Она просто примерила твою блузку! - воскликнул муж. - И ничего с ней не сделалось.
Я тяжело вздохнула.
- Боря, это была шелковая блузка. Я ее три года берегла для особых случаев…
- Ой, да не начинай ты!
- Я ничего не начинаю! - серьезно сказала я. - Но на моей вещи, дорогой, между прочим, теперь пятно размером с Каспийское море!
Во взгляде Бориса читалось то особенное «мужское» недоумение, такие взгляды обычно предшествуют всяким обидным фразам. Борис, впрочем, был слишком воспитан, чтобы произнести ругательство вслух.
- Ну и что? - пожал он плечами. - Постираешь, да и все.
- Я пробовала его отстирать! - чуть не плача, сказала я. - Но оно, представь себе, не отстирывается!
- Ну другую блузку купишь… Тоже мне нашла трагедию вселенского масштаба. Вот вечно вы, женщины, как выдумаете…
Он покачал головой и вышел из комнаты, прикрыв дверь с такой демонстративной мягкостью, что хотелось запустить в нее чем-нибудь тяжелым.
Жанна была младшей сестрой Бориса, он ее обожал просто до безумия и, разумеется, многое (если не все) ей позволял. Больше всего на свете Жанна любила вещи. Своих вещей у нее стараниями брата и родни было море. Но ей все было мало, и вот, она дорвалась до моего шкафа…
Причем относилась она к нему, как к бесплатному пункту проката, но без залога. То есть нести ответственность за взятую «напрокат» вещь она категорически не желала.
***
Сначала я попыталась мягко, по-родственному поговорить с ней.
- Жанночка, милая, - сказала я, - вот эти вот сережки, которые сейчас на тебе... Они мне очень дороги, ты понимаешь?
Она хлопала ресницами, густо накрашенными моей тушью, и кивала.
- Конечно, Лилечка! - жизнерадостно ответила она. - Я верну их тебе завтра же!
«Завтра» превратилось в неделю, неделя - в месяц. Потом, после сто пятьдесят восьмого напоминания, она, конечно, вернула мне серьги, но у одной из них было просто варварски сломано крепление.
А однажды я не нашла на месте свои любимые туфли-лодочки. Разумеется, их тоже позаимствовала Жанна. Причем они были нужны ей настолько срочно, что она не посчитала нужным даже спросить моего разрешения.
Вернула она их через месяц. Они были исцарапанными и выглядели довольно жалко.
- Прости, - пискнула Жанна.
Судя по выражению ее лица, она ни капли не раскаивалась.
- Слушай, а давай я тебе их подарю? - с трудом сдерживаясь, предложила я.
- Зачем? - искренне удивилась она. - Они же не новые уже! Пускай уж у тебя будут!
***
Потом исчезла моя косметичка со всем содержимым. Там лежали французская пудра, за скидкой на которую я охотилась полгода, кисти из натурального ворса и тональный крем, подобранный после десятка проб. Жанна божилась, что не брала.
- Значит, Боря взял, - усмехнулась я.
- Все может быть, - глубокомысленно заметила золовка.
А Борис все отмахивался. Он то говорил, что я преувеличиваю, то называл меня жадной. О, это слово он произносил с особым выражением, будто жадность была чем-то сродни венерической болезни.
- Лиля, - с каким-то отеческим выражением говорил он, - ты слишком много значения придаешь вещам. Это же просто тряпки.
- Это не просто тряпки, Боря, - возражала я. - Это мои вещи, многие из которых мне очень дороги.
Он только усмехался.
***
Вскоре на работе у меня наступил «час икс». Я знала, что надену на подписание контракта, который мы готовили полгода, - мой счастливый костюм. В комплект входили блузка, серый приталенный пиджак с легким серебристым отливом и юбка-карандаш.
Достав из шкафа костюм, я так и застыла на месте. На юбке было пятно.
Огромное, наглое, кричащее, красное пятно непонятного происхождения. Жанна даже не попыталась застирать его и просто повесила мой костюм обратно как ни в чем не бывало…
Блузка же была вся в разводах от помады, причем помада была не моя, какая-то морковная, ядовитая, из тех, что продают в переходах метро. Пиджак... Я даже не сразу поняла, что это за дыра на локте. Впрочем, приглядевшись, я разглядела оплавленные края и поняла, что это от сигареты. Она курила в моем пиджаке…
- Вот же... - с досадой подумала я и отпустила по адресу золовки парочку ругательств, за которые меня в детстве били по губам.
Руки мои тряслись так, что я еле застегнула пуговицы на платье, слишком ярком, слишком нарядном, совершенно неуместном для деловой встречи. Коралловое, с вырезом, оно годилось для театра или дня рождения, но никак не для разговора о миллионном контракте.
***
Партнеры смотрели на меня с вежливым удивлением. Я видела, как взгляд их «главного» скользнул по моему декольте, а на лице его появилось вполне читаемое выражение: «Мы, кажется, ошиблись адресом».
Контракт мы, впрочем, подписали, но это стоило мне тройных усилий.
Вечером я показала Борису испорченный костюм.
- Это твоя сестра, - сказала я. - Это все она.
- Лиля, ну хватит уже... - поморщился муж.
- Нет! Нет, Боря Не хватит!
На следующий день я купила замок и в присутствии мужа повесила его на свой шкаф.
- Ты что делаешь? - удивился он.
- Вешаю замок, - рыкнула я.
- Да ты что?! - возмутился муж. - Это же абсурд!
- Абсурд - это когда взрослая женщина не понимает, что чужое брать нельзя, - возразила я. - Этому с пеленок учат, если что. Кстати, замок - это только начало.
- А потом что будет? - Борис был встревожен.
- Увидишь, - ответила я.
И села составлять список испорченных Жанной вещей. К сожалению, чеки, подтверждающие их стоимость, сохранились не все, но кое-что я нашла. Минут через сорок список был готов.
***
Жанна явилась через три дня. Она всегда являлась, не приходила, не заглядывала, а именно являлась. Когда она увидела замок, ее лицо вытянулось, как у ребенка, которому отказали в мороженом перед обедом.
- Лилечка... а что это такое, а?
- Замок.
- Но... почему?
Я показала ей свой загубленный костюм.
- Вот почему, - сухо ответила я.
Глаза у Жанны в самом прямом смысле полезли на лоб.
- Это… ты из-за какого-то несчастного пятнышка, что ли? - спросила она.
- Представь себе.
- А что, отстирать его не судьба была? - моргнула золовка.
- А тебе что помешало привести в порядок костюм, раз уж ты его надела, причем без моего разрешения? - уточнила я.
Жанна промолчала.
- Вот что, дорогая, - сказала я, - ты больше не очень желанный гость в этом доме. Так что…
- Что?! - захлопала она ресницами.
- Ты слышала, - ответила я и показала ей свой список и чеки. - И ты возместишь мне ущерб за каждую вещь. До последней пуговицы.
- Че-е-его-о-о?! - возмутилась Жанна. - Какой еще ущерб?! Это я платить, что ли, должна? За тряпки?! Да я… Да я Борису расскажу!
- Валяй, рассказывай, - отозвалась я.
- И расскажу! А эти бумажки свои… - и Жанна посоветовала, куда именно я должна засунуть список и чеки. - Еще я буду к тебе приходить… Да нужна ты мне!
Вечером Борис попытался заступиться за сестру. Но на предложение возместить мне ущерб промолчал и больше эту тему не поднимал🔔ЧИТАТЬ ЕЩЕ 👇