Где-то в 33–34 я поймала себя на мысли, от которой самой стало не по себе: «Ну всё, самый сок остался в двадцатых. Дальше только держать форму, чтобы не сильно развалиться».
Не то чтобы кто-то прямо объявил: «После 35 секса не будет». Но вокруг было слишком много сигналов:
- шутки про «завяли помидоры»;
- подруги, которые вздыхали: «Ну какой секс, мы же не девочки»;
- реклама, которая вечно подсовывает: «омоложение, подтяжка, вернём вам молодость» — как будто без “молодости” ты уже не женщина, а вариант “на уценке”.
Я начала рассматривать себя в зеркале как проект: живот — подтянуть, носогубки — замазать, целлюлит — уничтожить. И параллельно с этим в голове всё громче вертелось: «Кого может возбуждать вот это? Ладно, у меня уже есть свой мужчина, дотяну на приличии».
То есть в 20 я ходила по миру с ощущением «я вкусная», а после 35 переключилась в режим «лишь бы не выглядеть совсем ужасно». Сексуальность при этом тихо съезжала в сторону.
Что на самом деле изменилось после 35 — кроме цифры в паспорте
Тело стало другим. Это правда. Я устаю быстрее. Мне нужно больше времени, чтобы включиться. Недосып и стресс бьют по желанию сильнее, чем когда-то в студенческом общаге. Раньше можно было заняться сексом «по дороге», с нулевой подготовкой и головой в тетрадях. Сейчас мне нужно хотя бы минимально:
- прийти в себя,
- выдохнуть,
- почувствовать кожу, а не только список дел.
И да, это поначалу страшно: «Раньше было легко, а теперь я какая-то сложная. Наверное, это и есть старость». А потом я заметила интересную вещь: вместо того чтобы задавать себе вопрос «что мне теперь нужно, чтобы хотеть?», я задавала другой: «как бы сделать вид, что ничего не поменялось?».
Сексуальности как таковой стало меньше не потому, что мне 35+, а потому что я отчаянно пыталась проживать секс по-старому, с телом и нервной системой, которые уже живут по-другому.
Самая жёсткая установка: «желанной быть можно только молодой»
Вот она и делала мне мозг. Я искренне верила, что:
- «волшебная сексуальность» — это про упругую кожу и круглую попу;
- мужчинам нужны именно такие;
- после 35 максимум, на что могу претендовать, — это быть «хорошей женой» и «нормальной любовницей, без фанатизма».
И я очень долго смотрела на себя глазами какого-то абстрактного зрителя: «Уголки глаз поплыли. Живот не как в Инстаграме. Грудь уже не стоит, как раньше. Всё, лавочка закрыта». Знаешь, какой в этом подвох?
Пока ты смотришь на себя как на товар, ты не можешь быть собой в постели. Ты всё время занята:
- углом наклона живота,
- тем, как выглядит лицо в момент оргазма,
- тем, не видно ли «лишнего» в определённой позе.
Не до удовольствия. До презентации. И это не «возраст убивает сексуальность». Это сравнение убивает сексуальность.
В какой момент я стала относиться по-другому к возрасту
Это случилось не в один день, а спустя пару честных разговоров — с собой и с партнёром. В один из вечеров, когда я в очередной раз отвернулась со словами «я устала», он тихо спросил: «Ты правда всё время такая уставшая или тебе с собой стало так плохо, что ты не хочешь даже начинать?»
И это попало в точку. Я уже не про «хочу его» думала, а про: «чтобы он не видел моё тело слишком близко, чтобы не разглядел, где я “испортилась”». На следующий день я честно написала себе в заметках: Я не хочу с*кса не потому, что мне 35+, а потому что мне стыдно за себя 35+. Я больше занята тем, как выгляжу, чем тем, что чувствую.
И вот от этого стало обидно. Не за мужчину, не за возраст, а за себя.
Что я постепенно поменяла
Я не из тех, кто бросил всё, поехал в ретрит и вернулся новым человеком. Я делала маленькие сдвиги, но последовательно.
