Агнесса с ленивым равнодушием следила за тем, как домработница водит шваброй по полу. Движения были ровными, неторопливыми, будто женщине и правда некуда спешить.
— Ну что вы еле шевелитесь? Тщательнее надо, энергичнее.
Галина Ивановна выпрямилась, повернулась к хозяйке и чуть заметно усмехнулась.
— Хотите показать, как правильно, или сами попробуете?
Агнесса мгновенно вскочила, в голосе зазвенело возмущение.
— Вы что себе позволяете? Да я вас уволю!
Галина Ивановна не повысила голоса.
— Не уволите. Не вы меня сюда нанимали.
Агнесса вспыхнула ещё сильнее.
— Уволю. Пошли вон. Вон, я сказала! Я сейчас полицию вызову!
Домработница ничего не ответила. Она молча вышла из комнаты. Агнесса даже ногой топнула от злости, будто собиралась силой загнать её обратно.
— Быстро всё здесь соберите!
Из прихожей показалась Галина Ивановна.
— Я здесь больше не работаю. Уберёте сами.
Агнесса буквально задохнулась от ярости. Полгода. Полгода она жена Алексея, а ощущение такое, будто она всё ещё чужая в этом доме. Никто не называет её хозяйкой, никто не считается с ней, все отвечают сухо или с раздражением, словно ей здесь и места нет. И это после того, как она столько вложила в свою цель.
Лёшу она добивалась не порывом сердца, а выверенной настойчивостью. Сначала выяснила о нём всё, что могла, а затем решила: именно он обязан стать её мужем. Двадцать лет разницы её не смущали. Самое важное было другое: у Лёшеньки были деньги. Такие деньги, что даже у Агнессы не получилось бы быстро их растратить, сколько бы она ни старалась.
Только вот семейная жизнь оказалась вовсе не тем, чего она ожидала. Вдруг выяснилось, что замужней женщине категорически не дозволено пропадать в клубах до утра. Это по-настоящему ошеломило её. Как так? А когда же встречаться со своим пупсиком?
Алексей хоть и позволил себя очаровать, но голову не потерял, как Агнесса рассчитывала. И ей приходилось изворачиваться рядом с ним, подстраиваться, угождать, подбирать правильные слова, чтобы вытянуть ещё немного денег. Муж всякий раз смотрел на неё с искренним недоумением.
— Агнесса, мне не жалко. Я дам. Только объясни: как тебе удалось потратить то, что я дал на прошлой неделе? Там суммы хватило бы на недорогую машину.
— Дорогой, какая машина? У женщины столько желаний.
Алексей устало махал рукой.
— Ладно. Не посвящай меня в подробности. Только смотри, чтобы это не стало привычкой.
Она не могла признаться, что аппетиты её пупсика растут быстрее, чем она успевает выпрашивать у мужа новые деньги. Когда-то Саша работал инструктором в фитнес-зале, где занималась Агнесса. Тогда она ещё была Еленой. Ей было двадцать восемь, и именно поэтому приходилось следить за собой с особым усердием: выглядеть так, чтобы на неё обращали внимание, и держаться так, чтобы не выдавать ни возраста, ни расчёта.
Сашеньке было двадцать два. Она заметила его сразу и решительно. Он ответил ей взаимностью. С того момента они вдвоём стали думать не о чувствах, а о выгоде: как провернуть всё так, чтобы забрать деньги у её мужа и исчезнуть туда, где тепло и где никто не задаёт лишних вопросов.
План почти сложился. До определённого момента. Потом вдруг возникла серьёзная помеха: Алексей решил, что раз Агнесса его жена, то она просто обязана полюбить его дочь от первого брака. Девочка жила у сестры Алексея в другом городе, и сегодня муж должен был привезти её в дом.
Вот и счастье: ухаживай за чужим ребёнком. Да и вообще, если их задумка будет воплощаться, ребёнка в этой схеме быть не должно. Однако Агнесса заставила себя не паниковать. Она обязательно что-нибудь придумает. Её бесило другое: как она могла упустить такую деталь? Как не докопалась до того, что у Алексея есть шестилетняя дочь?
Хлопнула дверь. В дом вошёл Алексей, рядом с ним стояла маленькая девочка.
— Агнесса, познакомься. Это моя дочь, Ксюша. Ксюша, это Агнесса. Я надеюсь, вы поладите.
Девочка смотрела на мачеху настороженно, даже колюче. Агнесса не поднялась, не улыбнулась, не сделала ни малейшего жеста навстречу. Ксюша перевела взгляд на отца, будто спрашивая разрешения не делать вид, что всё нормально.
— Пойдём, милая, я покажу тебе твою комнату, — сказал Алексей.
Через полчаса он вернулся.
— Агнесса, я что-то не вижу на твоём лице радости.
