Глава ✓390
Начало
Продолжение
Удивительно похорошела Мэри Беннет, тьфу, Мария Ивановна Волконская за минувшее время. Всё-таки как же счастье меняет человека!
Когда-то затюканная матушкой худенькая большеглазая девочка, читавшая толстые нудные проповеди и делавшая из них выписки только лишь бы казаться значительнее на фоне очаровательных сестёр постепенно таяла в прошлом. Она мечтала покорять, а вызывала лишь насмешки: матушка лишь шпыняла её, батюшка не уставал замечать любую оплошность или ошибку, Джейн вечно витала в облаках, Лиззи смотрела с жалостью, Лидия и Китти вовсе не обращали внимания на старшую сестрицу.
В 21 год она решилась на смелый шаг и уехала в Россию - неведомую холодную страну. Просто в пику сёстрам, отправшимся в морское путешествие в тёплые страны, и решившим оставить на неё свои особняки, имения и детей. Целый год, если не более сидеть в Пемберли или Лайм-хаусе, приглядывать за няньками и гувернантками, то и дело стреляющими глазками в сторону конюхов, старших лакеев и дворецкого, величественного, как генерал.
Эта поездка - как в омут головой, оказалась неожиданно отрезвляюще-поучительной. Здесь, на стылых берегах Невы, она совершенно неожиданно для себя подружилась с бывшей собственной прислугой - немыслимо для сословной Британии, где дворянки и простолюдинки даже не ходили по одной стороне тротуара, и обрела знакомства в высшем свете - так же вещь в родной Британии непредставимая. И даже умудрилась Мэри, расправив плечи и крылья, стать успешной дамой, стилистом и переплюнуть всех сестриц Беннет, выйдя замуж за герцога - по британским меркам!
Что ей теперь прекрасный Пемберли, если у неё самой собственное поместье и шесть сотен крепостных на щедрых чернозёмах Малороссии?
Мелкая кислая вишня растёт во владениях Элизабет, вернее - её мужа, лишь с южных сторон сада, ни винограда, ни яблок сладких или груш, ни абрикосов, ни черешни. Тёрн, ежевика и смородина, немного крыжовника. В личном поместье Марии Ивановны в теплой благодатной Малороссии землицы хватает и для садов-огородов, и для пшеницы-жита, и для разведения коней. Ах, каких дивных лошадок прикупила она у другой знакомицы, леди Орловой-Чесменской. И для коляски - резвых тонконогих рысаков, и для верховых прогулок, и першеронов для тяжелых тягловых работ - у другой приятельницы, супруги доктора Арендта.
Удивительное дело, в родном мягком климате Англии люди вокруг Мэри были колючими, язвительными и холодными, а здесь, среди суровой природы, где морозы рвут кору на деревьях, люди оказались куда щедрее, душевнее, добрее и мягче. Честнее - вот уж точно!
Вот уже скоро год, как стала она женою, и эта роль её весьма позабавила. Сейчас, к исходу лета, вместе с супругом, уволенным со службы отставкою, она приехала навестить московскую родню. А заодно - показать свой растущий животик. Повитуха местная сказала, что к январю станет род Волконских богаче на одного княжича. Поживём - увидим, а отношение к ней у новообретённой родни разное, тут уж не поспоришь!
Насмешливо - ехидное, жа с подковыркою сестрицы мужа, княжны Мария с Варварою Александровны. Вот уж и подшутила над девицами природа: то, что красиво в мужском обличии в женском облике вызывает лишь сожаление.
Высокие лбы, крупные носы, развёрнутые скулы со смуглостью кожи вовсе не красят девицу, пусть и с богатой родословной, но пустым кошельком. Гонор и гордость не позволили перезрелым девицам найти себе пару из семей менее знатных, да и незачем им - по полгода девице незамужней гостить у многочисленных тётушек с дядюшками у российского дворянства за приживалку не считалось, а родни со стороны Волконских - трое дядюшек, да двоюродных весемь человек, а со стороны рано ушедшей матушки княжны Натальи Алексеевны Кольцовой-Мосальской тоже родню считать-не пересчитать.
Обидно принимать в подарок ношеное платьице бальное? Так отделку сменить - и незаметно при свечах, что не первой свежести наряд, а кто и заметит - промолчит. Стыд глаза не выест!
И оттого вероятно больно сестрицам Мишкньки наблюдать его возвышение - не за счёт собственных успехов и роста карьерного за доблесть ратную, а только от того, что женился удачно. А девица-краса заезжая пусть и не юна годами, да мудра делами - поговаривают, в концессии модной состоит, фасоны новые придумывает. Легко иностранкам без роду, без племени - стыдить поведением неподобающим некому.
А может и правда, что года полтора назад в свете слух прошёл, что Мария Николаевна на Мишу, братца двоюродного, глаз положила! Грех великий - с роднёй близкой венчаться - ни один батюшка не позволит, и в Епархию писать прошения - только бумагу переводить.
Может, и было что? Да только матерью посажённой Мария Николаевна была на сввдьбе Михаила и Марии Ивановны, и приданое отстегнула компаньонке сказочное, да ей по средствам, при её -то доходах - 75 тысяч рублей серебром.
Уколоть новообретённую сестру с состоянием хоть и сладко, да чревато: не то у ней воспитание. Вон Вареньке модельку платья чудеого нарисовать нарисовала, и даже с расчётом по аршинам ткани, а намёк, что чудные ткани на Кузнецкий мост завезли проигнорировала. Мол, в сорок лет уже грешно за модой гонясться, степеннее надобно быть, скромнее. Иначе как понять присланные от неё в дар не золотистый и лиловый мерцающий искрвми шёлк лионский, а отрезы тусклого атласу серо-жемчужеого и винно-красного ю, пусть по тону к коде подходящеих, но таких скууушныыых.
Продолжение следует ...
Телефон для переводов и звонков 89198678529 Сбер, карта 2202 2084 7346 4767 Сбер