Весна близко, а значит в воздухе уже запахло очередным обострением. Авитаминоз и холод - злые штуки, которые за длительный период заставляют некоторых людей сильно заморачиваться по каким-нибудь поводам, а иные и вовсе становятся токсичными и начинают гонять новичков от хвоеводства почем зря.
Сегодняшняя статья навеяна возросшим количеством панических запросов на тему рисков хвоеводства, и будет наш разговор о том, кто болеет таким опасным недугом, как пузырчатая ржавчина (он же Cronartium ribicola, он же ржавый рак). Раз такое дело, пора и мне кинуть амна на этот вентилятор..
Располагайтесь поудобнее: букв будет много, так как проблема на самом деле довольно неплохо изучена и есть множество интересных и полезных наблюдений и выводов, которые не лишним будет знать, чтобы сопротивляться адептам секты веймогеддона.
Тема ржавчины веймутовых давно уже превратилась в один из самых популярных жупелов российского хвойного мира, и вновь, и вновь настигает нас из каждого утюга, наводя панику в рядах хвойных дебютантов.
По большей части это происходит потому, что в интернетах многие пассажиры без малейшего собственного опыта, на основании непонятных слухов и ложных интерпретаций, могут нести любую ахинеюшку. Они как-то специфически умеют читать не то, что написано, а то, что они сами выдумали. И ладно бы только читать. Нет, нужно же весь этот воображаемый бред нести в массы, чтобы повысить свою экспертность.
Если коротко, суть жупела такова: веймутовы сосны плохие, потому что они болеют ржавчиной. Хитрый чукча их не сажает и кошмарит всех, кому захочется посадить. Зато вот другие сосны типа сембры или руми имеют к ржавчине иммунитет и не болеют ею, поэтому их хитрый чукча сажать разрешает и иногда даже показательно сажает сам. А как только где-то всплывет вопрос про веймутовы сосны (пусть никак не связанный с болезнями, а например про размер), тут же включается режим атаки и жупеловы дятлы начинают вбивать робким неофитам в головы мемасик про неотвратимую ржавую смерть веймутовых.
При встрече с людьми, которые распространяют информацию о ржавчине на веймутовых, я всегда первым делом их спрашиваю об их собственном опыте.
Выясняется, что самые ревностные хунвейбиновцы веймогеддона той ржавчины в глаза не видели, как и самих веймутовых сосен. Все это про ржавчину они где-то прочитали.
Да не просто прочитали, а смотрите какой решительный настрой! Отказаться! Не готова бегать! Ух эти веймутовы растудыть его в качель!
Тогда я всегда прошу ссылку на источники, где такое пишут. Зачастую источники - полное гуано из области диванного садоводства. С ними все понятно, нет смысла даже обсуждать. Но есть и источники вполне приличные, где и рассказывается по делу, и отмечается опыт тех, кто с проблемой столкнулся. И вот тут начинается самое интересное.
Оказывается, свои же источники, на которые люди ссылаются в качестве аргумента, они толком и не читают. Действительно, какое кому дело, как там написано, если со своим мнением я уже определился и меня оно устраивает? Можно смело идти раздавать советы.
Один из таких вполне адекватных источников, предоставленный адептом секты веймогеддона, - вот эта ветка на форуме:
В заголовке четко сказано, что речь про ПЯТИХВОЙНЫЕ сосны, а не про конкретно веймутовы. А к пятихвойным относятся еще и все кедровые, и руми, и гималайские, и парви. И все они потенциально уязвимы для пузырчатой ржавчины.
