Год назад жена Вера (двадцать девять лет) стала странной. Задумчивой. Рассеянной. Я списывал на работу. У неё проект важный. Дедлайны.
В апреле она сказала:
— Кирилл, я хочу походить к психологу.
Я обрадовался.
— Отличная идея! У тебя реально сильный стресс. Давно пора.
— Да. Подруга посоветовала хорошего специалиста. Буду ходить по понедельникам, средам и пятницам.
— Три раза в неделю? — я удивился. — Это не много?
— Он так работает. Интенсивная терапия называется. Быстрее результат даёт.
Я кивнул. В психологии не разбираюсь. Если специалист так говорит, значит так надо.
— А сколько стоит?
— Бесплатно. Он практикант. Набирает клиентов для диплома.
— Ого. Повезло тебе.
Вера улыбнулась.
— Да. Мне тоже так кажется.
Через неделю она пошла на первый сеанс. Ушла в шесть вечера. Вернулась в девять. Выглядела свежей. Румянец на щеках. Глаза светятся.
— Как прошло?
— Хорошо. Проработали много чего. Устала конечно. Но полегчало.
Я обнял её.
— Молодец. Продолжай ходить.
Она отстранилась.
— Кирилл, я в душ. Устала очень. Потом поговорим.
Я пожал плечами. Понятное дело. Психолог это ведь тяжело. Там всякое всплывает.
Дальше пошло по графику. Понедельник, среда, пятница — психолог. Уходит в шесть. Возвращается в девять. Иногда в десять.
Я ужин готовил. Разогревал ей. Спрашивал как дела. Она отвечала односложно. Ела молча. Уходила в спальню.
Прошёл месяц. Я стал замечать изменения. Вера начала одеваться по-другому. Раньше на работу в джинсах и свитере ходила. Обычно. Просто.
Теперь юбки. Блузки. Каблуки даже. Макияж яркий. Духи дорогие.
— Вер, ты так нарядилась. Это на работу?
— Да. Хочется выглядеть хорошо. Для себя.
— К психологу тоже так будешь ходить?
— Ну а что? Мне приятно. Я же для себя стараюсь.
Я кивнул. Логично вроде. Женщине хочется быть красивой. Нормально.
Ещё она стала зависать в телефоне. Постоянно. Проверяла каждые пять минут. Улыбалась экрану. Печатала быстро. Часто.
— С кем переписываешься?
— С Катькой. Она тоже к психологу ходит. Делимся впечатлениями.
— А-а. Понятно.
Меня это успокаивало. Я доверял жене. Мы вместе шесть лет. Из них четыре в браке. Никогда проблем не было.
Прошло ещё два месяца. Июнь наступил. Жара. Вера стала ещё более отстранённой. Почти не обнимала. Не целовала. Отворачивалась.
— Вер, что происходит? Мы почти не близки.
— Устаю. Работа плюс терапия. Это реально выматывает. Потерпи немного.
— Сколько ещё терпеть?
— Не знаю. Пока не проработаю все блоки. Психолог говорит, процесс идёт. Надо продолжать.
Я вздохнул. Терпел. Я же понимал. Психотерапия это серьёзно. Там глубокие вещи вылезают. Ей сейчас тяжело.
В середине июля я пришёл с работы раньше обычного. В пять вечера. Начальник отпустил.
Вера была дома. Собиралась на «сеанс». Стояла перед зеркалом. Красилась.
На ней была короткая юбка. Обтягивающая кофточка. Каблуки высокие. Декольте глубокое.
— Вер, ты куда так?
Она вздрогнула. Обернулась.
— К психологу. Как обычно.
— В такой юбке? К психологу?
— А что такого? Мне удобно.
— Удобно? В каблуках двенадцать сантиметров?
Она раздражённо вздохнула.
— Кирилл, не начинай. Я опаздываю.
Она схватила сумочку. Выбежала за дверь. Хлопнула.
Я остался один. В голове застряла мысль. К психологу так не ходят. Это же не свидание.
Я достал телефон. Набрал сообщение подруге Катьке. Та самая, которая тоже к психологу якобы ходит.
«Привет. Как твоя терапия? Вера говорила, вы вместе ходите к психологу».
Ответ пришёл через минуту.
«Какая терапия? Я ни к какому психологу не хожу. О чём ты?»
Я замер.
«Вера говорила, вы с ней обсуждаете сеансы».
«Кирилл, я не понимаю. Мы с Верой месяц не общались вообще. Что происходит?»
Я опустил телефон. Значит врала. Про Катьку. Про обсуждения. Зачем?
Я прошёлся по квартире. Нервно. Быстро. Думал.
Вспомнил странности. Наряды. Телефон. Отстранённость. Нет. Не может быть.
Я сел на диван. Ждал.
Вера вернулась в десять. Поздно. Позже обычного.
— Как прошло?
— Хорошо. Продуктивно. Много проработали.
— Долго сегодня.
— Да. Психолог предложил продлить сеанс. Важные темы всплыли.
Она прошла в ванную. Я слышал шум воды.
Телефон её лежал на столе. Она забыла взять.
Я посмотрел на экран. Уведомление. Сообщение.
«Жду тебя в понедельник в семь. Скучаю. Сегодня было невероятно».
Имя контакта — «Психолог Игорь».
Я нахмурился. Психолог пишет «скучаю»? Психолог пишет «сегодня было невероятно»?
Я открыл переписку. Пролистал.
Всё сразу стало ясно.
«Вчера ты была неотразима. Не могу забыть».
«Твой муж твой слепой. Не ценит такую женщину».
«Люблю тебя сильно».
Дальше фотографии. Её фотографии. В откровенных позах. Которые я никогда не видел. Которые она мне никогда не присылала.
Я пролистал дальше. Год переписки. Целый год. С апреля прошлого года. Ровно когда начались «сеансы».
Я сел. Руки тряслись.
Вера вышла из ванной. В халате. Увидела меня с её телефоном. Замерла.
— Что ты делаешь?!
Я молча протянул ей телефон. Открытая переписка. Фотографии на экране.
— Кирилл, я могу объяснить...
— Объясни. Кто такой Игорь? Никакого психолога не было? Никакой терапии?
— Нет.
Я встал. Подошёл к окну.
— Кто он?
— Познакомились в спортзале. В марте прошлого года. Он тренер. Ему тридцать пять лет.
— Ты ходила к нему три раза в неделю? Год подряд?
— Да.
— Врала мне каждый раз. Уходила к любовнику. Возвращалась домой. Ела ужин, который я готовил.
Она заплакала.
— Прости...
Я повернулся. Посмотрел на неё.
— Ты понимаешь что ты делала? Год обмана. Триста шестьдесят пять дней. Под видом психолога.
— Я не хотела... Это случайно вышло... Я влюбилась...
— Влюбилась, — я засмеялся. — В тренера. Который пишет тебе пошлости. И называет меня слепым.
— Он не такой! Ты не знаешь его!
— Мне и не надо. А вот ты меня знаешь? Я который верил тебе. Поддерживал. Радовался что ты к психологу ходишь.
Она рыдала.
Я вышел из комнаты. Сел на кухне. Руки дрожали. Я налил воды. Выпил залпом. Ещё стакан.
Вера прибежала следом.
— Кирилл, умоляю! Давай попробуем спасти брак! Я пойду к настоящему психологу! Мы проработаем это вместе!
— Проработаешь с Игорем. Он же у тебя специалист по проработке.
— Не говори так! Пожалуйста! Ты же любишь меня!
Я посмотрел на неё. Тушь размазана. Глаза красные.
— Любил. До сегодняшнего вечера. Ровно до десяти вечера. Когда открыл твой телефон.
Она присела на стул напротив. Закрыла лицо руками. Плакала навзрыд.
— Что мне теперь делать?
— Уходить. Завтра утром хочу видеть тебя с вещами у порога. К девяти часам.
— А если я не уйду?
— Тогда уйду я. И сразу подам на развод. С указанием причины. Твоя мать узнает. Все знакомые узнают.
Она вскинула голову.
— Ты не посмеешь!
— Посмею. Я ничего не скрывал. Это ты врала год. Тебе и отвечать.
Она встала. Пошла в спальню. Громко плакала. Потом слышал как звонит кому-то. Шепчет. Наверное Игорю. Жалуется.
Мне было всё равно. Я лёг на диване. Не спал до утра.
Утром встал. Умылся. Вошёл в спальню.
Пусто. Вещи собраны. Три сумки у двери. Вера сидела на кровати. Опухшая от слёз.
— Я позвонила Катьке. Поживу у неё.
— Хорошо.
— Кирилл... Может всё-таки...
— Нет.
Она встала. Взяла сумки. Пошла к двери. Обернулась.
— Я действительно любила тебя. Люблю.
— Странная у тебя любовь. Год обмана называется любовью.
Дверь закрылась. Я сел на кухне. Налил кофе.
Через месяц развелись.
Квартира осталась моей. Она была оформлена на меня до брака. Вера не претендовала.
Некоторые считают меня жёстким. Говорят надо было дать шанс. Поработать над отношениями. Сходить к семейному психологу. К настоящему на этот раз.
Знаете что? Нет.
Когда человек врёт тебе триста шестьдесят пять дней подряд — это выбор. Сознательный. Каждый раз. С её стороны — год вранья.
Счёт не в её пользу.