Многим казалось, что Микаэла Дроздовская была не просто везучей — она была баловнем судьбы. Любимая работа, обожающий муж, две дочки-помощницы...
Но в кинематографе есть понятие «контрсвет» — когда героя снимают против солнца, и его лицо погружается в тень. Так и здесь: съёмки фильма «Пишите письма» должны были стать очередной радостной и светлой главой. Вместо этого они стали последними, погрузив все во мрак.
Бывают карьеры-вспышки, а её путь скорее напоминал ровное, теплое свечение. Микаэла Дроздовская не была звездой первой величины. Она была тем самым «знакомым лицом» из любимых советских фильмов — той самой пленной летчицей, женой штабс-капитана или супругой Папишвили из «Мимино».
Её профессионализм был настолько естественным, что его почти не замечали. ВГИК и Театр-студия киноактера приняли её без суеты, как что-то само собой разумеющееся. Она просто была хорошей актрисой. Играла, растила дочерей, строила жизнь.
«С одной стороны, ее творческая судьба сложилась удачно. Мама снялась в таких популярных картинах, как „За витриной универмага“, „Добровольцы“, „Мимино“. Она снималась много, но сказать, что мама полностью реализовалась, нельзя. Ее внешность не очень подходила к тому времени. Она была несовременная для советского кино женщина. Предполагаю, что если бы она не погибла, она бы нашла свое кино», — рассказывала в интервью дочь актрисы, Дарья Дроздовская.
Последнюю роль Микаэла Дроздовская сыграла в картине «Пишите письма». Фильм вышел на экраны в 1981 году, спустя три года после её смерти.
От первого брака, говорят, не осталось ничего, кроме короткой записи в паспорте. С архитектором — быстро и без сожалений, словно и не было.
А вот Вадим Смоленский, кардиолог на шестнадцать лет старше, — это была уже не юношеская страсть, а осознанный выбор. Он казался ей тихой гаванью, человеком, который точно будет рядом. И он был. У супругов родились две дочери - Ника и Даша.
Квартира Смоленского и Дроздовской напротив Дома кино стала тем самым местом, где собирался весь цвет творческой Москвы. Ахмадулина, Климов с Шепитько, Гуэрра — звёзды сходились здесь не столько из-за гостеприимного хозяина, а из-за неугомонной, сияющей хозяйки. Это Микаэла была тем мотором, что заводил эти ночные посиделки до рассвета.
Это был брак-партнёрство, почти идеально сбалансированный. Вадим Смоленский дал Микаэле то, о чём многие могли только мечтать: возможность быть собой. Она — женщина-праздник, импульс и вдохновение — не должна была погрязнуть в быте. Для этого была домработница. Не должна была жертвовать ролью из-за материнских тревог. Для этого — надёжная няня.
Но это не было попустительством. Это была осознанная система, созданная мужем, который её боготворил. Он не просто «позволял» ей заниматься искусством — он выстроил жизнь так, чтобы ничто земное это искусство не тяготило. А Микаэла, в свою очередь, не была ветреной матерью. Её внимание к дочкам Нике и Даше было другим — не в ежечасной опеке, а в качестве проживаемых вместе моментов: ярких, творческих, насыщенных. Он обеспечивал фундамент. Она наполняла дом светом. И кажется, все, включая детей, были в этом счастливы.
«Вокруг нее вращался шумный круговорот друзей-знакомых и вся жизнь нашей семьи. Для меня мама была сказочной принцессой, Царевной Лебедью, Жар-птицей. Я обмирала от восторга, наблюдая, как она укладывает волосы, подбирает украшения к платью, в котором вечером появится перед гостями, как смеется, как разговаривает», — вспоминала младшая дочь супругов Дарья.
Её самой близкой подругой была Алла Будницкая — человек, с которым Дроздовская делилась самым сокровенным. Алла в числе первых узнала, что Микаэла ждёт второго ребёнка. Это была смелость — в 35 лет, на пике карьеры, уйти в декрет, рискуя выпасть из памяти зрителей и режиссёров. Но Микаэла была непреклонна: в ноябре 1970 года родилась дочка Даша, а весной актриса сделала Алле важное предложение — стать для малышки крёстной.
У самой Будницкой и её супруга детей не было, и она приняла это предложение как величайшее доверие. Для маленькой Даши дом крёстной стал местом чудес: там её ждали не просто подарки и угощения, а атмосфера безусловной любви. Но могла ли тогда Алла, балуя крестницу, представить, что судьба уготовила ей куда более суровую и ответственную роль? Что ей, однажды выбравшей быть «второй мамой», придётся стать для Даши единственной опорой?
В августе 1978 года, по дороге с дачи, случилось нечто странное. Микаэла внезапно сделалась серьёзной и, глядя прямо на подругу, произнесла: «Если со мной что-нибудь случится, не оставляй Дашку». Алла пропустила эти слова мимо ушей. Она списала это просто на плохое настроение подруги.
Через несколько месяцев Будницкой пришлось вспомнить о словах подруги. Микаэла Дроздовская отправилась на съемки в осетинские горы. Группа жила в санатории, и 7 ноября практически все уехали в город на праздник. Актриса, оставшись одна в прохладном домике, решила немного отдохнуть. Чтобы согреться, она включила мощные осветительные приборы — софиты, которые использовались для работы.
Засыпая, Микаэла укрылась с головой теплым одеялом. Во сне одеяло сползло и накрыло одну из раскаленных ламп. Ткань вспыхнула. Актриса отравилась угарным газом и получила сильнейшие ожоги, поэтому не смогла даже попытаться выбраться самостоятельно.
Следующие семь дней врачи вели отчаянную борьбу за жизнь актрисы, но повреждения были несовместимы с жизнью.
После смерти Микаэлы Вадим Смоленский поначалу старался стать для дочерей и отцом, и матерью. Однако круг их семьи, прежде широкий и шумный, резко сузился. От прежних друзей, частых гостей на их вечеринках, осталась лишь горстка самых близких: Алла Будницкая с мужем, Татьяна Верещака и Софья Давыдова. Именно они стали для девочек опорой.
Год спустя Вадим встретил новую женщину, Елену. С самого начала между ней и девочками возникла стена. Возможно, Елена не нашла нужного подхода к уже подросшим детям, а возможно, Ника и Даша, всё ещё жившие памятью о своей блистательной и яркой матери, просто не могли принять на её место другую.
Конфликт рос, и в итоге Смоленский с новой женой предпочли дистанцироваться. Они переехали, оставив сестёр жить одних в просторной квартире на Васильевской улице, где каждая комната напоминала о прошлой жизни.
«Папа навещал нас почти каждый день, постоянно заглядывали старший брат Андрюша, сын отца от первого брака, и крестный Ники — муж Людмилы Максаковой Петя Игенбергс. Алла Будницкая и Таня Верещака взяли на себя заботу о нашем быте: убирали квартиру, стирали, гладили, возили обеды — ехали через пол-Москвы с укутанными в полотенца кастрюльками, чтобы мы, вернувшись после уроков, поели горячего», — рассказывала в интервью Дарья Дроздовая.
Спустя несколько месяцев отец пересмотрел решение о самостоятельной жизни дочерей. Он решил, что старшей Нике, категорически не принявшей новую жену, будет лучше у бабушки с дедушкой. Младшую Дарью он забрал к себе.
Так Даша оказалась в новой семье отца, где теперь жил и маленький Коля, сын Елены от первого брака. С мальчиком девочка быстро нашла общий язык, но с мачехой так и не смогла - между ними по-прежнему стояла стена непонимания.
А потом в жизни Дарьи произошли резкие перемены, о которых она рассказывает так:
«Однажды, когда Алла Будницкая приехала в школу повидаться, я заныла: „Не хочу домой! Буду жить с тобой и с Сашей!“ Алла привезла меня к себе на Кутузовский и позвонила отцу, предложив встретиться. Был мирный разговор, в конце которого папа спросил: „Где ты хочешь жить?“ — „У Аллы“. Отец кивнул: „Ну, значит, так тому и быть“.
Вскоре после того, как Даша обосновалась у Будницкой, и Нику забрала к себе близкая подруга матери, сценарист Софья Давыдова. Бабушка с дедушкой, люди почтенного возраста, просто физически не могли справиться с воспитанием подростка.
Однако покоя у семьи не вышло. В одной из газет вышла разгромная статья, где Вадима Смоленского клеймили как безответственного отца, бросившего дочерей. Эта публикация взбесила Дашу. Девочка, не раздумывая, села и написала гневное письмо главному редактору. Она искренне не понимала, как посторонние люди смеют судить её отца — фронтовика и уважаемого врача, — не зная всей истории. Но её голос в пространстве большой прессы попросту не услышали. Никакого ответа или опровержения она так и не получила.
Младшая дочь, Дарья, впоследствии признавалась, что никогда не винила отца. Ника же затаила глубокую обиду. Их примирение случилось лишь годы спустя, когда Вадим Смоленский попал в больницу с инсультом.
Дарья считала, что в этом долгом разрыве была вина не только отца. По её мнению, опекунша Ники, Софья Давыдова, с такой ревностью оберегала воспитанницу, что фактически изолировала её от прежней семьи. В первые годы после смерти матери сёстры почти не общались.
К счастью, эта вынужденная разлука закончилась, когда восемнадцатилетняя Ника смогла сама строить свою жизнь. Одним из первых её решений стало восстановление близких отношений с сестрой, и эта связь с годами только крепла.
Ника смогла отпустить детскую обиду и полностью восстановить отношения с отцом. Она стала прекрасным врачом-гастроэнтерологом, которую очень ценят пациенты. Дарья пошла по стопам матери и стала актрисой. Семнадцать лет её жизни были связаны с продюсером Александром Олейниковым, в браке с которым родились сын Александр и дочь Дарья. Однако этот союз в итоге распался.
Что же до Аллы Будницкой, то её крестная миссия подарила ей не только радость воспитания дочери, но и счастье быть любимой бабушкой, которая может беззаветно баловать своих внуков.
Также смотрите: