Алиса шла по улице, чувствуя, что её потряхивает. Видимо, поднялась температура, что было не удивительно: в последнее время ей и так непросто. Когда её назначили старостой на первом курсе, она не думала, что это будет занимать столько времени, но в целом за годы учёбы Алиса привыкла к своим дополнительным обязанностям.
Начало здесь. Предыдущая глава 👇
Но сейчас, когда все нервничали из госов, она стала психологом для всего курса! И уже просто не было сил. Она и сама нервничала, потому что в отличие от Феликса не обладала такой фантастической уверенностью в себе и своих знаниях.
Феликс…
Из-за него она тоже много переживала. Помогала с похоронами, хотела быть рядом. В какой момент до неё дошло, что она влюбилась в своего друга? Алиса бегала от него не потому, что не испытывала к нему никакой симпатии. Испытывала, как на такого внимание не обратишь? Но поверить, что он может полюбить ЕЁ, когда вокруг гораздо больше девушек, с которым она и рядом не стояла.
У неё никогда не получалось быть модной и яркой. Она не была душой компании, как Феликс, хоть именно её дом собирал толпы студентов. Не отличалась какими-то талантами. Ну вот зачем ему такая?
И Алиса была уверена, что поступает правильно, не подпуская его к себе ближе расстояния дружбы. Вот только… В последнее время её решительность поколебалась. Хотелось разделить каждый горестный момент Феликса, сделать что угодно, чтобы ему стало легче!
А теперь? Теперь она бежит! И даже слушать не стала.
Смахнув непрошеную слезу, она остановилась, поняв, что половину пути до дома прошла пешком. Нужно спуститься в метро, а то уж слишком пустынно на этой улице...
Она их услышала. Это был лёгкий шорох за спиной, дуновение какого-то отвратительно вонючего ветра. И замерла, не в силах заставить себя обернуться.
***
Люба продолжала тихонько всхлипывать. Миша подсел поближе и слегка приобнял женщину, а Феликс… Он им не мешал. Ему самому было тяжело. Он встал и походил по комнате, разглядывая каждый уголок.
Гостиная в этой квартире всегда была любимым местом Феликса и деда Юры. Единственная комната в квартире, сохранившая советский антураж. Возле одной стены уместился знакомый многим шкаф Хельга, производства ГДР, по центру расположился большой круглый стол, накрытый пожелтевшей от времени белой скатертью. Вокруг стола шесть венских стульев, самых обычных, деревянных. Уже позже дедушка их «осовременил»: добавил купленные для них подушки.
- В моём возрасте уже хочется сидеть на мягком, – с улыбкой объяснил он свой поступок внуку.
Стену напротив шкафа занимали полки. Конечно же, с книгами. У них не было тех милых безделушек, которыми обычно украшают свою квартиру женщины. Зато на полках встречались фотографии из разных периодов жизни. На них было всего два человека: Феликс и дед Юра.
Возле окна расположились два кресла с деревянными подлокотниками. У каждого стоял свой торшер. Торшеры были современными, но не выделялись из общего интерьера. Вот в этих креслах порой сидели Феликс с дедушкой. Друг напротив друга. Каждый со своей книгой. И могли сидеть так не один час.
Гости же сели на стулья, за что молодой человек был им благодарен. Он не хотел, чтобы в дедушкино кресло кто-то садился. Оглядывая комнату, слушая откровения охотников, ему казалось, будто кто-то что-то испортил в этой комнате. Нанёс непоправимый вред так хорошо сохранившейся старой мебели.
Феликс больше не чувствовал себя так спокойно и уютно, как все предыдущие годы до этого.
- Давай по порядку разбираться, – предложил Михаил, поглаживая Любу по плечу, успокаивая. – Нас, знаешь ли, тоже не готовили к тому, что нам придётся готовить Хранителя! Но мы оказались в беспрецедентной ситуации. Давай не ругаться, не спорить, а объединяться. Сейчас важно, чтобы между нами не было распри.
