Я вовсе не хочу, чтобы случилось что-то необычное, великое, но просто очень хочется жить, надеяться, успевать делать запланированное... Хочется общаться с детьми и внуком, помогать близким людям.
Здравствуйте, дорогие читатели! В мои 65 лет жизнь — это самый непредсказуемый роман. Ты никогда не знаешь, сколько страниц осталось в твоей книге. И от этого каждая из них становится такой важной. Хочется, чтобы они были наполнены содержанием, смыслом и интересом.
Вот и февраль за окном. Он не торопится, этот месяц. Мороз рисует на стёклах узоры, а весна — лишь смутное обещание где-то там в календаре. Весенние дела и хлопоты, однако, не за горами.
А пока у меня репетиторство, канал английского в Телеграм и блог на Дзен. Я довольна, что у меня есть эти занятия. Зарядка для ума неплохая и чувство ответственности при этом. И я им, этим занятиям, благодарна. Спасибо, если подпишитесь на мой "Час английского":
А ещё мне не дают спокойно жить мои личные "мотиваторы" — коты Кусик и Плюшик. Называю их своими спасителями. Смешно? А ведь это из-за них, вернее, благодаря их царским аппетитам, я всерьёз вернулась к репетиторству.
На пенсию с такими гурманами не разгуляешься! Им ведь нужна и рыбка (пусть и недорогая), и курочка (делюсь с ними), и ливер — в дополнение к кормам. Дети помогают, конечно. Но ведь хочется и самой их баловать.
Так и закрутилось. Сначала репетиторство — чтобы на "кошачьи радости" хватало. А потом и другие планы стали прорастать, как подснежники под снегом. Вот новые шкафы задумала — чтоб пространство обновить и настроение поддержать. Жизнь-то идёт, и хочется, чтобы в ней было уютно и красиво.
Когда думаю о феврале, всегда всплывают в памяти строки Пастернака. У него февраль был такой: "Февраль. Достать чернил и плакать…"
Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.
Достать пролетку. За шесть гривен,
Чрез благовест, чрез клик колес,
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.
Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.
Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.
1912 г.
А мой февраль — совсем иной. Он не рыдает, а молчит. Молчит крепким и звонким морозом. Никакой грохочущей слякоти, никакой "чёрной весны". Только белизна снега, чистая и безмятежная. Вместо грачей, "сорвавшихся в лужи", у моей кормушки на молодом абрикосе и под ним — деловитые синички, яркие снегири и шумные воробьиные стайки.
И только врывается в эту февральскую тишину, "шумней чернил и слёз", — тревожная с***рена по вечерам и ночам. Она напоминает, что мир весьма хрупок. И от этого морозный февраль, уроки, английский язык, планы, мечты и даже прожорливые коты становятся ещё ценнее. Это и есть жизнь. Негромкая, но своя. Другой у меня нет.
Дорогие друзья, в конце статьи — особая благодарность. 4 и 5 февраля вы снова поддержали канал донатами на книжные шкафы. Целых 8 человек! Сердечное спасибо каждому из вас: и тем, кто отправил 1000 рублей, и тем, кто поддержал меньшей, но такой важной суммой. Вы делаете этот проект возможным. Огромное человеческое спасибо!
Благодарна, что верите в этот канал, мои дорогие соратники по шкафам! 😊 Ваша поддержка — это не просто цифры. Это 8 новых сигналов: "Мы с тобой, продолжай!". Суммы разные, но ценность каждого — неизмерима.
Остаюсь искренне преданная вам,
Валентина