Катя выбралась из маленькой дырки в стене. С ребятами они нашли это укрытие уже давно и часто использовали его, чтобы спрятаться. За этой дырой было небольшое помещение, достаточно просторное, чтобы туда влезло несколько детей, и к тому же всегда тёплое. На стенах проходили две большие трубы, укрытые мягким материалом, и они всегда были горячими.
Иногда, когда в детдоме случалась очередная неприятность, как говорила директриса, дети устраивали побеги. Обычно бегали маленькими группами, чтобы не привлекать слишком много внимания, а иногда и по одному. Катя всегда предпочитала уходить в одиночку — так было меньше шансов, что её поймают. И почти всегда это случалось после того, как Инна Игоревна распускала руки.
Почему Катя так не нравилась Инне Игоревне, никто точно не знал. Хотя сама девочка была очень милая, выглядела младше своего возраста. Ей не давали больше шести, хотя на самом деле ей скоро должно было исполниться восемь.
Катя огляделась вокруг. Солнце клонилось к закату, и если её всё ещё ищут, скорее всего, день уже заканчивается. Это означало, что можно спокойно прогуляться. В кармане её весело тянули два пирожка — она удачно стянула их с магазина. Эти пирожки она съест перед сном, чтобы быстрее заснуть.
Она направилась к парку. После каждой стычки с Инной Игоревной, когда ей удавалось выбраться, Катя шла именно в этот парк. Что-то неотвратимо тянуло её туда, как магнитом. Ей часто снилось, что она ещё совсем маленькая, и гуляет там с мамой. Хотя на самом деле Катя не помнила этого, ведь в приют попала, когда ей только исполнилось три.
- Девочка, это не ты потеряла?
Катя резко обернулась. Недалеко от неё стоял мужчина и показывал на телефон, лежащий на земле. Он был простеньким, но аккуратно выглядящим, значит, рабочим.
Она сразу сориентировалась.
- Ой, я не заметила… Моя мама меня бы убила за это.
Мужчина улыбнулся.
- Нужно быть более внимательной.
Он повернулся и пошёл дальше, а Катя подняла телефон. Он загорелся, и девочка улыбнулась.
- Ну надо же, работает. Его можно на что-нибудь обменять.
Она спрятала телефон в карман и продолжила прогулку. Потом разберётся с ним, а сейчас хотелось просто пройтись.
Шагая по парку, Катя всё чаще улыбалась. На улице было по-настоящему приятно, пахло летом, хотя ещё только начиналась весна.
Через пятнадцать минут Катя почувствовала, что если не съест пирожок прямо сейчас, то просто упадёт. Голод не просто подкатывал, он стал непреодолимым. Катя огляделась, заметила лавочку, на которой сидела маленькая старушка, и направилась к ней.
Как только она откусила кусочек пирожка, услышала всхлип. Повернулась в удивлении и увидела, что бабушка плачет. Катя замерла, не зная, что делать. Её сверстники редко плакали, а если и случалось, это воспринималось легко. Но здесь… взрослая женщина, а не ребёнок, да ещё и бабушка.
- А вы почему плачете?
Бабушка что-то промычала и снова зарыдала. Катя с ужасом поняла, что она не может говорить. Девочка, конечно, слышала о людях, которых называют немыми, но это была её первая встреча с таким человеком.
Она некоторое время молча наблюдала за женщиной, а потом, не придумав ничего лучшего, достала второй пирожок и протянула бабушке.
Та мгновенно прекратила плакать, схватила угощение и хотела откусить, но вдруг остановилась и, повернувшись к девочке, посмотрела на неё. Только тогда, увидев, что Катя тоже жует, бабушка с улыбкой принялась за свой пирожок.
Катя заметила, как странно выглядит одежда бабушки. Хотя она была вполне нормальной, вся в грязных пятнах и даже порванная. Бабушка ела так, будто не пробовала еды целые дни.
- А вы потерялись?
Бабушка радостно закивала головой.
- Теперь понятно… А адрес помните?
Женщина с радостью покачала головой, что означало отрицание.
Катя задумалась. Что делать? Если она отвезет бабушку в полицию, её тут же вернут в детдом. Все полицейские города уже знали её в лицо. Нужно что-то придумать.
Она снова повернулась к бабушке.
- Знаете, что это?
Девочка показала ей телефон.
