Я стояла у плиты и смотрела, как закипает вода в кастрюле. За окном уже темнело — обычный будничный вечер, когда хочется просто посидеть с мужем на диване и посмотреть что-нибудь легкое. Мы даже договорились сходить в кино. Давно не были вдвоем.
Телефон Ильи завибрировал на столе. Я даже не посмотрела — знала, кто звонит.
— Мам, привет, — голос у него сразу стал мягким, немного виноватым. — Да, конечно. Сейчас заеду.
Он положил трубку и посмотрел на меня. Я продолжала помешивать макароны.
— Оль, маме нужно купить квас. Жара же, ей тяжело выходить.
Я выключила конфорку. Повернулась к нему.
— А вчера она два часа по магазинам ходила. В такую же жару.
Илья потер шею, теребя воротник рубашки.
— Ну, это другое. Вчера ей нужно было платье купить, для настроения. А сегодня она плохо себя чувствует.
— Значит, в кино мы не идем?
— Милая, ну что ты расстраиваешься. Сходим завтра. Или послезавтра. Мама же старше, ты должна понять.
Должна понять. Всегда должна.
Я сняла фартук, аккуратно повесила на крючок. Прошла в спальню. Илья остался на кухне — наверное, думал, что я просто обиделась и сейчас успокоюсь.
Я открыла шкаф. Достала его небольшую спортивную сумку. Сложила туда рубашки, джинсы, носки. Все быстро, без суеты. Руки не дрожали.
Когда вышла в прихожую с сумкой, Илья стоял в дверях спальни и смотрел на меня с недоумением.
— Ты что делаешь?
Я поставила сумку у двери. Сняла обручальное кольцо. Положила на полку для обуви.
— Я подаю на развод.
— Оля, ты шутишь? Из-за кваса?
— Не из-за кваса. Из-за того, что твоя мама важнее меня. Всегда. Во всем.
Он шагнул ко мне, но я подняла руку.
— Илья, забери вещи. Возвращайся к маме. Там тебе будет удобнее.
— Но я привык здесь! У меня же… ну, все мое тут!
— Теперь нет.
Голос у меня был ровный. Спокойный. Я не кричала. Не плакала. Просто стояла и смотрела на него.
Он открыл рот, хотел что-то сказать, но я развернулась и ушла на кухню. Выключила свет. Налила себе воды. Села за стол.
Через десять минут хлопнула дверь. Илья ушел.
На следующий день позвонила Людмила Ивановна.
— Олечка, что это ты устроила? — голос у нее был недовольный, с сарказмом. — Ты же понимаешь, что Илюша не виноват? Он просто заботится о матери.
— Людмила Ивановна, я приняла решение.
— Какое решение? Ты его выгнала! А он ко мне пришел, и что мне теперь с ним делать? Я одна жила спокойно, мне никто не мешал. А теперь опять готовь, убирай за ним…
Она осеклась. Видимо, поняла, что сказала лишнее.
— Людмила Ивановна, мне нужно идти.
Я положила трубку. Села на балкон. Прохладный металл перил приятно холодил ладонь. Внизу гудел город — машины, голоса, чья-то музыка из открытого окна.
Любовью дорожить умейте… Но я устала быть последней в очереди на внимание собственного мужа.
Развелись мы быстро. Илья даже не пытался меня вернуть. Наверное, понял, что я не шучу.
Прошел почти год. Я привыкла жить одна. Работа, сын, редкие встречи с подругами. Все было ровно, спокойно. Без надрывов.
А потом я встретила Алексея.
Это случилось в метро. Я стояла на эскалаторе, смотрела в телефон, когда услышала голос:
— Простите, а вы не подскажете, как пройти к Таганской?
Я подняла глаза. Передо мной стоял мужчина лет сорока, с небольшими залысинами и приятной улыбкой. Одет просто, но аккуратно.
— Вам нужно пересесть на кольцевую, — сказала я.
— Спасибо, — он помолчал, а потом добавил: — Вы мне понравились. Можно с вами познакомиться?
Обычно я бы отказалась. Но в тот день почему-то согласилась.
Мы стали встречаться. Алексей оказался разведенным, работал в строительной компании. Умный, с хорошим чувством юмора. Мне нравилось с ним разговаривать — он слушал, не перебивал, не пытался все время быть правым.
Через полгода мы уже жили вместе в его однушке. Сын оставался у моей мамы — так было удобнее. Алексей относился к нему нормально, но не лез с советами, не пытался играть в папу. Мне это нравилось.
И вот однажды вечером он пригласил меня в ресторан.
Я оделась, накрасилась неярко. Шла и думала: Наверное, сегодня предложит пожениться.
Мы сели за столик у окна. Алексей заказал вино, улыбался. Потом достал из кармана маленькую коробочку.
— Оля, я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Я уже открыла рот, чтобы сказать «да», но он продолжил:
— Только сначала мне нужно тебе кое-что сказать. У меня есть дочь. Ей пять лет. Сейчас она живет с моими родителями, но после свадьбы она будет жить с нами.
Я замерла.
— Почему ты не сказал раньше?
— Я хотел быть уверен, что мы серьезно. — Он накрыл мою руку своей. — Ты же понимаешь, что чужих детей не бывает? Мы все преодолеем. А потом еще родим одного. Семья без детей — что цветок без запаха.
Чужих детей не бывает.
Я отодвинула руку.
— А могу я подумать? До завтра?
Алексей нахмурился. В его взгляде мелькнуло удивление, даже обида.
— Хорошо. Думай. Встретимся здесь завтра в это же время.
Мы расстались у ресторана. Я попросила не провожать меня — хотела побыть одна.
Шла домой пешком. Долго. Город шумел вокруг, но я его не слышала.
Чужих детей не бывает. Красивые слова. А если я не смогу полюбить его дочь? Если мне будет тяжело? Если я не готова?
И тут меня осенило.
А он готов? Готов ли он принять моего сына?
На следующий вечер я пришла в ресторан раньше. Алексей уже сидел за тем же столиком.
— Ну что, надумала? — он улыбался уверенно.
Я села напротив. Посмотрела ему в глаза.
— Ты прав. Чужих детей не бывает. Поэтому я согласна. Но у меня тоже есть ребенок. Сын. Семь лет. Я не говорила тебе раньше, потому что боялась, что ты не поймешь.
Лицо Алексея изменилось мгновенно. Улыбка исчезла. Брови сдвинулись.
— Ты серьезно?
— Да. И я рада, что теперь нам не нужно никого рожать. У нас уже двое детей. Разве это не здорово? Мы создадим полноценную семью.
Он откинулся на спинку стула. Потер затылок.
— Оля, ты права. Моя девочка никогда не станет тебе родной. Поэтому не стоит и пробовать.
— Почему? Мы же любим друг друга. У нас все получится.
— Нет. Свадьбы не будет.
Он сунул коробочку с кольцом обратно в карман.
Я не выдержала. Прыснула.
— Я пошутила. У меня нет сына. Я просто хотела проверить.
Алексей побагровел.
— Проверить? Ты решила надо мной издеваться?
— Проверку ты не прошел, — спокойно сказала я.
— Ты… — он наклонился ко мне, голос стал злым, тихим. — Ты вообще понимаешь, что творишь? Думаешь, ты такая умная? Да ты моего мизинца не стоишь!
Официант подошел к столику.
— Что будете заказывать?
— Отвали, — бросил Алексей.
Официант посмотрел на меня.
— А вы?
— Я уже наелась, — сказала я. Встала. Взяла сумку.
Алексей продолжал что-то говорить, но я уже не слушала. Вышла из ресторана. На улице было прохладно. Легкий ветер трогал волосы.
Я шла по брусчатке и думала: Хорошо, что все закончилось сейчас. А не через год. Или два.
Из букв М, А, Ч, О можно сложить не только слово "мачо".
Прошло несколько месяцев. Я больше не искала никого. Не ходила на свидания. Не листала приложения знакомств.
Просто жила. Работала. Гуляла с сыном. Читала книги. Пила чай на балконе по вечерам.
Однажды вечером я сидела там и смотрела на город. Внизу гудели машины. Где-то играла музыка. Прохладный металл перил был приятен под ладонью.
Я стала сильнее. Я больше не жду, что кто-то сделает меня счастливой. Я сама хозяйка своей жизни.
Я улыбнулась. Легко. Без горечи.
Может, я и не найду того самого. Но зато я нашла себя.
Утро. Солнце пробивалось сквозь занавески. Чайник тихо закипал на плите. Я налила себе чай, села у окна.
Сын играл в своей комнате — слышался тихий стук конструктора.
Я смотрела в окно и думала, что одиночество — это не всегда плохо. Иногда это свобода. Иногда это покой.
Иногда это просто выбор. Мой выбор.
Я сделала глоток чая. Теплый, сладкий. За окном начинался новый день.
И я была готова его встретить.
А как бы вы поступили на месте Ольги — согласились бы принять чужого ребенка ради любви?
Поделитесь в комментариях, интересно узнать ваше мнение!
Поставьте лайк, если было интересно.