Вчера вечером на кухне я представил одну штуку. Взял и подумал: а что, если мою семью перенести лет на пятьдесят назад? Прямо в квартиру с ковром на стене, телевизором «Рубин» и одним телефоном на весь подъезд. Не фантастика. Катастрофа.
Вот, скажем, утро. Семьдесят пятый год, панельная хрущёвка. Мой знакомый Лёша (имена изменены, характеры, увы, нет) привык просыпаться под умный будильник с мелодией дождя и птичек. А тут — будильник «Слава». Механический, размером с гранату и звуком где-то таким же. Бац — и дребезжит так, что штукатурка с потолка сыплется.
Лёша, не открывая глаз, выкрикнул в потолок: «Alexa, включи свет!»
Тишина. Потолок не ответил. Алексы тут нет. Зато есть баба Зина, которая из соседней комнаты проворчала:
— Тебе чо, руки отрезали? Выключатель на стене.
Лёша нашарил выключатель минут через пять. Он, кстати, карту своего района видел только в навигаторе, а тут выключатель в собственной комнате найти не смог. Ну, бывает.
Дальше завтрак. Марина, жена Лёши, привыкла утром открывать приложение и заказывать авокадо-тост с матча-латте. Она спросила:
— А где тут доставка еды?
Баба Зина хмыкнула и кивнула в сторону кухни:
— Холодильник вон, плита рядом. Доставка. Придумали тоже.
В холодильнике нашлась гречка, молоко и докторская колбаса. Марина посмотрела на это с таким видом, будто увидела инопланетян. Надо сказать, она яичницу-то жарит раз в год, а тут гречка. На плите. Газовой. С ручным поджигом.
(Спички Марина вроде видела в детстве. Или не видела. Неважно.)
Баба Зина за двадцать минут наварила кашу, нарезала бутерброды и заодно поставила тесто на пирожки. Марина за это время успела три раза попытаться открыть несуществующий инстаграм и один раз заплакать.
Отдельная история — Лёша и дорога на работу. Без навигатора. По-моему, без навигатора мы бы вымерли как мамонты. Лёша вышел на улицу, покрутил головой и замер. Куда идти? Гугл-карт нет. Яндекс-карт нет. Есть бабушка на лавочке у подъезда.
— До завода как пройти? — уточнил Лёша.
Бабушка объяснила. Подробно. С историей каждого переулка, воспоминанием про внучку Катю и отступлением про цены на сахар. Минут десять. Или пятнадцать. Лёша запомнил, может, треть, заблудился дважды и пришёл на работу к обеду. Зато — пешком. Четыре километра. Шагомер бы одобрил, но шагомера тоже нет.
Кирюша — сын Лёши и Марины, двенадцать лет. Этот вообще чуть не погиб. Морально. Он протянул:
— Мам, тут вай-фай вообще не ловит.
Баба Зина переспросила:
— Ва-фай? Это собака такая?
Кирюше показали двор. Двор — это такое пространство между домами, где в семьдесят пятом году дети играли без присмотра часов по шесть. Без планшетов, без ютьюба, без роблокса. Кирюша сначала стоял столбом. Потом к нему подошёл пацан с соседнего подъезда, молча дал палку и сказал: «Ты за немцев». И Кирюша побежал. Вернулся через три часа, грязный как поросёнок, с ободранными коленками и счастливый. Вроде бы впервые за год.
К слову, бабушка моя тоже говорила: «Побегай на улице — вылечишься». Я думал, это бред. Похоже, не бред.
Вечер. Вот тут началось самое интересное. Марина привыкла сидеть в телефоне. Инстаграм, ТикТок, переписки, сторис. А тут 1975 год. Телевизор один, канал два, программа «Время» и какой-нибудь концерт. Она фыркнула:
— А куда фотки-то выкладывать? Плёнку проявлять, что ли?
И вот парадокс. Телефона нет, соцсетей нет, делать нечего. И Марина с Лёшей сели за стол и стали разговаривать. Просто так. Без экранов. Глаза в глаза. А Лёшу, оказывается, на работе повысили (три месяца назад), а Марина записалась на курсы рисования (два месяца назад). Оба не знали. Потому что дома каждый утыкался в свой телефон и общались через стикеры в мессенджере.
Лёша пробормотал:
— Зато поговорили нормально. Впервые за пять лет, вроде.
Баба Зина наблюдала за этим цирком весь день. Спокойно, как наблюдают за котятами, которые впервые увидели огурец. К вечеру она налила всем чаю из железного чайника, достала пирожки (те самые, с утра), и заключила:
— Без ваших телефонов и жизнь веселей. Раньше знали, как надо.
И вот что я думаю. Вряд ли кто из нас продержался бы дольше суток. Мы разучились варить кашу, искать дорогу по приметам и разговаривать с живыми людьми дольше пяти минут. Бабушки наши работали, воспитывали по трое детей, стояли в очередях, стирали руками, а на даче выращивали всё от огурцов до картошки. И не жаловались. Ну, почти.
Пожалуй, бабушки были покрепче нас. Они бы у нас тут разобрались за неделю. А мы в ихнем — ну, не то чтобы совсем пропали бы. Хотя нет. Совсем.
P.S. Лёша, кстати, вернувшись из мысленного путешествия, сразу полез проверять зарядку телефона. Уровень заряда — 3%. Он побледнел так, будто узнал, что ему снова на работу пешком.
P.P.S. Баба Зина — собирательный образ. Но если ваша бабушка такая же, передавайте ей привет. Она точно знает, как надо.
Популярное👇👇👇
Если вам понравился этот рассказ, поставьте лайк. 🙏
Подписывайтесь на наш канал тут, мы будем рады всем.😉