Из рубрики "Невыдуманные истории"
Почему то, дорога домой была легче и радостней. Ольга быстро взяла билеты, не долго ждала автобус, который летел на всех парусах приближая ее к намеченной цели.
Как и ожидалось, мать проигнорировала появление дочери, глядя на деревенские гостинцы повела носом, давая понять, что в подачках не нуждается, это было ее любимое выражение.
Милочка же не могла дождаться появление сестрицы, чтобы передать ей последние новости.
А новости были не очень. Саня потерял Ольгу. Несколько раз приходил, караулил ее на лавочке около подъезда думал, что она прячется и не хочет его видеть.
Мать и Милочка сказали ему, что им неизвестно, что произошло и куда пропала Оля. Они и не лукавили, хоть и понимали, что-то произошло, раз она так внезапно убежала, да никуда ни будь, а в глушь, в деревню к бабке, которую не видела много лет.
А для Сани был один ответ: «Не видели, не знаем, кроме того, что к тебе пошла на знакомство с бабушкой, что уж вы с ней сделали, чем обидели вам ведомо и спрос с вас».
«Всю неделю, изо дня в день ходил он», - продолжала Мила – «а вчера письмо принес, передать велел. Оль, не сердись, я прочитала, не удержалась».
«Да, кто бы сомневался?», - Оля взяла письмо и устало присела на кровать. Ох, уж это сердце, ну чего уже стучать так волнительно? Как птичка в клетке, не угомонится никак.
Саня писал, мелким, красивым подчерком, буковка к буковке, а говорят, что если человек волнуется, то и подчерк у него, выдаёт его душевное состояние, значит спокоен был не волновался.
«Оленька», - писал Саня, - «так и не дождался я тебя, такое, чувство, что мы расстались навсегда и я тебя больше никогда не увижу. Хотя мама с бабулей убеждают меня в обратном. Я уезжаю в Москву сдавать вступительные экзамены, всего на две недели. Я не думал, что ты можешь обидеться и не понять мою милую бабушку. Ведь все, что они с мамой делают это от любви ко мне. Я не мог ее обидеть и был уверен, что ты меня поймёшь. Я очень их люблю и тебя я люблю тоже, но я не могу сделать выбор между вами. Каждая из вас мне дорога и необходима. Может быть и хорошо, что мы расстаемся на время, будет возможность на расстоянии проверить наши чувства. До встречи любимая».
Внутри бушевал тайфун и извергался вулкан выплескивая огненную лаву, сметая и сжигая все мосты на жизненном пути. Оля прекрасно понимала стратегию соперниц, они уже разлучили их, убили любовь, как не тяжело, но поражение придется принять. Саню они не выпустят из своих прекрасных, ухоженных ручек.
А что ей то делать? Говорят клин клином вышибают. Ну, что ж, для достижения цели все средства хороши.
Через неделю вступительные экзамены, а там студенческая жизнь, новые знакомые и как сказала баба Гутя - жизнь надо жить. Неделя пролетела не то, чтобы в радости, но и не в глубоком трауре. Саня еще цеплялся за соломинку, вызывал на переговоры, но Оля не ходила, какой смысл травить и без того истерзанную душу? И на бесконечные письма тоже не отвечала, хотя перечитывала их и складывала в письменный стол, прикрепляя одно к одному скрепочками, для потомков. Письма в стихах о большой и светлой любви.
Ну, не могла она сжечь или порвать их, как в кино показывают, потому что эти письма тешили ее самолюбие. Перед самым отъездом, придя домой Оля застала сестру в слезах. Для Милочки слезы были делом обычным поэтому особого сочувствия и жалости не вызывали. Однако, сестрица не просто страдала, она рыдала в голос причитая, обращаюсь непонятно к кому, что же ей теперь делать?
Оказалось, что тихая и скромная Милочка беременна: «Обнимались, обнимались потом и случилось все. Я и не поняла думала обойдется. У нас и было то один раз.
«Оля, помоги найти бабку, у меня уже срок большой. Мать убьёт меня, если узнает», вот так дела, говорить матери нельзя - это точно.
Ольга лихорадочно стала думать, как помочь сестре. Достали порошок хину, пить его надо по схеме. Сказали, помогает, но если нет, то рожать нельзя после неё, ребёнок или слепой или глухой родится - в общем урод.
Мила решила пить. Живот болел ужасно. Свет белый был не мил. Мать заметила, когда она бледная с каплями пота лежала в кровати тихонько постанывая. Подойдя, к кровати откинула одеяло увидела, что вся сорочка у дочери в крови. Ещё не понимая всего ужаса, страшная догадка пронзила до мозга костей. Мать выскочила в одних тапках к ближайшему телефонному автомату и набрала 03. Скорая приехала быстро. Милу увезли уже без сознания. Операция была долгой. Ребёнка удалили вместе с маткой, обрекая Милочку на бесплодие.
Вступительные экзамены Оля сдала на отлично. Приёмная комиссия ее хвалила, говорили, что она подходит им по всем показателям и талант, и фактура. Дело осталось за немногим пройти комиссию, заселится в общагу и прощай Саня. Начнётся новая жизнь, где для тебя места не будет.
Но беда приходит от куда ее не ждешь. Всё, как у всех, пришла беда, отворяй ворота. Или, как теперь говорят - закон парных случаев. На осмотре у врача выяснилось, что Оля беременна и срок восемь недель.
Врач посмотрела строго поверх очков и выдала обескураженной, позеленевшей от внезапного приступа тошноты Ольге – «Не вздумай аборт делать, резус отрицательный, детей не будет».
На данный момент вообще не волновало будут в дальнейшем дети или нет? Но она чётко осознавала, что сейчас этот ребенок ей не нужен. Это все планы коту под хвост? Жить с маман и сестрицей? Уж лучше аборт. Она не просила, а требовала сделать аборт немедленно, но врач даже слушать ее не хотела. Только спросила: «Как я понимаю мужа нет, так и ребёнка нет?»
Ольга норов поубавила, попыталась уговорить доктора, но та, как отрезала: «Жду завтра с матерью. Ты еще не совершеннолетняя, так что сама не можешь принимать решения».
Прямо с порога, прийдя домой, Ольга выдала матери новость. У той ноги подкосились, едва устояла: «Вот так доченьки, сюрприз за сюрпризом. Вырастила на свою голову. Как людям то в глаза смотреть?»
А никому, не надо в глаза смотреть, пойдём завтра в поликлинику и ты, дашь им разрешение на аборт»
На утро мать успокоившись, приняла, что дочка станет матерью одиночкой и не только не дала пинка под зад, а резко изменила свое мнение и выдала: «Времена, не те, чтоб детей позором считать, рожать будешь. Хватит нам одной Людки.», - мать впервые назвала ее не Милочкой, а Людкой, - «Ничего вырастим, не мы первые, не мы последние».
Родителям Сани решили не сообщать убийственную для них новость: «Мы хоть бедные, но гордые, чей бы бычок не прыгал, а теленочек наш».
Через две недели Саня не приехал, хотя Оля все же в тайне надеялась, в письме написал, что у бабушки тяжёлый гипертонический криз случился. Она в больнице, за ней нужен уход. Что один он не справляется ему помогает соседка Инночка, но как только бабушке станет лучше, он обязательно приедет.
«Эх, Саня, Саня», - Ольга бросила письмо на пол, - «Обвели вокруг пальца».
Да, может все к лучшему? Ну, не смогла бы она делить своего любимого на несколько частей: мам, бабушек, дедушек. Он должен быть только её. По-другому никак. Бороться с ветряными мельницами нет смысла, но одно, но…
Беременность сама по себе не рассосётся, аборт глядя на день и ночь рыдающую сестрицу делать страшновато. Мать настаивает на родах, обещает помочь. Родить то не проблема, беременными никто не остаётся, а дальше то что? Прощай свобода, прощай мечта.
Время и гормоны делали свое дело, Оля почти смирилась, поступила в педучилище, вела размеренный образ жизни. Никаких ансамблей, ни песен, ни плясок.
Однажды возвращаясь домой, не спеша шагая по дорожке, вдыхая чистый осенний воздух, пахнущий прелыми листьями и кострами Ольга увидела шедшую ей на встречу несостоявшуюся свекровь, Алевтину Дмитриевну. Как же хотелось быстренько перейти на другую сторону улицы, но не успела.
Сашина мать с улыбкой разглядывала, округлившийся Олин животик. Затем подойдя поближе, то-ли прошептала или прошипела: «Сына моего не тронь, итак едва отошел от вашей любви, только учится начал, и личная жизнь налаживается. Если нужна будет помощь, не стесняйся проси».
Потом вдогонку уходящей Ольге добавила: «Хотя много около тебя музыкантов крутилось, еще доказать нужно».
Ольга бежала, не разбирая дороги, проклиная Сашу, его мать и бабку, и всю родню. Ей хотелось мести. Она поднимала глаза к небу и беззвучно вопрошала: «За что с ней так?»
А потом опять просила: «Накажи».
Ноги сами привели ее на берег. С моря дул ветер, все казалось серым и безжизненным. Она долго бродила, ей казалось, что земля ушла из-под ног, горячие злые слезы катались из глаз, одно желание горело внутри: «Лучше бы он умер».
Сама умирать Оля не хотела. В ней бурлила жажда жизни. Она готова была дойти до Турции и обратно, надо было только войти в воду.
Она вспомнила недавний случай, как девушка не смогла пережить измены любимого, который собирался жениться на другой. Она написала ему записку, что сделает ему сюрприз к свадьбе, решила отомстить, что и сделала, утопившись. В канале, куда она прыгнула было сильное течение, водовороты, кто то слышал доносящиеся крики, которые быстро стихли. Скорее всего она, очутившись в воде уже и передумала умирать, но было поздно. Девушку похоронили. Свадьбу же не отменили. Гуляли шумно и весело, как же быть, ведь гости собрались и банкет заказан. Но, а что погибла девушка, так может и к лучшему, нет человека, нет проблем.
Так мстить Оля не хотела. Она помнила слова своей бабки: «Пока жива, знай, всегда есть выход», - но в данный момент Ольга выхода не видела.
Уставшая, изнемогая от обиды Оля зашла в квартиру и услышала веселые голоса
Продолжение следует...
Предыдущая глава 6:
Следующая глава 8: