первая часть
Валя была младше Лены почти на год. Слишком миниатюрная для своего возраста, она постоянно подвергалась нападкам со стороны одноклассников.
У нее отбирали вещи, еду в столовой, ставили подножки. Лена всегда защищала подругу и яростно давала сдачу обидчикам. Когда в их классе появился Женя, они стали дружить втроем. Валя сидела впереди, одна, она на переменах поворачивалась к Жене с Леной, чтобы поболтать.
Выходила с ними из школы, провожала до калитки, потом шла в противоположную сторону, уверенная в том, что ни один снежок не прилетит ей в голову, пока позади идут друзья. Роман Жени и Лены Валя приняла спокойно, даже обрадовалась. К этому времени у неё тоже был кавалер, Никита из девятого класса. Парень был младше Вали на год, но разницу эту никто не замечал. Рядом с Валей даже некоторые пятиклассники выглядели взрослыми и мужественными.
После окончания школы пути Вали и Лены несколько разошлись. Они стали реже видеться, но часто списывались в соцсетях. Валя не поступила в университет. Выбрала вместо учебы работу, ушла в бизнес. Делала на заказ пряники и торты, потому что всегда любила печь. Лена за успехи подруги радовалась, и выбор её не осуждала.
На свадьбе Вали и Никиты через три года после выпуска. Лена была свидетелем со стороны жениха. Никита Лене нравился — высокий, уверенный в себе, решительный. Он был старшим ребёнком в семье и привык быть взрослым с самого детства. Уже после школы начал заниматься перепродажей и скупкой машин, а после превратил это в бизнес. Лене казалось, что в Никите есть все те качества, которых так не хватало Жене.
Глядя на идеальный почерк мужа, доделывающего в ночи очередной проект, она искренне желала ему быть менее послушным и хорошим. Женя восторгов Лены по поводу Никиты не разделял. Считал его пройдохой, отговаривал Валю выходить замуж. Прогнозы Жени о скором разводе и сожалению, впрочем, не оправдались. Чета Замятиных жила душа в душу вот уже более десяти лет. Павлуше, сыну Вали и Никиты, исполнилось недавно восемь.
Женя и Лена были его крёстными. Он ходил во второй класс и теперь очень хотел похвастаться перед «доброй тётей Леной», как он её называл, своим дневником с полугодовыми оценками, надеясь получить за успехи похвалу и какой-нибудь подарок. До рождения Ани и Яны Лена много времени проводила с подругой и её маленьким сыном.
Часто забегала к ней после работы с чем-нибудь вкусненьким, играла с Павликом, давая Вале время отдохнуть и закончить дела. Когда Лена сама стала мамой, времени на подругу и её сына у неё не осталось. Все его занимали теперь заботы о собственных дочках. Во время беременности они с Валей часто встречались за чашкой чая. Валя делилась с ней своим опытом материнства, давала советы, отвечала на вопросы.
Виделись они и на выписке Лены из роддома, а потом их общение постепенно сократилось. Лена не видела в этом процессе ничего страшного или неожиданного, считала это естественным. На праздники в день рождения Вали, Никиты и Павла она всегда звонила подруге, чтобы поздравить ее или кого-то из членов семьи. Тоже делала и Валя. Каждый год Лена с удовольствием отмечала, что их дружба такая же искренняя и честная, какой была в школе.
Одно её расстраивало — отношение Жени к мужу-подруги. На всех их встречах и посиделках это отношение угнетало обстановку, создавая невидимое, но вполне осязаемое напряжение между мужчинами. Его, казалось, никто не замечал, кроме Лены. Она пыталась узнать у Жени причину его неприязни.
Почему ты к Никите относишься так, будто он машину у тебя крадет и перепродает? — спросила как-то Лена, сидя перед туалетным столиком после душа. Женя что-то читал, лежа в кровати. Он ответил не сразу.
— Ты веришь, что можно честно заработать на скупке машин в восемнадцать лет?
— Верю, что с предприимчивостью можно.
– У нас разные представления о предприимчивых людях.
Вот и всё. Лена вздохнула, вставая. Залезла под одеяло, посмотрела на мужа, который всё ещё читал.
— Скажи, Жень, ты считаешь меня предприимчивой?
— Ты родила двойню, — он рассмеялся. — Ещё бы.
– А если без шуток, мне всегда нравилась твоя бесстрашность. Ты так легко меняла работу, я бы так не смог.
— А хотелось? — Женя задумался.
– Нет, наверное.
– И ты счастлив?
– Ещё бы.
Лена часто возвращалась к мысли о том, почему она часто жалеет мужа и считает его несчастным человеком, погрязшим в зависти. Именно завистью объясняла она для себя неприязнь к Никите. В итоге независимость Никиты и свобода от офисных предписаний показались достаточной причиной.
Для семьи бандита и пройдохи жили Замятины достаточно скромно. Маленькая двухкомнатная квартира на окраине, одна машина, которую Никита вечно возил в автосервис, чтобы она была на ходу. Проблем с законом у Никиты никогда не возникало. Валю и сына он не обижал, напротив, всегда старался порадовать их, дарил жене цветы и всякую технику Павлу.
Когда Лена рассказала Жене, что звонила подруга, и они договорились встретиться в выходные, он не очень обрадовался. — Мне обязательно идти.
— Это же Валька, ты чего? Мы с ней сколько не виделись. Два года или три?
— Три. — Неужели не хочешь с ней встретиться? Она в рыжей перекрасилась. А Павлик во втором классе уже, представляешь?
— Представляю. Никита тоже будет? — Наверное. В выходной же?
— В выходные он дома, а встретиться мы хотели у Валя тортик испечёт.
— Не хочу с ним встречаться, — отрезал Женя.
— Почему?
— Он мне не нравится, ты же знаешь.
Вечером Лена позвонила подруге. Сообщила, что её муж категорически не хочет видеть мужа Вали. Попросила прощения. Валя на удивление не расстроилась, даже обрадовалась. Оказывается, Никита тоже не горел желанием встречаться с Женей ещё и в собственном доме, и недвусмысленно попросил жену избавить его от такого гостя.
– Я думала, с возрастом они поумнеют, — заключила Валя.
– Но, видимо, это правда, что у мужчин детство в 40 лет только начинается.
В субботу утром Лена приготовила завтрак, пока Яна и Аня смотрели мультфильм. Женя, вернувшись с пробежки, сходил в душ и помогал ей накрыть на стол.
Потом они завтракали овсянкой на сливках и бутербродами. Оставив детей мужу, Лена быстро оделась, сложила в сумку сменную одежду и перекусы для девочек, подарки для Вали и Павлика, зарядку для телефона. Одела детей. Женя предложил подвезти их до Вали, и Лена согласилась. По дороге молчали. Помахав Яне и Ане на прощание, Женя уехал. Никита вместе с Валей вышли встречать гостей.
После приветственных объятий девочки бодро поднялись по ступенькам крыльца, не позволив взрослым взять их на руки и занести. На грузовом лифте доехали до седьмого этажа. Квартира Замятиных выглядела так же, как и три года назад, когда после крещения Павла все собирались на праздничный обед. Разве что в комнате Павла изменилось убранство.
Детскую кроватку заменили на взрослую, поставили письменный стол и полку для учебников. Игрушек тоже прибавилось. Ими немедленно заинтересовались Яна с Аней. Втроём с Павликом они сидели на ковре и разглядывали игрушечную железную дорогу. Иногда останавливали паровозик руками и прицепляли к нему новые вагончики. Валя испекла медовик — любимый торт Лены, Яны и Ани.
По всему дому витал аромат выпечки и мёда.
– Жаль, что Женя не смог приехать, он ведь так любит медовик!
— Валь! — Никита почесал нос. — Мы тут все взрослые люди и все прекрасно понимаем, почему Жени тут нет.
Наступила неловкая пауза. Лена махнула рукой.
— Не хочу портить себе и вам настроение.
– Валь, положишь мне с собой кусочек, я ему передам.
— Я тоже не хочу портить никому настроение, — заметил Никита. — В отличие от твоего муженька.
Валя зашипела.
— Никит!
— Ну, а что, к чему эти церемонии? Все мы, я думаю, считаем, что Женя немного сложный человек, со сложным характером, вредный, короче, и гордый слишком.
Лена задумалась.
— Он не говорил, почему ты ему не нравишься?
– Говорил. Потому что я негодяй и нехороший человек, или как там было, Валь?
— Пройдоха! — поправила Валя.
— Когда он тебя так называл, я не помню.
– На нашей свадьбе, — отозвалась Валя, — тебя не было рядом, ты ходила в уборную.
Никита рассмеялся.
– Я, — говорит, — Валя, не одобряю твой выбор, но поддерживаю тебя. Ты, Никита, парень неплохой, вроде толковый, но дела твои мутные, и меня настораживают. Ты пройдоха, Никита, он пройдоха, Валь, никогда этого не забывай.
– Вот привязался.
Лена сделала несколько глотков чая.
– Не понимаю. Может, мы чего-то не знаем с Валей? Ты прибил кого-то, что ли, или как?
Валя поставила перед ней блюдце с куском торта.
– Да, Никит, ты, случайно, не криминальный авторитет?
– Ни разу за всю жизнь никому не навредил, пока. Хотя желание возникает часто. Любят владельцы машинок обманывать.
– Спасибо, любимая,
— И даже ни разу никого не обманул при покупке или продаже, хотя и такое желание было, признаюсь. Иногда хочется начать отвечать людям и их ко мне отношениям.
— Не обижайся на Женьку, — вступилась Лена.
– И на меня не обижайся, хорошо?
— Как можно обижаться на друзей? — развёл руками Никита.
Напоив детей чаем с медовиком, решили выйти и немного прогуляться пешком до ближайшего парка. Чтобы Аня и Яна не устали по дороге, их усадили в санки Павлика. Сам Павлик бежал впереди, показывая крёстной свой район.
– А тут вот школа моя, я тут учусь, а тут вот магазин, а тут каток! — кричал он.
В руках Павлик держал вязаного зайца, подарок Лены. Вале она подарила от себя и Жени фарфоровую пару с акварельными цветами. Никите — портмоне из конской кожи, потрясающе мягкая на ощупь и вместительная. Валя долго сокрушалась, что она плохая подруга и ужасный человек, так как забыла о подарках для Лены, Жени и её детей. По дороге к парку она пыталась придумать, что подарить.
– Может, торт, Лен? — спросила она наконец, когда они входили в высокие кованые ворота.
— И пряники! — подала голос Аня. — Хочу пряники, как на ёлочке!
В парке построили к новогодним праздникам ледовый городок. Малышня бегала по лабиринту под руководством Павлика, звонко смеясь. От бега и мороза их щеки были пунцового цвета, а глаза блестели от счастья.
Никита стоял, обнимая Валю со спины, наблюдая за детьми и редко вмешиваясь в женский диалог. Лена долго думала, рассказывать ли подруге о странной подработке мужа, сорвавшихся праздниках и реакции родителей на произошедшие, И решила, что ей нужно кому-то выговориться, с кем-то поделиться своими переживаниями.
– До сих пор не понимаю, правильно ли поступила? – закончила Лена свой рассказ.
— Не понимаю вообще, что это было, идиотизм какой-то. — Он так и не рассказал, что это за подработка такая
продолжение