— У меня сильно болит голова, — отрезала она.
— Понятно. А где Галина Ивановна? Почему тут всё оставлено?
Агнесса пожала плечами так, словно речь шла о пустяке.
— Ей кто-то позвонил. Что-то случилось. Она убежала в слезах. Я ей заплатила, потому что она не знает, сможет ли вернуться.
Алексей нахмурился.
— Странно всё это.
Он посмотрел на тряпки и ведро.
— Тогда возьми и убери это.
Агнесса взвизгнула так, будто её оскорбили.
Алексей медленно повернул к ней голову.
— Ты хочешь, чтобы это убрал я?
Не дождавшись ответа, он вышел. Агнесса, стиснув зубы, стала собирать всё сама, кипя от злости.
«Ничего. Скоро ты за всё ответишь», — думала она, сминая тряпки так, будто мяла чужую волю.
На следующий день Агнесса лежала в постели с любимым. Для всех у неё были занятия йогой, строгий режим и «правильная жена». На деле же она шептала совсем другое.
— Агнесса, деньги принесла? — спросил Саша, не скрывая раздражения.
— Принесла… немного.
— Немного? — он резко приподнялся на локте. — И почему, по-твоему, я должен терпеть? Кто настоял, чтобы я уволился? Ты. Ты настояла.
Это была правда. Она не могла позволить, чтобы возле Сашеньки крутились полуголые клиентки, липли к нему взглядами и улыбками. Ей нужен был он — целиком.
— Пупсик, ну не сердись. Скоро всё закончится. Просто надо правильно подготовиться. Ты же всё придумаешь.
Саша усмехнулся холодно.
— Мне, конечно, придётся. Потому что на твою сообразительность рассчитывать трудно.
Всю неделю Агнесса старательно играла роль примерной жены. Она изображала не только любовь к Алексею, но и почти показную нежность к Ксюше. Она говорила ласково, наклонялась к девочке, интересовалась, что та любит, приносила ей воду, поправляла волосы, вытирала салфеткой губы после еды, спрашивала, не хочет ли Ксюша ещё печенье. Всё выглядело безупречно.
В субботу пришли гости. Были партнёры Алексея и их семьи. Агнесса держалась так уверенно, будто всю жизнь была здесь хозяйкой. Она не отходила от Ксюши, улыбалась, показывала всем, какая она внимательная и заботливая. И это подействовало.
Партнёры один за другим говорили Алексею, что раньше думали о его жене хуже, но теперь видят: она, похоже, действительно хорошая.
Наутро Алексей сообщил ей новость, от которой у Агнессы внутри всё сжалось.
— Я вижу, вы с Ксюшей замечательно поладили. Знаешь, у меня срочные дела в другом городе. Придётся уехать на пару недель. Надеюсь, вы будете жить дружно.
Агнесса растерялась. У неё были совсем другие сроки. По их с Сашей задумке уже через неделю они должны были избавиться и от Алексея, и от его дочери. Тогда Агнесса стала бы единственной наследницей. Сестра Алексея не считалась: Агнесса её никогда не видела и не воспринимала всерьёз.
Как только муж уехал, Агнесса закрылась в спальне и набрала Сашу. Она и не думала о предосторожностях: у неё была привычка включать громкую связь. А ещё сильнее она любила видеозвонки — ей нравилось, когда Саша видит её лицо, её глаза, её уверенность.
— Пупсик, что делать? — заговорила она быстро. — У нас не получится так скоро от них избавиться. Придётся ждать.
Она была уверена, что Ксюша спит. Она не предположила, что девочка тихо идёт по коридору, чтобы попросить достать что-то с высокой полки. Ксюша остановилась, услышав слова мачехи, и прижалась к стене, словно пытаясь исчезнуть. Она слушала, не моргая.
— Ничего, — продолжала Агнесса. — Главное, чтобы он не вернулся раньше. Я всё удержу. Просто нужно перестроить детали.
Ксюша попятилась. Она хотела убежать, но половица предательски скрипнула. Агнесса резко повернула голову и увидела девочку.
— Ты подслушивала? — голос её стал чужим и резким.
Ксюша сорвалась с места.
— Ах ты… — Агнесса вскочила и бросилась к ней.
Она попыталась схватить девочку, но Ксюша вывернулась и рванула к входной двери. В телефоне на экране Саша уже кричал:
— Лови её! Быстрее! Не дай уйти!
Ксюша выскочила на улицу и понеслась со всех ног. Она бежала по дороге, потом свернула в кусты, цеплялась платьем за ветки и несколько раз порвала ткань. Остановилась только тогда, когда перестала понимать, где находится и куда идти.
Сердце колотилось так, что казалось, оно слышно на весь город. Ксюша не знала, что делать. Она не знала города. Она понимала: стоит попросить помощи у взрослых, и её отвезут в полицию, а потом вернут домой, потому что папа ещё долго не будет рядом. И тогда Агнесса сделает с ней то, о чём говорила.
Первые две ночи Ксюша провела на скамейке. Она дрожала от холода, прижималась к спинке, чтобы казаться незаметнее. Есть хотелось так, что подступали слёзы, но просить еду было страшно. На третий день к ней подошёл мальчишка, грязный, худой, с настороженным взглядом.
— Ты кто? — спросил он.
— Я Ксюша.
— А чего сидишь и плачешь?
— Я очень хочу есть, — призналась она.
— А дома у тебя нет?
Ксюша сглотнула.
— Дом есть. Только там мачеха. И она хочет меня убить.
Мальчишка почесал затылок, подумал и сказал, будто решая для себя:
— Ладно. Пойдём со мной.
Ксюша послушно поднялась и пошла следом. Через несколько минут они спустились в подвал. Там лежал матрас и грязное одеяло. Мальчишка вытащил из-под матраса половину батона, кусок колбасы и неполную бутылку газировки. Он разделил всё на две части, не торгуясь и не изображая щедрость, будто так и должно быть.
Ксюша жадно съела свою долю, почти не чувствуя вкуса.
— Вечером пойдём к мусорным бакам, — сказал мальчишка. — Или тебе больше нравится просить у людей?
Ксюша пожала плечами.
— Я не умею ни того, ни другого.
— Тогда переставай реветь. Научу, — коротко ответил он.
Его звали Стёпа. Через три дня Ксюша уже стояла рядом с ним у людных мест, протягивала руку, говорила тихо и вежливо, как он учил, и старалась не встречаться с прохожими взглядом слишком настойчиво. Она быстро поняла: кто-то проходит мимо, не замечая, кто-то морщится, кто-то делает вид, что разговаривает по телефону, лишь бы не слышать просьбу.
У Стёпы была похожая история. Отец женился, мачеха доводила его, потом отец погиб, а она отдала мальчишку в приют. Стёпа туда не захотел. Он выбрал улицу и говорил об этом с какой-то упрямой гордостью.
— Я уже год так живу, — говорил он.
— Тебе не страшно? — спрашивала Ксюша.
— Нет, — отвечал он. — Бояться всё равно некому помогать.
— А ты не хочешь в дом? Чтобы было чисто и тепло?
Стёпа мрачнел.
— Зачем мечтать о том, чего всё равно не будет?
Прошла неделя. Ксюша привыкла к подвалу, к холодному воздуху, к чужим шагам над головой, к вечной осторожности. Она не знала, что будет дальше. Стёпа обещал помочь и придумать, как сообщить её отцу, когда тот вернётся.
В тот день они решили попробовать возле нового ресторанчика. Может, сытые и богатые окажутся добрее. Но удачи не было: люди проходили мимо, будто дети — часть витрины, которую можно не замечать. Голод резал живот, как нож.
— Стёп, там уже никого почти нет, — сказала Ксюша. — Я зайду и попрошу. У них же, наверное, остаётся еда.
— Не надо, — отрезал Стёпа. — Там охранник. Вон он стоит. Мне не нравится его взгляд.
— Я просто спрошу, — упрямо сказала Ксюша.
Она осторожно приоткрыла дверь.
— Здравствуйте. Можно попросить немного еды?
Охранник уставился на неё так, будто перед ним что-то неприятное и лишнее.
— Ты совсем осмелела? Убирайся отсюда.
— Пожалуйста, — голос у Ксюши дрогнул. — У вас наверняка много остаётся. Дайте чуть-чуть.
Запахи из зала были такими, что у неё кружилась голова. Охранник вдруг растянулся в улыбке — неприятной, липкой.
— Подожди.
Он куда-то убежал и вернулся с большим пирожным.
— Ну давай, проси дальше, — сказал он так, словно это было представление.
Игорь Валерьянович услышал шум из кабинета. Ресторан был элитный, скандалов здесь не бывало, тем более поздно вечером, когда посетителей уже не должно было быть. Он вышел в холл и увидел происходящее. Лицо его мгновенно потемнело.
— Прекратить! — рявкнул он так, что охранник дёрнулся и выронил пирожное. — Ты что себе позволяешь? Вон из моего ресторана! Немедленно!
Официанты, наблюдавшие издалека, поспешно разошлись, будто их здесь и не было. Все знали: охранник может пустить в ход кулаки, и никто не хотел быть следующим.
Ксюша стояла, захлёбываясь слезами.
Игорь Валерьянович присел перед ней, чтобы быть на одном уровне, и повернулся к побледневшему администратору.
— Чего стоишь? Быстро. Еду на стол. Салфетки. Сейчас же.
Администратор сорвался с места.
— Не плачь, — сказал Игорь Валерьянович мягче. — Тебя накормят.