Во-первых, перестала относиться к с*ксу как к проверке “на молодость”
Раньше: получилось быстро возбудиться — «о, ещё ничего». Не получилось — «всё, я старая, разлагаться». Сейчас у меня другая логика:
«Моему телу сейчас нужно больше времени/нежности/тишины, чтобы прийти в возбуждение. Это не минус, это просто инструкция, как со мной обращаться». И когда я перестала ждать от себя реакций 20-летней, напряжение снизилось. А вместе с ним снизилось количество провалов «я ничего не чувствую».
Во-вторых, я честно признала свои новые “хочу”
После 35 моя сексуальность стала не такой громкой, но гораздо более конкретной.
- Я чётче чувствую, что мне точно не заходит.
- Я лучше знаю, куда я включаюсь.
- Мне уже не интересно просто «чтобы он закончил и все разошлись».
Но это всё бессмысленно, если я молчу. Я начала прямо говорить:
- «Мне больше не подходит “быстро и по делу”. Мне нужно время».
- «Меня включают не только твои руки, но и то, как ты со мной говоришь до этого».
- «Мне важно, чтобы секс был не единственным контактом. Если весь день мы соседи, а ночью ты вдруг лезешь, я не могу резко переключиться».
Да, это не звучит как из журнала. Но именно так моя сексуальность стала моей, а не общего пользования.
В-третьих, я перестала воевать со своим телом
Это вообще отдельная история. Я заметила, что каждый мой поход в душ сопровождался внутренним комментатором: «Вот тут надо похудеть». «Эти складки убрать». «Над этим поработать».
Очень сложно хотеть себя, когда тебя дома встречает свой внутренний хейтер. Я начала с маленького: перестала в зеркале по десять минут разглядывать недостатки; попробовала подбирать бельё не под инстаграм-картинку, а под ощущение: «мне комфортно и красиво»; ловила моменты, когда моё тело мне нравится — в движении, в танце, в растяжке, а не только в позе «контрольная фотография».
Когда фокус сместился с «исправить» на «почувствовать», оказалось, что у этого тела есть своя, другая сексуальность. Не девочки-обёртки, а взрослой женщины.
Что оказалось неожиданно приятным после 35
Я стала меньше заботиться о том, «как это выглядит», и больше — о том, «как это ощущается». Раньше я могла играть роль: «сейчас я покажу, какая я страстная». И при этом половину времени думать о том, как это смотрится со стороны. Сейчас у меня, наоборот:
- если хочется смеяться во время секса — смеюсь;
- если хочется замолчать и уйти в ощущения — ухожу;
- если хочется сказать «подожди, так не ок, давай иначе» — говорю.
И я вижу, как это меняет и его реакцию тоже. Моё тело перестало быть сценой, и наконец-то стало моим пространством. Возраст тут вообще не враг. Он, наоборот, дал право:
- не стесняться своих желаний;
- не гнаться за чужими стандартами;
- не тратить годы на секс «как надо».
Возраст — это смена жанра
В двадцать сексуальность у меня была про доказать: «Я желанная, посмотрите все». После 35 она всё больше становится про:
«Мне с собой хорошо. А с тобой — ещё лучше». И да, я всё ещё могу переживать из-за морщины или живота в определённый день. Я не робот.
Но одно я знаю точно: мой возраст — не диагноз для постели. Диагноз — это когда я продолжаю жить по чужим правилам, делать вид, что мне всё равно, и молчать про свои “хочу”.
Если ты сейчас живёшь между двумя голосами: один шепчет: «успокойся, ты уже не в том возрасте», второй шепчет: «но я всё ещё хочу чувствовать себя живой, а не просто функциональной» — ты очень точно попадаешь в тот возраст, где сексуальность можно не терять, а собирать заново.
На ближайшем вебинаре я как раз буду говорить о том,
- как меняется женская сексуальность после 30–35;
- где правда про гормоны и усталость, а где просто чувство стыда и старые установки;
- как заново подружиться со своим телом и перестать видеть в нём только «проект по улучшению»;
- как говорить с партнёром о своих новых желаниях, не оправдываясь и не извиняясь за возраст.
Ссылку на регистрацию найдёшь под этой статьёй.
Возраст ты изменить не можешь. А вот то, как ты смотришь на своё тело и право на удовольствие, очень даже в твоих руках — и в твоих прикосновениях.