Бабушка радостно кивнула, а затем достала свой телефон из кармана. Катя чуть не вскрикнула: бабушка собиралась позвонить. Но её телефон был полностью разряжен и даже выключился.
- Блин…
Бабушка взглянула на неё с недоумением. Катя перевернула аппарат и увидела, что на его обратной стороне есть бумажка с номером.
Сильно надеясь, что это не номер бабушки, она начала набирать его на найденном телефоне. К счастью, через несколько секунд раздались гудки.
- Алло, - прозвучал мужской голос. Катя слегка испугалась, но быстро взяла себя в руки. - Здравствуйте, скажите, вы случайно не потеряли бабушку?
- Потеряли! Где она? Где она?
- Она... она сидит в парке, который у реки. Очень голодная. Не уходите, ждите, я скоро буду.
Катя отключила связь и посмотрела на бабушку.
- Я не знаю кто, но какой-то мужчина сейчас приедет за вами. Он очень волновался.
Бабушка кивнула и обняла Катю в знак благодарности.
- Воровка!
Катя вздрогнула, услышав этот крик. Женщина с полицейским быстро подходили к ним.
- Смотрите, она звонит с чужого телефона, без всяких угрызений совести!
Катя поняла, что убежать теперь не получится. Она совсем забыла про телефон, который всё это время держала в руках.
Она повернулась к бабушке, которая испуганно смотрела на подошедших.
- Только не уходите, сидите здесь, пока не приедет кто-то за вами. Слышите?
Бабушка лишь кивнула в ответ.
Полицейский схватил Катю за руку.
- Сазонова, как же ты мне надоела... Если бы не ты, у нас было бы в два раза меньше работы. Пойдем в участок. Сейчас позвоню твоему директору, скажу, что нашли беглянку.
Женщина при этом расплакалась.
- Так и знала! Конечно, детдомовская... Только из таких, как ты, и выходят всякие воры. Если бы я могла, я бы все детдома закрыла, а таких, как ты, на необитаемый остров отправила!
Катя обернулась к бабушке.
- Никуда не уходите...
В участке Катя молчала, а вопрос, где она взяла телефон, оставался без ответа.
Пока Катя ехала в детдом, она не сказала ни слова, только молча слушала, как её обвиняют. Ожидала худшего. Как только они заехали, её встретила Инна Игоревна, и девочка уже знала, что её ждёт. Грусть сковала её сердце.
- Ну что, Сазонова, всё ещё не можешь смириться с правилами? Ну ничего, я придумала кое-что для тебя. Будешь иметь время, чтобы подумать, осознать, что с таким характером тебе не сравниться со мной.
Инна Игоревна схватила Катю и поволокла по коридору. Она тащила её за шиворот, так что девочка едва успевала держаться на ногах. Катя попыталась вырваться, но сразу же получила сильный удар по затылку.
- Я тебе устрою урок!
Инна Игоревна открыла дверь и грубо швырнула Катю в комнату. Здесь было темно, только маленькое круглое отверстие на потолке пропускало скудный вечерний свет. Дверь захлопнулась. Через пару секунд в комнате упало ведро с мутной водой. Инна Игоревна бросила:
- Вот тебе на пару дней, а потом посмотрим, как ты запоёшь.
Катя поняла, что оказалась в карцере — в этой комнате, о которой ходило много страшных слухов. Рассказывали, что те, кто туда попадал, больше никогда не возвращались, а огромные крысы, которые там водились, могли съесть любого. Правда, это были истории из прошлого, и никто не знал, практикуются ли такие наказания сейчас. Оказалось, что практикуются.
Она сидела в темноте, перепуганная и одинокая. Потемнели глаза, но вскоре Катя смогла различить очертания предметов. У стены стояла неясная фигура. Она осторожно подошла и поняла, что это — кровать. Правда, вместо матраса — всего лишь доски. Никаких одеял, только голые доски.
Девочка забралась на них, свернулась калачиком и попыталась согреться. Всё болело, хотелось есть. Катя заплакала, тихо, чтобы не слышали.
В какой-то момент она уснула. Снова приснилась мама, хотя лица Катя не могла разглядеть. Мама была где-то рядом, в её руках была коляска, в которой сидела Катя. Девочка смеялась, было тепло и хорошо. Но тут вдруг мимо пролетела птичка, легонько задела её крылом, и этот нежный прикосновение разбудило её.
