Часть 1. САМЫЕ ТЕМНЫЕ ВРЕМЕНА
Анна сидела в темноте, прижав колени к подбородку, и смотрела на большой экран телевизора. На столе перед ней стояли две чайные кружки. Одна из них — чистая, неиспользованная. Анны не было на премьере нового приложения, на вечеринке в лофте с инвесторами. Она предпочла тишину их квартиры, которую когда-то называла «наша берлога».
На экране был ее Макс. В дорогом итальянском пиджаке, с новой прической и уверенным, чуть высокомерным взглядом. Интервьюер, улыбаясь, спросил:
«Максим, ваш стартап — это феномен. Говорят, вы прошли через ад, прежде чем взлететь. Что было вашей опорой в самые темные времена?»
Анна невольно задержала дыхание. Она ждала упоминания бессонных ночей, когда она писала за него тестовые задания, чтобы он мог сосредоточиться на коде. О тех годах, когда она работала бухгалтером днем и репетитором вечером, а на ужин они ели дешевые сосиски. О своих словах, которые, как парашют, мягко опускали его после каждого провала: «Ничего, в следующий раз получится. Мы справимся».
Максим задумчиво посмотрел в камеру, и Анна узнала этот жест — он репетировал.
«Опора? Знаете, я понял одну вещь, — его голос был бархатным и спокойным. — Успех — это одиночный полет. Самый дальний и рискованный. Важно не позволять себе отвлекаться на чужое мнение, даже близких. Мой успех — это плод долгих лет одиночного труда. Только так можно дойти до цели. Без сентиментов. Без… запасных аэродромов».
В тишине комнаты его слова прозвучали, как выстрелы. «Запасной аэродром». Так он называл её в шутку, когда она забирала его с разбитого бизнес-поля. «Ты мой запасной аэродром, Ань. Всегда примут, заправят, починят». Она тогда смеялась, целовала его в макушку и верила, что однажды он взлетит в большое небо, взяв её с собой в кабину пилота.
Но он взлетел один. И даже стер взлетную полосу из памяти.
Анна медленно выдохнула. Ни слез, ни истерики. Она поднялась, прошла в кабинет, который когда-то был их общей кладовкой. Открыла старый ноутбук, нашла зашифрованную папку. Переписки в мессенджерах. «Ань, переведи, пожалуйста, на аренду сервера, я потом все верну». «Дорогая, скинь данные по налогам, ты же в этом шаришь». Скриншоты переводов с её карты на его рабочие счета. Фотографии первых набросков интерфейса, сделанные её рукой на бумаге. Она не просто поддерживала. Она была сооснователем, инвестором, бухгалтером, психологом. И он только что публично отрекся от этого.
Часть 2. ЛИШНИЙ ГРУЗ
На следующий день, ровно в десять утра, Анна вошла в офис его теперь уже успешной компании. Секретарша, блондинка в строгом костюме, попыталась остановить ее.
— У Максима Викторовича совещание. Вы без предварительной…
— Я — Анна Викторовна, — тихо сказала Анна, глядя ей прямо в глаза. — Его жена. И я его ждать не буду.
Она открыла дверь в кабинет. Максим, уверенный и сияющий, обсуждал что-то по телефону. Увидев её, он удивленно улыбнулся, но в глазах промелькнуло раздражение.
— Перезвоню, — бросил он в трубку и положил телефон. — Ань! Ты где была вчера? Все искали тебя. Ты не видела интервью?
— Видела, — Анна подошла к его столу и положила перед ним толстую белую папку.
— Здорово, да? — Он даже не заметил ледяной тон. — Ребята говорят, хайп нереальный. Инвесторы…
— Я подаю на развод, — перебила она. Его лицо застыло.
— Что? Из-за каких-то слов в телевизоре? Да я же для образа! Это пиар! Ты же понимаешь…
— «Запасной аэродром» решил прекратить работу, — голос Анны был ровным. — И требует компенсацию за многолетнее обслуживание. Здесь иск. Я требую признания моей доли как сооснователя проекта. Пятьдесят процентов бизнеса. Все доказательства здесь: финансовая, трудовая, творческая вовлеченность.
Максим побледнел. Он лихорадочно начал листать папку. Распечатки, чеки, скриншоты его же старых отчаянных сообщений.
— Это шантаж! — вырвалось у него. В его глазах был уже не успешный стартапер, а тот самый испуганный мальчик, который боялся провала. — Ты хочешь уничтожить меня? После всего, что я для тебя сделал? Я же тебя поднял!
Анна впервые за долгие месяцы улыбнулась. Горько и печально.
— Ты ничего не понял, Макс.
Она развернулась и пошла к двери.
— Подожди! — закричал он, и в его крике слышалась паника, осознание края пропасти. — Ань, давай поговорим! Мы же все можем решить! Я был идиотом!
Анна остановилась на пороге, не оборачиваясь.
— Разговор был вчера вечером, Максим. Ты вел его с целой страной. И ответила я тебе сегодня.
Дверь мягко закрылась за ней, заглушив звук разбивающегося о землю хрустального успеха. В коридоре было тихо. Анна сделала глубокий вдох. Впервые за много лет она дышала воздухом, который принадлежал только ей. Ей было страшно. И невероятно свободно. Её собственный полет только начинался, и на этот раз у нее не было лишнего груза на борту.