Автор текста все излагает по существу и нигде не цитирует весь этот бред, что, мол, только веймутовы болеют, а другие нет. Затем в комментах первое же упоминание симптомов ржавчины - на румелейской сосне:
К таким свидетельствам от народа добавляются итоги обследований, которые проводят ботаники. Так, в МО при изучении патогенов, поражающих хвойные растения, пузырчатая ржавчина была обнаружена на кедровых европейских соснах (4), как и на веймутовых (3) (прочие пятихвойные сосны в исследование не включались, поэтому по ним данных нет):
А вот у нас подъехал еще и Горошкевич, который с пятихвойным соснами знаком далеко не понаслышке. И он прямым текстом опровергает миф о якобы полной устойчивости кедровых и других видов к ржавчине:
И прямо пальцем показывает, влезая в недра сибирской кедровой, эти самые повреждения, которые оставила после себя ржавчина:
Он также приводит свою статистику наблюдений: единственный вид, на котором в питомнике ржавчины не наблюдалось, - кедровые стланики. На корейских она встречается, как и на сибирских, и на веймутовых.
Презумпция, что веймутовы перед ржавчиной более уязвимы, сохраняется, но здесь она приобретает адекватные формы: исходный посыл заключается в том, что веймутовы болеют ржавчиной несколько чаще, чем кедровые. Впрочем, на основании имеющихся данных нельзя понять, насколько именно чаще.
Еще одно любопытное наблюдение Горошкевича относительно распространения ржавчины - она не селится на стволах у взрослых растений. То есть существует какая-то критическая масса, а точнее толщина, после достижения которой ствол пятихвойной сосны перестает поражаться этой болячкой. Об этом мы подробнее поговорим чуть ниже и даже узнаем, что это за толщина.
По ржавчине вроде все понятно и доходчиво, так откуда же тогда вообще пошел этот панический бред про тотальную обреченность веймутовых и полный иммунитет всех прочих? Это вот очень интересный вопрос.
Крик вокруг веймутовых в России - это лишь отголосок недопонятых американских криков, просеянных сквозь сито отдельных экспертных щщей в околоелочной теме. Так у нас, к сожалению, заведено, что часто экспертность доказывается посредством закошмаривания кого-нибудь чем-нибудь.
У атлантистов веймутовых сосен целые леса - именно из них формируются естественные лесные массивы, где зараза легко распространяется и не лечится, что приводит к массовой гибели деревьев. И в таких масштабах ржавчина наносит действительно большой ущерб.
Про ржавый рак веймутовых и про катастрофический масштаб проблемы американцы пишут много и часто. Но причина совсем не в том, что другие сосны этим не болеют. Разговоров про ржавчину на каких-нибудь корейских соснах или парвифлорах нет потому, что американцам в целом это без разницы: эти виды не формируют лесных массивов, а служат только для украшения парков и садов. Даже если все сембры и руми в Америке помрут, катастрофы государственного масштаба не случится.
А первоначально патоген появился в Америке, согласно исследованиям последних десятилетий, будучи завезен из Азии, и пошел он как раз от корейских сосен. При этом все более или менее современные англоязычные источники однозначно сходятся в выводах: видов пятихвойных сосен, которые бы не поражала ржавчина, не существует. Отмечается бОльшая резистентность у отдельных видов пятихвойных, например у кедровых европейских.
Миф о полной резистентности вида сембра уходит корнями в исследование аж 1940 года, когда горшки с саженцами разных видов пятихвойных сосен поместили в окружение заразной смородины и посмотрели, сколько получится заражений на вид. У сембр получилось ни одного, и на тот момент было решено, что они не болеют.
Но фокус в том, что у научных исследований тоже есть срок годности, и ни в одной стране у вас ни одна диссертационная комиссия не примет работу, где половина источников будут старше 10 лет. У нас сейчас стандарт - максимум 10% источников старше 10 лет для магистров. Про 1940 год я вообще молчу. Такие источники официальной наукой во всем мире считаются утратившими актуальность, поэтому ссылки на них - не более, чем дань уважения исследователям. Нельзя, короче, написать сочинение по "Капиталу" Маркса или "Происхождению видов" Дарвина и защитить на этом диссер)
Это не потому что Маркс и Дарвин плохие, а потому, что результаты исследований постоянно пересматриваются, дополняются, уточняются, опровергаются. Так и произошло позднее с результатами эксперимента с сембрами. Это тоже надо учитывать, когда на вас бросается очередной диванный эксперт с нагугленной цитатой из научной работы времен царя Гороха о правильном выращивании брюквы в нечерноземье, чтобы доказать, что вы дурак, и неправильно растите йолки или пионы или еще каку гадость бесполезную на своих 6 сотках.
Исследование 1940х, впрочем, ценно хотя бы тем, что была предпринята попытка количественно измерить и сравнить подверженность ржавчине разных пятихвойных видов. Для этого, как уже упоминалось выше, были взяты по 90 саженцев каждого вида и заброшены в компанию зараженной смородины. Почти все парви и гималайские померли своей смертью раньше, чем успели показать какой-то результат по ржавчине, и их из исследования исключили. Зато по оставшимся получилась любопытная картина: выявились виды, еще более уязвимые к ржавчине, чем те самые веймутовы, а именно монтикола и гибкая. Не встречала ни одного крикуна по гибкие, кстати! Всем экспертным щщам, любящим кошмарить народ ржавчиной, - хорошая идея для нового жупела) Более высокую резистентность, помимо сембры, показали аристаты, корейцы, руми и стробиформисы.
Итак, в реальности сегодня на основании тех самых американских исследователей имеем такую картину: есть разные пятихвойные сосны, есть опасная болячка, которая угрожает им всем. Кому-то больше, кому-то меньше. И вот это больше-меньше - еще одна излюбленная тема для торга веймогеддонцев. Ну любят они поиграть в математиков и порассуждать о вероятностях.
Но теория вероятностей - это хитрая штука, на малой выборке она не работает так, как нам бы хотелось. Вероятность разбиться в самолете ничтожно мала - примерно 1 на 11 миллионов. Однако ж, когда конкретный самолет начинает падать, пассажирам от этого вообще не легче, и для них риск разбиться вычисляется уже совсем иначе. По той же причине единичная конкретная сосна любого вида может заболеть, поскольку никто, как оказалось, не имеет к ней полного иммунитета.
К сожалению, люди, плохо знакомые с математикой, неверно понимают сам смысл понятия вероятности, и считают, что можно этим словом прикрыть свою дремучесть. Если что, вероятность - величина вычисляемая и количественно измеримая. А все количественно измеримое - это уже параметрическая статистика, с которой нужно работать соответствующими статистическими методами, а не демагогию разводить.
Но давайте же не будем голословны и смоделируем-таки вероятности посредством мысленного эксперимента на основании тех немногих наблюдений, которые имеем из рассказов маэстро Горошкевича. Итак, известно, что в его угодьях произрастают "сотни тысяч кедровых..., а американских в сто раз меньше". Допустим, у него есть 1000 веймутовых.
При этом на всех видах, где встречается ржавчина, она встречается "изредка", что соответствует уровню 2-3 раза за сезон у кедровых. Пусть у веймутовых будет больше случаев - 5 за сезон.
Получаем условие задачи: на популяции в 1000 имеем 5 положительных событий за сезон. Это дает нам вероятность 0,5% (то есть половину процента в год). Так как вероятности несовместных событий складываются, то за 20 лет у нас набегает уже 10%. Отметим, что мы делаем оценку в неблагоприятной среде, где патоген ржавчины постоянно активен, находится в непосредственной близости с растениями, не профилактируется толком и не может быть истреблен по умолчанию.
10% - это, казалось бы, довольно много. Но надо понимать, что частные сады - это совсем не плантации Горошкевича ни по размеру, ни по численности, ни по количеству очагов заражения. Если на популяции в сотни тысяч нет никакой возможности оперативного обнаружения, локализации и устранения заразы, то в садах она обычно есть. К тому же там, как правило, проводятся профилактические обработки, да и численность растительности там совсем другая. Стало быть полученная модель и ее результат к нашим условиям не применимы. Как бы нам прикинуть, какие поправки нужно сделать для корректировки оценки ближе к условиям частного сада?
Нам могут помочь в этом другие исследования все тех же американцев. Измерения также производились в основном в лесах, но количество наблюдений и многочисленные метрики, которые собрали и обработали, помогут нам доработать нашу инфекционную модель, внеся в нее поправочные коэффициенты. Мы не будем смотреть на абсолютные показатели, но понаблюдаем их соотношение в динамике в зависимости от разных факторов.
Расчеты исследования показывают следующую закономерность в заражениях: риск заражения убывает с расстоянием до источника заразы. Это логично, но хотелось бы точнее. Так вот, по наблюдениям исследователей, критическое расстояние для распространения ржавчины - 60 метров до активного источника заразы. Именно оно обеспечивает более высокую вероятность подцепить болячку, далее риски существенно снижаются.
Это мы и наблюдаем вот тут на черных столбиках диаграммы, которые обозначают вероятность для растений, расположенных на разном расстоянии от очага ржавчины (в данном случае это смородиновый куст):
Что интересно, разница в заболеваемости на дистанции 1 метр и 30 метров от очага заражения различается не так сильно. А вот при расстоянии более 60 метров от источника риск падает аж в 3 с лишним раза.
Вероятность заражения ржавчиной оказалась также не постоянной величиной в контексте возраста, что в точности подтверждает наблюдения Горошкевича. По мере роста сосны шансы заболеть снижаются.
Все сосны разделили на 4 группы по диаметру ствола на высоте груди (1,3 м над землей) на совсем молодые (до 2,5 см), постарше (2,6-12,6 см), взрослые (12,7-23 см) и старые (более 23 см). Получается, что для молодых растений риск выше, он пропорционально падает по мере роста, а после достижения толщины ствола отметки в 13 см снижается почти в 5 раз.
Итак, вернемся теперь к нашей первичной оценке вероятности 10% заразиться ржавчиной в течение 20 лет в плотном сосновом лесу вблизи активного очага болезни. Если в саду и на прилежащей территории радиусом 60 метров постоянного активного очага нет, а также ведется профилактика и локализация очагов болезни, то вероятность подцепить ржавчину падает в 3+ раза. Вне зависимости от того, пересчитывать ли модель за каждый отдельный год, или сразу за все 20 лет, получаем суммарный показатель вероятности подцепить ржавчину в условиях нормального сада в районе 3% за 20 лет. В этом возрасте сосна уже точно будет толще 13 см, а значит далее уменьшаем риски еще в 5 раз и получаем 0,6% за следующие 20 лет, в сумме менее 4% за 40 лет.
Эконометрически это означает, что при наличии выборки в 100 молодых веймутовых сосен, в среднем 3 из них заразятся ржавчиной в течение 20 лет. Иначе говоря, в среднем 1 из 33 подцепит заразу за указанный период. За 40 лет из 100 веймутовых заболеет в среднем 3-4 растения.
Если кому-то все еще кажется, что это много, вот интересный факт: в 2004 году астрономы открыли небезызвестный астероид Апофиз, и расчеты показали, что в 2029 году с вероятностью в 3% он столкнется с землей. Так что можно в принципе уже ничего не сажать и не париться насчет ржавчины: пора копать бункер и скупать тушенку в порядке подготовки к концу света.
Все это - статистическая шутка-басенка, она не про точную оценку рисков: наша цель - просто объяснить, как работают те самые вероятности, чтобы можно было критически воспринимать всякую бабуйню и отсебятину.
А если серьезно, то существует очень много причин гибели саженцев сосен, и ржавчина - далеко не основная из них. Список болячек хвойных огромен, можно убедиться в этом, почитав статью с результатами обследования в Московском регионе, которую я приводила выше. Каждое из заболеваний в той или и ной мере угрожает саду, и единственный реальный способ перестраховки - не иметь сада и ничего не сажать. Если у вас нету тети, как известно, ее не отравит сосед)
А что касается ржавчины, то никакого иммунитета к ней не существует, и болеть ею может и веймутова, и кедровая, и румелейская сосна. Кто скажет вам обратное, тот врет. У отдельных видов риск заражения несколько выше, у других - несколько ниже, но точно никто его так и не измерил, так что адекватно сравнить невозможно.
Что же до "более высокой вероятности", то все это применительно к единичному экземпляру сосны - чистая казуистика. Чтобы бессмертная кедровая или руми подцепила ржавчину, надо чтобы просто сильно "повезло". И кому-то, как мы могли убедиться выше, "повезло"... Какова была вероятность? 1 к 1000? 1 к 1000000?
Так, в московском метро шанс случайно встретить каждого конкретного человека в качестве математического анекдота оценивается как 1 к 12 миллионам. Представляете, сколько невероятных событий происходит с вами каждый раз, когда вы заходите в подземку в час пик?! А это все оттого, что вероятности работают только там, где работает закон больших чисел и имеется огромная выборка, коей отдельный человек или отдельный саженец и даже целый сад ни в коем случае не являются.
Болеть и умирать может любое растение. Никто не заставляет никого сажать веймутовы сосны. Можно верить в ржавчину или в Ктулху или вообще во все, что угодно, но свои религиозные убеждения хорошо бы уметь держать при себе, а не вываливать в уши случайным людям, которые вас об этом не спрашивают.
К сожалению, многие жители интернетов делать этого не умеют, и часто мы встречаем агитаторов, которые еще и ссылаются на авторитетов. Авторитеты, впрочем, в суждениях в этих вопросах адекватны и сдержаны, никогда не видела, чтобы кто-то действительно разбирающийся в елках говорил что-то про полный иммунитет к ржавчине и тотальную обреченность веймутовых и советовал их не сажать. Больше того они и сами успешно растят эти самые веймутовы сосны.
Новички часто пугаются и кошмарятся, когда им начинают рассказывать страшные сказки про смерть от всяких таких причин. Есть даже целые секты отмывателей корней, которые на страхе перед умиранием вербуют себе адептов, которым потом втюхивают обучающие семинары о том, как делать елочную инквизицию во имя Добра:
Похожим образом пугает неофитов и ржавая смерть, и они с испугу начинают порой сами распространять эту байку дальше по цепочке. Так в итоге и получается, что проблема раздувается до совершенно неадекватных масштабов.
Помните, что наш лучший друг - это здравый смысл. Если кто-то начинает вас пугать, уточните, есть ли у него собственный опыт или все это продолжение жупела, который он где-то когда-то слышал. Если даже собственный негативный опыт и есть, то это совсем не значит, что у вас он повторится.
Достаточно посмотреть российский каталог хвойных, и там вы увидите кучу красивых больших веймутовых сосен, которые прекрасно растут. Если бы проблема была столь серьезна, как ее малюют, их бы там не было. Подробнее про российский каталог можно почитать вот тут:
И самое главное - если вас настиг очередной информационный жупел, позаботьтесь о том, чтобы на вас цепочка закончилась. Пожалуйста, не нужно пересказывать всю эту ерунду дальше, чтобы открыть кому-то глаза на Истину, даже если она произвела на вас сильное впечатление! Сажаете вы веймутовы сосны или нет, не вступайте в ряды пропагандистов и пусть каждый сам разбирается, что он хочет видеть в своем саду.
Если же вы стали жертвой такого пропагандиста и вас напугали жупелом ржавчины веймутовых, не принимайте его слишком близко к сердцу. Если вам спокойнее сажать другие виды хвойных или вообще картошку с огурцами - так и сажайте на здоровье.
Если вы уже посадили веймутову и теперь вас колбасит от навязанных страхов, купите себе флакончик фунгицида, обрабатывайте сад профилактически пару раз в сезон и не переживайте. По моей личной статистике кладбища, в молодом возрасте погибали корейцы, гибкие, парви, а вот веймутовы не помирали пока ни разу, что характеризует их как выносливых и жизнелюбивых созданий. Помните, что волнение лишь удваивает страдание, а главное условие красивого сада - здоровый и счастливый садовник. И все обязательно будет хорошо в любом случае.