Катя резко вскочила. Как-то сразу же увидела, как крыса прыгнула с пола. Она завопила так громко, что казалось, её услышат в каждой точке Земли. Но никто её не услышал.
Она решила: как только ей принесут завтрак, она попросит прощения, всё что угодно, только чтобы её не оставили здесь. Но ни завтрака, ни обеда, ни ужина ей так и не принесли. Когда Катя поняла, что ей опять придётся ночевать в темноте с крысами, её отчаяние дошло до предела. Она завыла и бросилась к двери, начала колотить в неё руками и ногами, кричала и плакала. Но дверь не открылась.
Инна Игоревна пила чай в кабинете директора.
- Ты выпустила Сазонову? — спросила директриса.
Инна Игоревна отмахнулась.
- Попью чай, а потом и выпущу. Думаю, она скоро будет как шёлковая.
Директор тоже взяла чашку.
- Было бы хорошо. А то показатели у нас из-за неё портятся. Эта девочка вообще не в себе.
- Это точно. Но ничего, карцер и таких перевоспитывает.
Они рассмеялись, но затем директор вскочила с места.
- Подожди, что это? Какая-то проверка?
Инна Игоревна тоже подошла к окну.
- Не похоже. Смотри, какая-то старушка и люди с ней. Александров с ними, наверное, какие-то богачи. Может, усыновить хотят ребёнка?
- Да это богачи…
Они поспешили выйти. Во дворе стояли несколько машин, даже в самые жёсткие проверки приезжали на одном автомобиле.
- Забрали беглянку…
- Что произошло? Если это из-за телефона, то её ещё рано привлекать.
Инна Игоревна растерянно посмотрела на директора. Та решила взять инициативу.
- Господи, зачем вам это неуправляемое дитя? Если хотите подобрать ребёнка, у нас есть масса хороших детей, которых вы можете забрать.
Мужчина с фальшивым смехом посмотрел на неё.
- Как это можно? Словно на рынке.
- Ну, вы знаете, у нас не до сентиментов.
Директор обиделась, покачала головой. Александров, который был их начальником, примирительно вмешался:
- Давайте не ссориться, просто покажите нам эту девочку.
Они пошли по коридору. Инна Игоревна быстро объясняла:
- Понимаете, с такими неуправляемыми детьми иногда приходится применять радикальные меры. Это не педагогично, но очень помогает. Сазонова ведёт себя ужасно — сбегает, всё портит, нам с ней трудно.
Молодая женщина, поддерживающая бабушку, протянула:
- Я думала, что детский дом для детей, а не для того, чтобы ломать их дух.
Инна Игоревна остановилась и посмотрела на директора.
- Здесь.
Александров не выдержал.
- Это, если я не ошибаюсь, карцер. Вы с ума сошли? Его давно должны были закрыть! Быстро открывайте!
Инна Игоревна повернула ключ. Дверь распахнулась, и Катя, стоявшая у неё, упала прямо у ног гостей. Она долго стояла, прижавшись к двери. Глаза были открыты, но девочка не реагировала.
Молодая женщина поспешила к ней.
- Скорую! Срочно! У неё шок, её что-то сильно напугало.
Началась суматоха. Катю подхватил на руки мужчина, а бабушка разрыдалась. Она так долго объясняла своему внуку, кто помог девочке, так хотела отблагодарить её.
Александров уходил последним, и, повернувшись к воспитательнице с директором, он процедил:
- Слушайте, сухари...
Катя приходила в себя. Но теперь ей больше не снилась мама. Вместо неё приходила та бабушка из парка и какая-то красивая женщина. Наверное, её мама была такой же. А может, это была её мама.
Катя открыла глаза и улыбнулась. Рядом сидела та самая женщина.
- Ты моя мама?
Она улыбнулась в ответ.
- Не совсем, но твоя мама попросила позаботиться о тебе.
Катя почувствовала, как слёзы начали катиться по её щекам.
- Я вам верю. Вы пришли ко мне вместо мамы, потому что сегодня мне снились вы, а не она.
Прошёл год. Катю было не узнать. Она, её мама и бабушка приехали в детдом с подарками — игрушками и сладостями. Бабушка играла с маленькими детьми, а Катя разговаривала с теми, кто постарше.
- Главное — верить. Верить, что мама вернётся. Или пришлёт кого-то вместо себя.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: