Юсиф Эйвазов и Анна Нетребко выступили в Ковент-Гардене. В героев «Турандот» артисты перевоплощались уже не раз: Нетребко исполняла партию принцессы в Москве, Санкт-Петербурге, Нью-Йорке и на Арена-ди-Верона. Эйвазов пел принца Калафа в Вене и Ла Скала. Теперь они покорили лондонскую Королевскую оперу.
«Турандот» – последняя опера Джакомо Пуччини, которую он не успел завершить (финальный дуэт дописал ученик композитора Франко Альфано). Сюжет ее несколько странен и трудно поддается современной режиссуре. Тем не менее «Турандот» регулярно ставят на главных мировых площадках, а фантастической красоты музыку, которую Пуччини слегка приправил «китайским» колоритом, и поразительные арии (самая знаменитая, теноровая – Nessun dorma) мечтают исполнить многие артисты.
Либретто, сочиненное Джузеппе Адами и Ренато Симони, основано на сказке Карло Гоцци. В весьма условном Китае в неведомые времена дочь императора, принцесса Турандот, не желает выходить замуж и, чтобы избавляться от женихов, придумала для них испытание: каждый должен отгадать три загадки. Если претендент не сможет отгадать хотя бы одну, он будет казнен. Счет жертв идет на десятки. И вот в столицу прибывает принц Калаф, сын свергнутого татарского императора Тимура, а также сам старик-отец и его юная служанка Лиу, безответно влюбленная в Калафа. Герой, конечно, влюбляется в Турандот – и разгадывает все загадки. Но он позволяет жестокой принцессе отказаться от брака, если та узнает его настоящее имя. Турандот приказывает пытать Лиу – девушка умирает, не выдав тайны. В финале сердце принцессы смягчается, и она решает выйти замуж за Калафа.
В Ковент-Гардене спектакль идет в версии Андрея Щербана: родившийся в Румынии американский режиссер ценит театр условный, красочный, с восточным колоритом, углубляться в психологию персонажей он не любит. Щербан выпустил «Турандот» в Лондоне еще в 1984 году, и с тех пор спектакль не раз возобновлялся. В нем ничего не меняли: все так же публику завораживают гигантские головы бывших женихов на кольях, красные ленты, символизирующие кровавые слезы, танцовщики в масках пекинской оперы и император, отец Турандот, спускающийся с небес на золотом троне. Манера игры у актеров также условная, «масочная» – но артисты то и дело выходят за грань «театра представления», увлекая публику в «театр переживания». Восторженный обозреватель The Guardian Мартин Кеттл отметил: «Нетребко привносит мягкость и протяженность линий туда, где это позволяет Пуччини, и в ее исполнении сцены великой загадки, вокруг которой вращается опера, нет ничего холодного или бессердечного. В ее трактовке есть моменты, когда ощущаешь присутствие оперного величия».
Юсиф Эйвазов, чей герой кидается в любовь как в омут и бестрепетно готов рисковать жизнью ради одного взгляда принцессы, также произвел впечатление на публику и на рецензентов. Обозреватель Financial Times Ричард Феерман пишет: «Это, безусловно, его лучшее выступление в Королевской опере на сегодняшний день, поскольку голос стал менее резким, более насыщенным по тембру, и у него хватает смелости полностью отдаться исполнению ключевых моментов Калафа». Еще одной героиней вечера стала южноафриканская сопрано Масабани Сесилия Рангванаша, перевоплотившаяся в нежную, самоотверженную Лиу. Сцена ее мучений поставлена чрезвычайно условно, но у зрителей сжимается сердце – они переживают за героиню всерьез.
Единственная проблема спектакля, которую отмечают почти все рецензенты, – работа дирижера Даниэля Орена. Он потребовал от оркестра максимальной громкости, и певцам приходилось преодолевать мощный шквал музыки, названный журналистами «цунами, чуть не утопившим постановку». Впрочем, это не стало проблемой ни для Нетребко, ни для Эйвазова – артисты сохранили точность интонаций и сумели продемонстрировать красоту своих партий.
После четырех спектаклей «Турандот» в Лондоне Нетребко отправляется в Париж, где ее ждет «Бал-маскарад» Верди, и в Вену (там Анна поет его же «Набукко» и «Тоску» Пуччини), а Юсиф – в Оман («Тоска»), Триест («Трубадур» Верди), Париж («Тоска») и Берлин («Аида» Верди).
Читайте еще:
Класс сопрано: бенефис Динары Алиевой в Большом театре
Врачеватель душ: Пласидо Доминго – 85 лет
Текст: Анна Гордеева
Фото: Camilla Greenwell