Он посмотрел на Феликса, и тот, сев в своё кресло и глядя на пустое дедушкино, ответил:
- Согласен.
- Я расскажу тебе, как сам стал охотником. Может, эта информация тебе тоже пригодиться. А то непонятно, с чего начать и чем кончить.
- Хорошо, – равнодушно бросил Феликс. Он не был уверен, что рассказ Миши ему как-то поможет.
- Мои родители были людьми, чьи профессии служили на благо населения. Отец работал пожарным, мать была фельдшером на скорой помощи. Я их почти не видел. Они работали много, часто возвращались поздно. То, что отец совмещает с основной работой некую миссию, я узнал случайно…
***
- Мишка! Ау! – закричал с первого этажа строящегося дома Паша.
- Чего орёшь? Слышу я, – откликнулся Миша. Они делали электрику. Вообще, электриком Миша устроился временно. После техникума ушёл в армию, и теперь, спустя два года службы, планировал поступать в институт. Инженером стать собирался.
Чтобы без дела до вступительных не сидеть, устроился электриком.
- У Кати Семёновой сегодня день рождения, – крикнул Паша. – Она нас звала. Пойдём?
- Ну, пошли. А подарим-то что? С пустыми руками как-то нехорошо.
- Это точно. Сгоняем на рынок в обед. Что-нибудь отыщется.
На том и порешили. На дворе стоял 1998 год, и если что-то где-то можно было купить, то только на рынке. Всё самое интересное было там, в этих цветных, хлипких с виду палатках.
А ещё рынки были местом сбора и причиной разборок бандитов. И хоть к 1998 году всё немного поутихло, спокойно ещё не было.
Рынок, на который собрались друзья, был самым большим из ближайших. Здесь можно было найти всё: одежду, косметику, продукты… Продавали пиратские кассеты с музыкой и фильмами, можно было купить игровую приставку, картриджи с играми. А ещё здесь можно было найти различную технику, кроме крупногабаритной.
Пока Миша и Паша бегали от палатки к палатке, углубляясь в торговые ряды, где-то неподалёку от них начался пожар. Они даже не сразу обратили на него внимание. Ну запахло дымом, что с того? На каждом углу продают то шашлыки, то чебуреки! Но запах дыма становился всё сильнее, и уже всем стало понятно, что так пахнет не еда. Послышались первые крики. И первые люди ринулись на выход.
Территория рынка, огороженная сеткой-рабицей, имела всего два выхода, что явно осложняло эвакуацию.
Запах усиливался: клубы чёрного дыма пробирались между палатками, и уже было видно, как охваченный пламенем горел ряд в самом центре. Совсем недалеко от места, где бродили Миша и Паша.
Кто-то закричал. Толпа покупающих и продающих кинулась к выходу, кто-то бесстрашный тут же принялся набивать карманы брошенным товаром. Люди падали и не могли встать из-за бегущих по ним другим людям.
Паша тоже побежал:
- Миша! Не стой! Беги!
Но Миша стоял и смотрел чуть в сторону. Там вскоре должен открыться крытый торговый павильон. Пока все бежали на выход, отталкивая его с дороги, крича и кашляя (чёрный дым валил всё больше, ухудшая видимость), Миша видел, как кто-то спокойно ходит возле стройки.
Странные какие-то! Ему показалось, что это мужчины из арабских стран с тюрбанами на голове. Или в каких-то платках… Они не пытались бежать. Не кашляли, не кричали.
Миша даже подумал, не нуждаются ли они в помощи? Ему захотелось громко крикнуть, чтобы привлечь их внимание, но они и сами его заметили.
Сердце ёкнуло, как от нехорошего предчувствия. Он не видел лиц, потому что те тряпки, что были у них на головах, скрывали их. Но они смотрели на него! И замерли. Один взмахнул рукой…
Миша почувствовал, как отрывается от земли. Он летел по воздуху, прямо сквозь дым в сторону неизвестных. Его охватил ужас, но он тут же себя успокоил: наверное, что-то взорвалось и его несёт взрывной волной. Да, страшно, но не те же люди его по воздуху перемещают?
