю куда едем, а вон тот КамАЗ не знает.

– Гена, восемьдесят в левом ряду это не скорость, а оскорбление.

Особенно она переживала за бензин.

– Опять на эту заправку? Гена, тут девяносто второй пахнет как ацетон с водой. Я после прошлого раза три дня икала на холостых. Давай на нормальную, через два квартала.

Жена Геннадия, Тамара Ильинична, узнала о Сере случайно. Села в машину за продуктами, а Сера ей с порога:

– Здравствуйте, Тамара Ильинична. Ремень пристегните. И пакеты с заднего сиденья уберите, мне обивку жалко.

Тамара вернулась домой пешком. Без продуктов. Сказала Геннадию, что пусть он на своей ненормальной машине сам за картошкой ездит, а она лучше пешком пройдётся.

Но через неделю они подружились. Сера подсказывала Тамаре, где парковаться, чтобы не поцарапали, а Тамара в ответ мыла ей коврики с шампунем.

– Наконец-то хоть кто-то в этой семье понимает, что такое уход, – говорила Сера.

Однажды сосед Петрович попросил подвезти до дачи. Всю дорогу Сера молчала. Геннадий даже забеспокоился.

– Ты чего притихла?

– При чужих не разговариваю, – ответила Сера, когда Петрович вышел. – У него ВАЗ-2107. Пусть с ней разговаривает. Хотя семёрки обычно молчуны, скрытные.

Геннадий засмеялся. Первый раз за всё время засмеялся, а не напрягся.

– А другие машины тоже... ну, такие?

– Гена, все машины такие. Просто не все хозяева слышат. Кто масло вовремя меняет и к мотору прислушивается, того мы и слышим в ответ. А кто гоняет, не глядя, у того и машина молчит. Зачем говорить, если не слушают?

В тот вечер Геннадий впервые залез в интернет почитать, что там вообще его Солярис умеет и чего боится. Пробег 140 тысяч, надо бы стойки проверить. И масло в коробке давно не меняли.

– Наконец-то, – сказала Сера утром, когда он завёл двигатель. – Сто сорок тысяч прошла, а ты только сейчас мануал открыл.

– Лучше поздно, чем никогда, – буркнул Геннадий.

– Это ты не мне скажи. Это ты моей ходовой скажи.

Иногда стоит послушать свою машину. Даже если она молчит. А если заговорит, тем более не спорьте. Она про себя знает больше, чем любой продавец на авторынке.

Кстати, если вам интересно, что бы рассказали о себе Солярис, Рио, Поло и другие машины, если бы умели говорить, загляните на канал, где автомобили делают именно это. Честно, с юмором и без прикрас. Ссылка ниже.

Канал "Шутилин | От первого колеса"