«Генеральская Волга» – термин, которого нет ни в одном заводском каталоге ГАЗ. Но спросите любого, кто застал СССР, и вам расскажут: были машины для народа, а были – для тех, кто этим народом управлял.
Снаружи обе выглядели почти одинаково. Тот же силуэт, та же чёрная краска, те же шильдики. Таксист вёз пассажиров в аэропорт на ГАЗ-24, а рядом по спецполосе скользила точно такая же машина – только внутри сидел человек, чья подпись решала судьбы заводов.
Разница между ними – как между Ладой из салона и BMW с завода. Один кузов, один значок на капоте, два совершенно разных автомобиля.
Что под капотом
Обычная Волга получала рядную четвёрку ЗМЗ. Мотор неубиваемый, если руки из плеч. Но ехать на нём – примерно как смотреть на сохнущую краску. Тянул, и ладно.
Генеральская версия – другое дело. Два уровня апгрейда.
Первый – заводской отбор. Те же четвёрки, но собранные вручную. Коленвал балансировали до грамма. Поршни подбирали по весу с минимальным разбросом. Такой мотор работал тише, крутился охотнее – не за счёт лишних лошадей, а потому что внутри ничего не тёрлось и не вибрировало.
Второй – для тех, кому четвёрки мало. Под капот втискивали 5,5-литровый V8 от «Чайки» на 195 л.с. Модификации ГАЗ-24-24 и 31013 – «догонялки» для КГБ. Внешне обычный седан. На светофоре – ракета, которая оставляла позади любой иностранный автомобиль тех лет. В паре шёл автомат: три педали для охранников – слишком сложно, когда одной рукой руль, другой – рация.
Тишина и плавность
В обычной ГАЗ-24 на сотне разговаривать приходилось на повышенных тонах. Трансмиссия выла, ветер свистел в щелях, мотор гудел. Ехать можно, наслаждаться – нет.
Генеральская ехала тихо.
Шумоизоляция – бутерброд в три слоя. Войлок и мастика укладывались вдвое-втрое толще. Проклеивали даже скрытые полости: стойки, двери, пороги. Там, где обычный покупатель получал голый металл, спецзаказ обрастал «шубой». В салоне слышно тиканье часов на панели.
Подвеска – отдельная история. Листы рессор промазывали графитовой смазкой, прокладывали кожей – чтобы не скрипели. Пружины подбирали по жёсткости индивидуально. Обычная Волга трясла седоков, как телега. Генеральская – качала, как люлька.
Интерьер
Откройте дверь обычной Волги – встретит дерматин. Летом прилипал к спине, зимой трескался. Пах специфически. Но план выполнен, сиденья обтянуты, точка.
Генеральский заказ начинался там, где дерматин заканчивался.
Шерстяной велюр или натуральная кожа спецвыделки. Сиденья набивались плотнее, форму держали годами. Руль обтягивали вручную.
Опции – из области фантастики. Электростеклоподъёмники – в семидесятых, хотя массово на ГАЗе их начали ставить лишь через десятилетия. Дополнительный отопитель для задних пассажиров. Радиостанции спецсвязи под видом обычных приёмников.
Мелочи тоже доводили до ума. Плафон не дребезжал. Пепельница закрывалась с приятным щелчком. Ручки не люфтили.
Сборка как для Чайки
Обычную Волгу рожал конвейер. Кривые зазоры, недотянутые болты, стружка в картере, краска с подтёками. Машина могла сломаться через километр после ворот завода – никого не удивляло.
Спецзаказ собирали в ПАМе – Производстве Автомобилей Малых серий. Там же делали «Чайки». Счёт шёл не на сотни машин в день, а на единицы в месяц.
Каждую деталь проверяли дефектоскопом. Трещина в поковке – в переплавку. Раковина в литье – туда же.
Кузов красили в пять-семь слоёв с промежуточной полировкой. Антикор иногда делали свинцовым суриком – токсично, зато вечно. На выходе – глубокий блеск, который держался двадцать лет без рыжиков.
Как отличить на глаз
Хром. На обычной машине тускнел за пару лет. На генеральской сиял десятилетиями – двойное меднение перед хромированием. И хрома было больше: накладки, окантовки, детали, которых на конвейерных машинах не существовало.
Стёкла. Заводская тонировка или атермальное напыление. Для СССР – космос.
Антенны. Спецсвязь «Кавказ» или «Алтай» ставилась почти на все машины для номенклатуры. Характерные «пеньки» на крыше или багажнике выдавали хозяина. Увидел такой отросток – держись на дистанции.
Итог
«Генеральская Волга» – не отдельная модель. Заводской рестомод, собранный теми же руками, но в другом цеху, с другим подходом и для других людей.
Обычная Волга была мечтой. Генеральская – инструментом власти. Её не покупали. Получали вместе с должностью и правом ездить по спецполосе.
Найти такую сегодня – почти нереально. Большинство сгнили. Часть стала «колхозом» с китайскими магнитолами. Единичные экземпляры у коллекционеров стоят как чугунный мост.
Но если увидите чёрную Волгу с глубоким блеском, хромом без рыжинки и странным «пеньком» на багажнике – знайте: когда-то на заднем сиденье сидел человек, чья подпись решала судьбы.