Раз уж мы коснулись темы развенчания мифов антисоветчиков в заочной беседе с Андреем Медведевым о том, что это большевики создали национализмы на руинах Российской империи, и затронули фигуру одного из ярчайших белорусских националистов – польского шляхтича Ивана Доминиковича Луцевича, выступавшего под псевдонимом «Янка Купала», дабы русский народ проникся к нему сочувствием, то позвольте продолжить погружаться в изучение этого персонажа.
С 25 августа по 10 октября 1919 в оккупированном поляками Минске издавалась пропитанная симпатиями к Польше и Пилсудскому, а также ненавистью к России, Советам и большевикам, газета «Звон», где главным редактором выступал обозначенный выше Луцевич-Купала и именно своей польской фамилией он подписывался в конце первых номеров.
Не увидеть симпатий к Польше руководства данного издания очень сложно. Уже в первом номере публикуется воззвание Пилсудского под красноречивым заголовком «К населению бывшего Великого Княжества Белорусско-Литовского», где отмечается, что этот край множество лет подвергается российско-немецко-большевистскому насилию. И он, Пилсудский, привёл несущие свободу польские войска, которые восстановят гармонию и дадут «Вам свабоду».
«Скоро польское войско очистит от большевистских гультаёв наш край»
как писалось в одном из последующих номеров газеты.
Повествовательный стиль в «Звоне» легко узнаваем и сегодня. За сотню лет инструкции не поменялись, и, судя по всему, украинские агитаторы учились на материалах Луцевича-Купалы рассказывать о ворующих унитазы и асфальт российских солдатах:
«Само собой разумеется, что в городе огромная безработица, потому что город был ограблен большевиками полностью. Они вывезли не только различные машины, но даже предметы домашнего быта – кресла, ложки, миски»
Минск, был спасён от «кровавых операций большевиков».
Газета «Звон» использовалась для создания отличной от русской идентичности читателей. Населению вдалбливалась мантра про «родную мову», известная нам и сегодня. Также шло формирование национальной оппозиции «мы – белорусы» и «они – маскали и расийцы».
«Когда на плебисците люди скажут, что они – поляки, то их землю присоединят к Польше, а когда скажут, что они – расейцы, или маскали, то их отдадут России или Масковщине. Так вот для того, чтобы не отдали нас кому-нибудь в примы, народ наш не поляк, не маскаль или расиец (русский), но Белорус»
Слово белорус написано с большой буквы и это указывает нам на чёткое националистическое позиционирование автора.
«Не может быть ничего худшего в мире, если наш народ из-за своей национальной бессознательности назовёт себя расийцами и его присоединится к Масковщине. Масковщина – виновница всего нашего горя, всех наших исторических страданий»
Очень красноречиво.
«Польша никогда не воевала непосредственно с Москвой, – воевала с ней Белоруссия в лице Великого Княжества Белорусско-Литовского, но с того времени, как наши князья стали и польскими королями, то сражение Москвы с Белоруссией происходило под штандартом Польши»
«Мы имеем ввиду политическую связь взаимопомощи, а не эксплуатации. Такой политической связи Белоруссии с Масковщиной или Россией, никогда не было и быть не может. Москва – была и осталась заклятым врагом Белоруссии, который посягал и продолжает посягать на саму жизнь нашего народа. Москва никогда не примирится с тем, что в политической связи с ней будем существовать белорусский, или какой-то другой народ. И только независимая Белоруссия в связке со своим соседом с запада (Польша) может оградить себя от московской угрозы»
Помимо прямого исторического противопоставления для разделения русского народа использовались статьи заголовком ««Русские люди» и Белоруссии Народ».
Выше мы увидели внушение жителям современных белорусских земель мысли об извечной их борьбе с Москвой, а здесь узнаём знакомые украинские наци-нотки и известные в современной Белоруссии высказывания о московских болотах и высокоразвитых белорусах:
«Хохол Гоголь, публикуя свои произведения на великорусском, раскрыл украинский юмор. Белорус Достоевский привнёс в российскую литературу неизвестный кацапам дух жалости»
Кстати, вот ответ антисоветчикам по вопросу большевистской национальной политики. В «Звоне» чётко понимали, что национальное строительство лишь прикрытие желания восстановить Россию:
«В этом году те же самые минские крестьяне просили большевистских комиссаров присоединить их к Масковщине, когда большевики для своего политического шулерства провозгласили Белоруссию независимой «советской республикой»»
«Уже насколько были безбашенными московские большевики, но и они не переставали мечтать о «матушке России» и показали себя самыми заядлыми московскими империалистами. Как авантюрист-Наполеон под штандартом вольностей нёс для Европы порабощение народам, так и московские большевики под штандартом «советской власти» прятали московский империализм…»
Как видите, поклонников белорусского проекта не существовало и люди видели себя либо поляками, либо русскими.
«В Белоруссии три четверти православных белорусов и одна четверть белорусов католиков. Первые и их интеллигенция считают себя русскими и всей душой рады присоединиться к России, (только не большевистской). Другие вместе со своей интеллигенцией хотят безоговорочно очутиться под Польшей»
1919 год. Никакой белорусской самоидентификации, по признанию в газете Купалы, не существует - либо русский, либо поляк.
Были ещё русские евреи, которые хотели жить в одном большом государстве от Бреста до Владивостока:
«Даже не проводя плебисцит можно угадать его результат. Православные белорусы и жиды выскажутся за присоединение к России, а католики за присоединение к Польше»
Именно поэтому в 1991 Шушкевич со своей нацбандой не провёл референдум об отсоединении от СССР.
В «Звоне» хорошо понимали отрицательное отношение русских евреев к белорусскому национализму, поэтому их пытались обработать:
«Мы уверены, что жидовство опомнится, что оно отвернётся от тех, кто давал им погромы, черту оседлости и национальное угнетение. Мы думаем, что жидовство – старый народ и не обманется оно медовым месяцем российской революции. Мы надеемся, что жидовство не станет создавать свою культуру и не откажется помочь нам построить нашу общую Родину – Белоруссию»
Ну и самое, конечно замечательное, это оды Янки Купалы Пилсудскому в номере «Звона» за 17 сентября 1919 – за день до приезда Пилсудского в Минск. Официальное приветствие:
«Привет тебе, Начальник Польского Государства, на твоей родной земле – Белоруссии!»
было дополнено стихотворение Купалы Восстань:
«Восстань з народа нашего, пророк…»
Как видите, команда «Звона» была ярыми националистами, до отказа заполненными антирусскими и антисоветскими идеями. После поражения им пришлось улыбаться большевикам, встраиваться в новую систему и ломать государство изнутри. Сегодня Купала — это национальный белорусский герой, о котором принято говорить как об отце белорусского литературного языка – «языком Купалы». Традиции этих националистов успешно проросли в молодом белорусском государстве, что видно на примерах определённых лиц, притворяющихся коммунистами и действующих на Союзном и российском направлении по заветам польского шляхтича Луцевича-Купалы.
Вот идеологическое ядро белорусского национализма, отражённое на страницах «Звона»:
«Москва – была и осталась заклятым врагом Белоруссии, который посягал и до настоящего времени посягает на жизнь нашего народа»
Я был немало удивлён, увидев хвалебную статью в адрес Купалы на сайте московских коммунистов. Видимо они не знают о взглядах и деятельности данного писателя, а также о том, что он чудом избежал физической денационализации, да ещё и сам себе харакири попытался сделать.
Дополнение.
Из зала задают вопрос о том, какой вывод можно сделать из текста про Купалу.
Спрашивали? Отвечаем.
Мы конечно опишем тех, кто принимал участие в проекте "Звон" и прочих "Их нивах", однако уже понятно, что все эти дельцы, как их описывают западные исследователи, националисты, а не большевики.
Они жили своими нацмечтами и подстраивались под окружающую среду, писали восхваления советским вождя, но в душе питали жгучую ненависть ко всему русскому и советскому.
Также мы увидели очередное доказательство того, что большевики не создавали национализмы.Они сформировались ещё в имперский период и большевики использовали их слабые места для построения новой Советской России.
Купала и прочие были элементом информационной борьбы, экспортируя образ "национальной советской республики" на оккупированные Польшей территории. Это видно и в тексте "Звона", который приводился выше.
По мере решения задач Советская власть постепенно начала закрывать этот проект и националисты пошли гуськом под суд. Кто-то из них сумел лучше прорасти в систему и помог Купале избежать расстрела. Он отделался лишь попыткой харакири. Однако когда началась Великая Отечественная война и белорусские нацисты-коллаборанты воспряли духом на оккупированных советских территориях, Купала "упал с лестницы в гостинице Москва" и отправился на встречу с Богушевичем.
Конечно, Советская власть наделала много ошибок, в устремлении к унификации государства не успела стереть все следы национализмов и в белорусском случае точно могла обойтись без белорусизации и национальной политики, что подтверждается словами выше о полном отсутствии успехов националистов по насаждению белорусской идентичности. Однако вполне вероятно, что как и сегодня, в Москву из Минска шли донесения от "своих людей", рисующих прямо противоположную картину.
Но главный вывод в следующем - возвеличивание таких персонажей как Богушевич, Купала, Игнатовский и прочих "невинно осуждённых поэтов и учёных", не делает современную Белоруссию советской, как это местные "эксперты" пытаются показать в российском информационном пространстве, а ровно наоборот - это является свидетельством антисоветских и антирусский корней.
На таких "героях" не построить общее ценностное пространство с Россией в Союзном государстве, к чему устремлён Сергей Глазьев.