Феликс вскочил на ноги, глядя на часы. Алиса ушла уже давно. Почти час прошёл! Она должна быть дома. Не пешком же идёт! Но будет ли она в собственной квартире в безопасности?
Начало здесь. Предыдущая глава 👇
Алиса! Охотник! В голове эта информация укладывалась ещё хуже, чем осознание собственной миссии.
- Нет, неправда, – покачал головой Феликс, глядя на своих гостей. – Это ошибка. Алиса обычная! Не нужно её сюда приплетать…
- Решать не тебе и не нам, – оборвал его Миша.
- Я же говорила тебе, раньше охотников вообще не было, – терпеливо произнесла Люба. – Зла стало больше, и появились мы. Дополнительная охрана. Сейчас происходит что-то нам непонятное. Книгоедов всё больше и больше. Идёт охота на твою книгу, но, возможно, это не единственная их цель, понимаешь?
- Хорошо! – Феликс пнул кресло и с трудом сдержался, чтобы не выругаться. – Я всё принимаю. Буду Хранителем. Буду защищать чужие жизни. Но не трогайте Алису! Дайте ей жить нормально! Спокойно!
- Ты не понял! Это не от нас зависит! Твоя Алиса в опасности прямо сейчас, и нам срочно нужно к ней! – закричал Михаил, тоже вскакивая с места.
Пока те одевались, Феликс пытался дозвониться до Алисы, но та не брала трубку. Плохой знак: девушка всегда отвечала не телефонные звонки! «Она же не хочет со мной больше общаться! – запоздало вспомнил Феликс, пытаясь себя этим успокоить. – Видит, что звоню, и не отвечает. Просто не отвечает. Специально».
- Куда ехать? – нервно произнёс Михаил, застёгивая куртку. – У меня машина внизу. Да поторапливайся! Что ты как муха сонная?
Феликс не мог ничего сказать. У него просто не получалось произнести даже одного слова! Что-то с ним явно происходило. Перед глазами мелькала улица… Он видел себя, бредущим по ней… А вокруг снег, снег… Тоска на душе. Это всё с ним уже было на девятый день смерти дедушки, но сейчас ему казалось, что он видит не воспоминания.
Он будто и сам брёл по улице. Находился дома, но видел то свою квартиру, то снег и дома… И тоска, которую он так хорошо сейчас чувствовал, казалась ему не совсем знакомой. Тяжелее. Глубже. Она охватывала всё сердце, не оставляя ничего светлого, сдавливая его, словно в тиски.
И вдруг… страх. Он чувствовал их кожей! Так, будто они стоят у него за спиной.
- Феликс! Очнись! Да что с ним такое, Миша?! – услышал он, как сквозь вату, голос Любы. Моргнул.
Охотники стояли у двери и смотрели на него, ничего не понимая. Он прохрипел:
- Поздно. Они её нашли.
Схватил ключи, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Алиса! Ему срочно нужно к Алисе! Она так далеко… Совсем одна. Как они могут успеть? Тут не машина нужна, а реактивный двигатель!
Алиса совсем одна. Потерянная, ничего не понимающая.
Он двигался, как по инерции. Слышал, что его о чём-то спрашивают, но не понимал ни слова. Состояние стало очень странным: он вроде здесь и не здесь одновременно, и его стало подташнивать от этого раздвоения сознания. Феликс вышел за ничего не понимающими охотниками на лестничную клетку, закрыл дверь и прислонился к ней головой. Холод металла слегка остудил его пылающую голову.
Тревога усилилась. Он снова и снова видел улицу. Она проникала в сознание так упорно!
Это не просто улица в общем понимании, а какая-то конкретная. Он это понял. Фонари ещё не горят, но уже сгустились сумерки. Безлюдно. Совсем никого не видно: ни людей, ни машин. Перед глазами всё поплыло… И почему он так испугался? Каждая клеточка тела напряглась.
- Феликс…
- Миш, ему плохо…
- Алиса… – выдавил из себя Феликс. Всё это – страх, липким потом обволакивающий тело, сердце, стучащее где-то в горле – это не его чувства!
Он чувствовал Алису.
Ему захотелось оказаться рядом. Сию секунду. Без промедления. Просто нестерпимо! Он вдруг представил, что сейчас стоит с ней на этой безлюдной улице… На глаза упала пелена.
***
Алисе казалось, что она онемела. Она даже не могла думать! Не могла сообразить, что же ей теперь делать! Единственная мысль, вяло мелькнувшая в голове, оказалась сожалением, что она так вероломно отказалась от предложения Феликса её проводить. Даже как-то глупо пошутила…
Тогда она не побрела бы одна по улицам. И теперь не стояла вот так, не в силах обернуться.
Раздалось шипение. Она его уже слышала сегодня и, как и в первый раз, ничего не поняла. «А Феликс бы понял», – ей до дрожи захотелось, чтобы он был рядом, а в следующую секунду она летела прямо на стену трансформаторной будки.
«Ну вот и всё» – мелькнула новая мысль, за мгновения до того, как её голова ударится о стену. Но этого не произошло.
Она почувствовала руки… Тёплые руки, греющие даже через куртку. Сильные руки. Они перехватили её в воздухе, остановили полёт. Мгновение, – и она упала лицом в сугроб.
Шипение стало казаться гневным. Кое-как двигаясь и удивляясь, что её на самом деле не парализовало, Алиса выбралась из сугроба, откашливаясь и сметая с лица снег. Она повернулась и увидела…
Пламя. Белое пламя. Секундное пламя. А на месте, где оно горело, уже было две горстки пепла.
И Феликса, за спиной которого она теперь оказалась. И как-то резко стало спокойно. Никогда она ещё так не нервничала, как сегодня! До онемения, потери дара речи.
- Ты как? – обернулся к ней молодой человек. Она видела его обеспокоенные глаза и думала только о том, как же они прекрасны!
- Нормально… – тихо выдавила из себя Алиса и потеряла сознание.
В темноте стало спокойно. Ей было ни холодно ни жарко. Просто пустота, тишина, мир и покой. Как же хорошо!
Когда она вновь открыла глаза, улицы уже не было. Она видела лишь мягкий свет торшера, освещающий какую-то комнату. Сначала Алиса не поняла, что за комната. Осмотрелась, увидела полки с книгами, стол, удобное компьютерное кресло… Она уже здесь бывала.
Комната Феликса!
Резко сев, девушка огляделась. Никого рядом не было. Алиса сидела на кровати, заботливо укрытая пледом. Рядом на тумбочке стоял стакан воды с лимоном. Увидев его, она почувствовала, что очень хочет пить, и быстро его осушила.
Как давно она здесь? И где Феликс?
Вставать с кровати не хотелось, и она просто прислушалась. Голоса! «Феликс не один, – мелькнула в её голове мысль. Один из голосов был женским, и её уколола ревность. Быстро так, исподтишка, как иголочкой. Чисто поддеть её. Но тут же прошла. Кто она такая, чтобы ревновать? – О чём же они говорят? И кто они?»
В свете пережитого Алиса не спешила сообщать, что уже очнулась. Она тихо, на цыпочках подошла к двери, приоткрыла её и прислушалась к тихим голосам.
***
- Что за чёрт, Феликс! Ты просто в воздухе растворился! Твой дедушка при нас так никогда не делал! – возмутился Миша.
- Ну… мой дедушка меня не готовил, – пожал плечами молодой человек. – Даже если я нарушил какие-то правила, то, во-первых, сделал это не специально. Так получилось. Это не было под моим контролем. А во-вторых… новый Хранитель, новые правила!
- Вряд ли так можно, – с сомнением и опаской в голосе произнесла Люба. – Хорошо, что Савелий не видел.
- Кто такой? – тут же поинтересовался Феликс. После того как он смог переместиться к Алисе и даже спасти её от червей, он вдруг почувствовал себя спокойно. Да, он пока не понимал, как и что делать, но его тело будто само ему подсказывало.
А вот домой вернуться пришлось уже на такси. Охотники ждали его в квартире, но не удивились, когда он вошёл с девушкой на руках. Люба и вовсе заметно выдохнула.
- Савелий тоже охотник. Старший.
- Почему меня тогда просвещаете вы, а не он? – нахмурился Феликс. Он и подумать не мог, что есть ещё охотники!
- Он немногословен, – как-то уклончиво произнёс Миша. – Видишь ли… Мы же люди. Когда нас атакуют черви, это наносит нам вполне реальный, физический вред. А он пострадал… при встрече с Сероликом. Сам потом увидишь.
- Сколько на неё червей напало? – вернула разговор в нужное русло Люба.
- Двое. Обоих уничтожил.
- Твоя сила растёт, – кивнула Люба. – А наша… Мы только учимся со временем их понимать и стрелы заговариваем.
- А как вы стреляете? Где ваш лук?
Миша и Люба переглянулись и рассмеялись. Миша достал из кармана нечто, напоминающее маленький, ну просто крошечный арбалет.
- Изобретение твоего прадеда.
- Почему не воспользоваться пистолетом?
- Металл холоден, не имеет души. А стрелы… Посмотри. Это же просто остро наточенное дерево. Тёплое. Напитанное жизнью.
Люба держала стрелу благоговейно, словно та и правда была жива.
- Твои родители живы? – спросил Феликс, обращаясь к Михаилу. Он просто продолжил разговор, который был прерван.
- Мама – да, а отец… Погиб, защищая Хранилище. С тех пор мама не разговаривает. Даже Юрий Константинович ничего не смог сделать. Она ни разу не улыбнулась после того, как мы похоронили отца и мужа. И на нашей с Любой свадьбе…
Феликс с удивлением посмотрел на эту парочку. Так они муж и жена?
- Да, мы женаты, – кивнула Люба. – И нам проще. Не нужно скрываться. Почти. Детей мы ни во что не посвятили.
Хранитель поднял руку, и она замолчала. Ему было необходимо немного времени, чтобы сложить детали пазла. Значит, Миша и Люба – ячейка общества, у них есть дети, и они постоянно подвергают себя и их риску?
- Твои родители тоже?.. Это передаётся по наследству? – спросил Феликс у женщины.
- Нет. В моей семье нет и не было охотников. Как и Алиса, я просто избрана из общей толпы. Как это происходит, я не знаю.
- Твой дедушка познакомил меня с Любой, – продолжил за жену Миша. – И я учил её быть охотником. Научим и Алису. Это проще, чем подготовить тебя.
Люба кивнула.
- Мы познакомились с Юрием Константиновичем случайно. Разговорились. Мне было очень одиноко тогда. Я чувствовала, что во мне что-то не так. Будто что-то изменилось, но я не понимала, что именно. И вот когда я была в таком состоянии, рядом оказался твой дедушка. Однажды на него напали черви, и я увидела это… Он сел и всё спокойно мне объяснил. И предложил мне помогать с ними бороться. Я, наверное, глупая, но сразу во всё поверила и согласилась. Твой дедушка познакомил меня с Мишей, а позже мы поженились… Наша жизнь была почти обычной! Ещё десять лет назад черви не доставляли таких хлопот, как сейчас, но их активность заметно повысилась.
- Почему? – спросил Феликс.
- Ты же был в Хранилище? – уточнил Михаил, а когда молодой человек кивнул, продолжил: – Чем больше тёмных книг, тем слабее защитное поле. В Хранилище начинают проникать черви. Они крадут книги, выносят их, а мы их отслеживаем, чтобы вернуть обратно на полку. Так вот, чем чаще они питаются чужими жизнями, тем больше их становится. А ещё их порождают сами люди.
Феликс вспомнил, как корешок одной книги сменил цвет прямо у него на глазах и уточнил:
- То есть, я правильно понимаю? Чем темнее корешок, тем злее человек?
- Не совсем верная формулировка, – произнесла Люба, шмыгая носом. – Человек мог оступиться. Совершить что-то злое, преступное. Но! Он так же может вернуться к свету. Я же говорила тебе, судьбы не существует. Всё зависит от нас самих и от нашего желания. Быть добрым или злым, совершать добрые или злые дела – всегда решение человека. И оно принимается не один раз на всю жизнь, а много раз! Каждый день и не по разу. Кроме тех редких случаев, когда книги захватывают черви. Но вот…
Феликс снова поднял руку, и она замолчала, будто запнулась. Немного помолчав, прислушиваясь, он едва слышно заметил:
- Мы уже не одни.
Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.
Продолжение 👇