Не успел он обдумать эту мысль, как с грохотом упал прямо на кирпичи. Тут же что-то хрустнуло:
- Ой! – воскликнул он, хватая воздух ртом. – Рёбра…
Раздалось шипение, и ему даже показалось, что шипят именно те люди. Он снова взмыл в воздух, пролетел и ударился о стену павильона. Из глаз посыпались искры.
- Миша! – услышал он вдруг испуганный голос отца. Молодой человек повернул голову, успел только мельком заметить фигуру отца, как его снова швырнули на гору кирпича. В этот раз он ударился головой так, что всё вокруг закружилось. Он слышал отца, видел какие искры и будто бы рядом с ним в противовес чёрному дыму, вспыхнуло белое пламя…
***
- Не позволю! – услышал он голос мамы. – Нет! Ты сам занимайся чем хочешь, но сына не отдам! Это же проклятие какое-то!
- Это важная миссия.
- Опасная миссия! Он только из армии вернулся…
- Вот именно! – рявкнул отец. – Не мальчик уже, а мужчина! Или ты хочешь, чтобы он до старости за твою юбку держался?
Миша слышал голоса родителей и, как ему показалось, они его разбудили. Но стоило пошевелиться, как он почувствовал головную боль. И всё вспомнил. И как он только дома оказался?
- Я имею право высказать своё мнение! Его же могут… уничтожить! Ты двоих похоронил за последний год. Это мой сын. Единственный!
Миша хотел было крикнуть родителям, чтобы они знали, что он уже очнулся, но слова застряли у него в горле. Он услышал третий голос, совершенно ему незнакомый.
- У него нет выбора, – мягко сказал мужчина. – Его избрали. И они это почувствовали, поэтому сразу хотели от него избавиться. Повезло, что это случилось на пожаре. Да ещё повезло, что именно твой муж приехал на вызов.
Незнакомец говорил не просто мягко, а даже ласково, но была в его голосе какая-то сила… Миша почувствовал, что больше мама возражать не будет.
- А теперь, – произнёс незнакомец, – давайте пройдём в комнату? По-моему, Миша уже очнулся.
Тут же к нему вошли сразу три человека, но родители расступились, пропуская гостя ближе к Мише. Тот попытался сесть, но мужчина его остановил:
- Даже не думай. Лежи, отдыхай. Ты сильно ударился головой. Давай познакомимся? Меня зовут Юрий Константинович.
- Михаил.
- Очень приятно! Сегодня, Миша, ты столкнулся с кое-чем, что недоступно большинству людей…
***
- Знаешь, – Михаил посмотрел на Феликса как-то грустно, – у меня никогда не получится ввести тебя в курс дела так же мягко, как это делал с нами твой дед. Но в тот день я как-то сразу поверил. Наверное, потому, что всё, что сказал Юрий Константинович, подтвердил отец. Информация вся та, что ты знаешь: книги жизни, черви, Серолик…
- А что значит – вас избрали? – спросил Феликс. – Как это понять?
- Люди червей не видят, – сказала Люба. – Только охотники – новые и старые. Ну и ты, Хранитель.
- Как не видят? Вы ошибаетесь! Я сегодня был с Алисой! Она их слышала! И видела!
Люба и Миша переглянулись.
- Расскажи нам поподробнее, что с тобой сегодня приключилось? – попросил Миша, и Феликс по порядку, со всеми подробностями рассказал, как прошёл его день.
- Охотница, – пробормотала Люба, задумчиво глядя прямо перед собой. – Охотница… Новенькая, – она подняла глаза и, заметно волнуясь, заметила: – Феликс, они сегодня приходили не за тобой! Им нужна она!
Продолжение следует в понедельник... Не забывайте подписываться на канал, сообщество VK, ставить лайки и писать комментарии! Больше рассказов и повестей вы найдёте в навигации по каналу.