Маша писала письмо Виктору, стараясь передать ему свое настроение и в то же время не испортить его настроение. Она, конечно, чувствовала, что он будет против ее работы, но надеялась убедить его в том, что это необходимо.
А Виктор, получив письмо, сразу расстроился: он почти договорился по поводу комнаты и уже предвкушал свидание с женой. Но если она собралась идти на работу, то не стоит ей приезжать сюда на месяц – он ведь предполагал, что она будет с ним до конца командировки.
Поздно вечером, после отбоя, он лежал на койке в палатке, глядя в потолок, когда вошел капитан Мурин.
- Что, Витек, скучный такой? Письмо от жены получил? Новости плохие?
Виктор подал плечами:
- Да вроде плохого ничего нет, но и хорошего мало.
- А в чем же дело? Ты давно женат?
- Полгода уже.
Капитан засмеялся:
- Не уже, а еще! И что же тебя расстроило?
- Мы договорились, что она приедет сюда и пробудет со мной до конца командировки.
- Ну, а она?
- А она на работу устроилась, значит, приехать не сможет.
Виктор вздохнул.
- Ну, может, ты зря расстроился? Ей ведь тоже нужно работать, она у тебя кто?
- Учительница.
- А учительнице тем более нужно, чтоб не потерять квалификацию. Моя вот, например, медсестра, ни дня не сидела дома. Как поженились, через месяц она уже работала. Правда, через год дочка родилась, но зато место за ней сохранялось, пока она в декрете была. Так что не расстраивайся по пустякам!
Он тоже улегся на койку.
- А твоя, видно, правильная! Не хочет у мужа на шее сидеть! Молодец!
Мурин сладко зевнул и, раздевшись, улегся.
- Понимаешь, - отозвался Виктор, - мне нравится, что она сама так решила, хотя знала, что я против ее работы.
- Ну, это ты зря! Что ей, молодой, дома делать? Борщи варить да тебя ждать? Так она быстро превратится в домохозяйку, станет тебя встречать в фартуке, рассказывать, как доставала продукты, в каких очередях стояла, по какому рецепту готовила. И очень скоро надоест тебе. Потому что скучно будет тебе с ней, понял?
Виктор молчал. Его все-таки обидело то, что она поступила по-своему.
- А что, Левицкий снова не ночует здесь?
- Не знаю, я за ним не слежу, - ответил Виктор.
- Вот у него жена не работает – он не разрешает. Зато сам бегает по женщинам, куда бы ни приехали. А ей не позволяет ездить к нему.
Виктор решил, что не будет отвечать на это письмо, по крайней мере дня два. Пусть все уляжется у него в голове, в сердце, потом напишет. Он задремал, вспоминая, как впервые увидел Машу, как влюбился в нее. И сейчас, засыпая, он думал о ней с теплотой и любовью.
... Регина заметила, что стала думать о Николае чаще, чем нужно было бы. Ей нравился этот парень, хотя лицо его было изуродовано шрамами. Она не спрашивала, откуда они, но почти догадывалась, что именно их причина привела его сюда. Вернее, увела оттуда, где он получил эти шрамы. Когда он смотрел на нее своими серыми глазами, у нее начинала кружиться голова. Интересно каким он был до этих шрамов?..
Николаю тоже нравилась Регина. И он чувствовал, что ее тянет к нему. Он помнил тот взгляд, когда он сунул ей в руки букет ромашек. Он не знал, как Регина оказалась здесь, на этой стройке, есть ли у нее семья. Но однажды после ужина он увидел, как она одна идет по тропинке к бараку. Солнце уже село, под фонарем вился рой мошкары, и ему показалось, что она уходит куда-то далеко. Николай оглянулся вокруг. Повсюду гуляли парни, женщины, и никто не смотрел в его сторону. Он ускорил шаг и скоро нагнал Регину.
- Гуляешь? – спросил он, поравнявшись с ней.
Она не сказала ничего, и он пошел рядом. Воздух был наполнен запахами молодой хвои, свежей травы, березовых почек и еще чего-то. Николаю вдруг захотелось подарить ей букет цветов, а самому зарыться лицом в ее волосы... И вдруг точно молнией сверкнуло: он вдыхает запах волос Пелагеи, а они пахнут полынью...
- А здесь нет полыни, - сказал он вслух.
- Чего? – удивилась Регина.
- Полыни, - повторил Николай. – У нас в это время она начинает цвести, ее запах везде!
- Полынь? – переспросила Регина. – А у нас ее нет. Я даже не представляю, как она выглядит. Я только знаю, что это очень горькое растение, говорят ведь: горький, как полынь. А она действительно горькая?
- Да, она горькая, но так пахнет! Мать всегда на Троицу посыпала полы в хате чабрецом и полынью.
Николай взял Регину под руку, она не отняла ее. Они продолжали идти по тропинке, которая скоро перешла в лесную дорожку. Фонари остались позади, а между острыми верхушками елок повисла луна. Николай остановился, повернул Регину к себе, взял ее лицо в ладони и поцеловал. Она положила ему руки на плечи, прижалась к нему...
... Над ухом звенели комары, прохладная трава щекотала тело. Николай отмахивался от назойливых хозяев ночного леса:
- Ведь не было же их, откуда взялись?
- Почувствовали живое тепло, вот и слетелись. А ты знаешь, что здесь только самки летают?
- Ну да?
- Конечно, потому что самцы питаются нектаром, а самкам нужна кровь, чтобы отложить яйца.
- Вот-вот! Вам обязательно нужна кровь, а нам хватает нектара!
- Особенно если у нектара градусов сорок!
Они засмеялись, Николай помог Регине подняться, отряхнул траву с ее платья. Он вдруг почувствовал, что эта женщина стала ему близкой и даже дорогой. Он нежно обнял ее.
- Выходи за меня, - сказал он.
Регина не отвечала.
- Слышишь? Выходи за меня! – повторил он.
- Видишь ли, Коля, - начала Регина, - я в некотором роде замужем.
- Не понял...
- Я замужем. То есть не разведена. Я уехала от мужа, когда узнала, что у него есть другая.
- Просто уехала?
- Да, просто села на поезд и уехала.
- А он знает, где ты?
- Не знаю. Нет, наверное! Иначе уже приехал бы или написал.
- А если приехал бы, ты вернулась бы к нему?
- Теперь не знаю.
Николай отпустил ее, пошел по тропке к поселку.
Настроение упало, ему стало обидно: выходит, она еще думает о своем муже. Тогда почему она с ним? Просто, чтоб время провести? Давно мужика не было? – вдруг жестко подумал он.
Регина догнала его.
- Ты чего убежал? Бросил меня. А если медведь?
Николай остановился.
- Регина, я не хочу быть подменным трактористом.
- Почему подменным? У меня нет никого.
- У тебя есть муж...
- Но ты ведь тоже убежал от кого-то?
- Я? – задумался Николай. – Да нет, скорее от себя. Вот, думал, начну новую жизнь... А получается, что все повторяется...
Он вздохнул. Они шли по пустынной тропке, молчали. Когда дошли до общежития Регины, она остановилась и сказала:
- Не торопи меня, Коля!