Родился Вячеслав в году 1938-м, в городе Иваново, где дым из труб фабричных, как дым из ада, вился к небу, а люди трудились с усердием, достойным раба Господня. Отец его, муж крепкий и силою и духом, прошел войну с врагом немецким, побывал в плену и возвратился, но увы, окаянным образом обвинен был как «изменник родины» и заключен в темницы людские, где горькие слезы текли, как реки в летний день. Мама же его, Мария, кроткая, но суровая, научила сына вышивать, чтобы не слонялся он бесцельно, как бродяга без Бога по улицам города.
После учебы в школе хотел был он в техникум индустриальный поступить, да не позволили родословные тяготы отца его — ибо был он сын заключенного, сын «заговорщика», и путь в индустриальный был ему закрыт. Тогда, по воле Промысла, обучился он в Ивановском химико-технологическом техникуме, а потом и в великом текстильном институте Москвы, где узрел он свет моды, как ангельский лик, и понял, что путь его — не ткань бездушную кроить, но души людские одеять, дабы красота их отражалась в образах.
И писал сам Зайцев, по милости Божией: «С первых дней я стал рисовать человечков в одежде различной, от мала до велика, и сердце мое трепетало от радости. И мысль посетила меня, что не быть мне простым мастером, но стать модельером, творцом образов, кои будут славу приносить Отчизне моей». Так ушел он с третьего года учебы в путь моделирования, как странник, ведомый духом истины.
Трудился он на фабрике швейной в Бабушкинском краю Москвы, где первые творения его, расписанные гуашью и темперой, женские телогрейки и валенки, юбки из платков павловопосадских, были встречены людьми строгими и холодными с укором: «Смеешься ты над советской действительностью!» — глаголили они. А он, Вячеслав, лишь руки свои разводил, как апостол истины, говоря: «Нет, я красок добавляю в унылое житие людское, дабы сердца их радовались!»
Не остался он незамеченным даже за морями, где французы свои глупые журналы имеют. Там о нем писали и прозвище дали — «красный Диор». И ездили к нему Пьер Карден, Ги Ларош и Марк Боан, видя его труды, и дивились, и удивлялись, ибо одежды его были полны народного духа и совершенства, подобно иконе, что благодать несет.
В 1980-х Дом моды его на проспекте Мира сиял, как светоч, первым именным брендом в великой державе. И одевал он, с Божией помощью, певиц и актрис советских, Аллу Пугачеву, Людмилу Гурченко, космонавтку Валентину Терешкову, Эдиту Пьеху — так, что и воздух Москвы дрожал, глядя на красоту сотворенную руками его. Балахоны для Пугачевой, о, чудо несказанное! — стали символом эпохи, как евангельские одежды праведников.
Не только платья и юбки творил он, но и костюмы театральные, и образы киношные, как для «Ивана Васильевича меняет профессию», где топы, шляпы, платья — все как сказание Божие, соединяющее западные формы с русским духом. И в работе его — смех, и веселье, и строгость вместе, ибо кто нарушит точность — тот услышит гнев его, словно гром с небес.
Век его был долг и славен: олимпийские формы сотворил, коллекции "Русские сезоны" представил, бренд Slava Zaitsev сам родил. И даже когда болезнь пришла, Паркинсона имя ей было, не сломилась сила духа, а только телесная немощь сковала его движения, но ум его и сердце оставались ясны, как солнце в чистый день.
И окончил он путь свой в 2023 году, в месяце апреле, и отошел в мир иной. Плачут звезды, и весь народ модный, но память о Вячеславе Зайцеве будет жить, как благодать, как молитва, как образ Божий в тканях, в юбках, в балахонах, что создал он, служа Родине и красоте.