— Я не одна, — всхлипнула Ксюша. — Со мной Стёпка. Он в кустах ждёт.
Мужчина улыбнулся, открыл дверь и сказал в темноту:
— Стёпка, заходи. Я вас накормлю.
Кусты шевельнулись, и показался мальчишка. Он не подходил близко, пока не спросил:
— В полицию не сдашь?
— Клянусь, — спокойно ответил Игорь Валерьянович. — Не сдам.
— Тогда ладно, — сказал Стёпа и шагнул внутрь.
Пока дети ели, Игорь Валерьянович внимательно смотрел на Ксюшу. Слишком знакомые черты. Слишком узнаваемый взгляд. Он видел девочку всего один раз, недавно, у своего друга, и теперь не мог избавиться от ощущения, что перед ним тот же ребёнок.
— Скажи, как тебя зовут? — спросил он наконец.
— Ксюша.
Игорь Валерьянович напрягся ещё сильнее.
— А папу твоего как зовут?
— Алексей Олегович.
Он словно на миг потерял речь.
Ксюша подняла на него глаза и вдруг сказала тихо, но уверенно:
— Я вас узнала. Вы папин друг. Вы у нас в гостях были. Только, пожалуйста, не говорите ничего Агнессе. Она хочет убить и меня, и папу.
Игорь Валерьянович сидел, будто оглушённый. Потом собрался и поднялся.
— Так, ребята. Пойдём ко мне в кабинет. Там диваны, телевизор. И я попрошу принести вам мороженое. А вы мне всё расскажете по порядку.
Стёпа с сомнением посмотрел на стол.
— А это можно будет с собой забрать?
Игорь Валерьянович улыбнулся без тени насмешки.
— Не переживай. Я тебе столько положу, что ты не унесёшь.
Ксюша рассказала всё: и про звонок, и про слова Агнессы, и про погоню, и про подвал, и про страх. Стёпа, наевшись, задремал на диване, сжимая в руке печенье, будто боялся, что его отнимут.
Игорь Валерьянович уложил Ксюшу на второй диван и накрыл пледом.
— Спи. Я сейчас позвоню папе.
Впервые за много дней Ксюша уснула крепко, спокойно, как ребёнок, которому больше не нужно прислушиваться к каждому шороху.
Разбудили её руки. Её подняли, прижали к груди, и она почувствовала знакомый запах одеколона.
— Папа… — выдохнула она.
— Папа здесь, родная, — голос Алексея дрожал. — Прости меня. Прости, что оставил тебя с этой…
Через час Ксюша, её отец и несколько полицейских вошли в дом. Агнесса была уверена, что Алексей вернётся только через три дня. Девочка исчезла, и Агнесса уже надеялась, что навсегда. Поэтому она безмятежно лежала в объятиях Саши, уверенная, что время работает на неё.
Когда вспыхнул свет, Агнесса вскочила.
— Лёша! Лёша, это не то, что ты подумал!
Но затем она увидела Ксюшу. Лицо её исказилось, голос зашипел.
— Надо было избавиться от тебя сразу.
Полицейские сделали шаг вперёд. Саша дёрнулся, но было поздно.
Спустя несколько часов чистая, переодетая Ксюша сидела на кухне и ела кашу, которую приготовила Галина Ивановна. Алексей ещё раньше позвонил ей, извинился и попросил вернуться. Галина Ивановна пришла молча, без лишних слов, но в её движениях снова появилась уверенная, спокойная хозяйственность.
Ксюша вдруг вспомнила и подняла на отца встревоженный взгляд.
— Папа, а Стёпа? Он же там остался, у Игоря Валерьяновича. Как я могла забыть…
Алексей улыбнулся и погладил её по голове.
— Не переживай. Степан сейчас у Игоря. Его жена, когда увидела мальчишку, сказала, что никому его не отдаст. У них нет детей, и, похоже, твой спаситель наконец нашёл семью.
Ксюша и Стёпа потом пошли в одну школу. Стёпа изменился удивительно быстро. Из его речи исчезли грубые слова, он перестал вести себя вызывающе, перестал сплёвывать на землю, как раньше делал по привычке улицы. В этом серьёзном мальчике, который старательно учился и держался ровно, уже трудно было узнать беспризорника из подвала.
О своей новой маме Стёпа говорил ласково, а об Игоре Валерьяновиче — с уважением, которое не изображают.
— Когда я вырасту, я стану таким же, как мой папа Игорь. Умным и богатым, — говорил он однажды, глядя на Ксюшу так, будто решал судьбу. — А ты тогда выйдешь за меня замуж. Договорились?
Ксюша подумала немного, словно действительно взвешивала важное решение.
— Договорились.
Стёпа облегчённо выдохнул, будто только этого ответа и ждал.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: