Светочка с завистью наблюдала за тем, как мамы собирают своих детей и отправляют их домой.
— Миш, не плачь, завтра мы снова придём, обещаю.
— Коленька, нас дома ждёт папа, давай скорее.
— Катюша, песок никуда не денется, завтра вернёмся, будем ещё пироги лепить.
Светочка не подходила к игровой площадке. Во-первых, потому что ей уже почти восемь, а во-вторых, потому что однажды она всё-таки решилась пойти туда, чтобы поиграть с детьми. Пусть они были младше её, но ведь всё равно интересно. Однако как только мамы этих детей заметили её, они начали кричать. Они называли её такими словами, что в конце концов просто выгнали с площадки. Светочка потом долго сидела в кустах, не в силах остановить слёзы.
Совсем недавно, хотя для Светы это было давно, у неё была мама. Правда, они жили не здесь, а в большом посёлке. Мама у неё была лучшая на свете — добрая и заботливая. Но однажды она заболела и не вернулась из больницы.
Тётя Оля приехала забрать Светочку. Мама всегда говорила о ней не очень хорошо. Она была сестрой папы Светы, которого девочка никогда не видела. Тётю Олю Светочка видела всего несколько раз, и каждый раз, когда она приезжала, между мамой и тётей начинались ссоры. Тётя Оля пила какой-то напиток, начинала улыбаться и приставать к маме с разговорами. Результат был всегда один.
Светочка не хотела ехать с тётей Олей в город, но та сказала, что если девочка будет слишком упрямой, то получит по щам. Тогда Светочка ещё не понимала, что это значит, но вскоре поняла это на своём опыте.
Она не так долго прожила с тётей Олей. Как только та оформила все бумаги и начала получать деньги за Светочку, как будто забыла о девочке. Несколько раз Светочка не могла попасть домой, потому что тётя Оля закрывалась и спала. Однажды соседка заметила её в подъезде и устроила скандал. Тётю Олю разбудили и пригрозили вызвать полицию. После этого она так сильно избила девочку, что та больше не выходила гулять.
Когда тётя Оля очередной раз напилась, Светочка сбежала. Она не знала точно, сколько времени скиталась — возможно месяц, а может и два. Она научилась просить еду у людей, но всегда выбирала тех, кто был бы наименее опасен, потому что очень боялась, что тётя Оля её найдёт.
Светочка очень скучала по маме, так сильно, что ночами не могла сдержать слёзы. А когда становилось совсем тяжело, она начинала тихо петь колыбельную, которую мама пела ей всегда. Слова этой песни ей не были совсем понятны, потому что они не были похожи на обычные слова, которыми она разговаривала с людьми. Мама говорила, что эту песню ей пела её бабушка, которая была родом из другого места, но почему Светочка не имела бабушки и где она — мама никогда не объясняла. Но песня эта была с ней с самого рождения, и она давно её выучила.
Когда дети наконец ушли с площадки, Светочка покачалась немного на качелях, съехала с горки и направилась к большому недостроенному зданию. Там, в подвале, собирались дети, такие же, как она — бродяги и потерянные души. Возраст у них был разный, как и причины их прибытия сюда. Большинство из них сбежали из детского дома — их постоянно ловили и возвращали обратно. Бывали и такие, кто ушёл из дома, но такие дети не оставались надолго — они убегали от мелких скандалов, которые были ничем по сравнению с теми ужасами, которые им приходилось переживать. Были и те, кто называл себя путешественниками — они двигались с места на место, используя все доступные способы.
Светочка вошла в подвал и сразу почувствовала, что здесь что-то не так. Оказалось, их местоположение нашли, и теперь здесь находились взрослые. Девочка стремительно бросилась вверх, не понимая, почему она бежит. Она несколько раз думала, что в детском доме ей будет лучше. Но мысль о том, что её могут вернуть к тёте Оле, разрушала все её надежды.
Светочка побежала к кладбищу — туда они часто прятались. Найти детей между памятниками и оградами было почти невозможно. Она спряталась в красивой ограде, устроилась под высокими туями. Здесь было так красиво. Странно, что она раньше не замечала эти памятники — они были необычные, квадратные, в виде ангелов.
Забыв о том, что её ищут, Светочка стала рассматривать фотографии на памятниках. Люди на них были красивыми и смуглыми, но имена были ей совсем непонятны. Она наклонилась, чтобы протереть надпись, которая запылилась и с трудом читалась. Вдруг почувствовала, что наступила на что-то. В испуге взглянула вниз — на земле лежал телефон.
Оглянувшись, она понимала, что брать чужое — это плохо, но телефон был дорогим, и вокруг было так тихо, что даже слышались постукивания колёс поезда, проходящего где-то вдали.
Светочка взяла телефон, села на скамейку. У неё никогда не было такого устройства, но дети из подвала иногда приносили подобные вещи, и она могла поиграть с ними. Она сдула с аппарата песок и нажала на кнопку. Экран засветился, и Светочка с удивлением поняла, что он уже включён — на экране не было ни цифр, ни текста.
Она продолжала смотреть на экран телефона, удивлённая его возможностями. Это было нечто удивительное. Светочка вздохнула: «Нельзя брать чужое. Кто-то наверняка ищет этот телефон». Она провела пальцем по экрану и подумала, что сейчас кому-то позвонит и скажет, что нашла телефон. Она с трудом читала надписи, но так и не поняла, кому звонить. И вдруг она увидела слово, которое ей было знакомо — «мама».
Светочка улыбнулась. Мама не бывает злой и страшной. Мама должна быть хорошей. О тех женщинах с детской площадки она постаралась больше не думать.
В трубке было тихо, и Светочка уже собиралась испугаться и выключить звонок, как вдруг послышалась музыка. Вместо обычных гудков раздавалась песня. Причём это была не современная композиция, а колыбельная, которую женщина пела без сопровождения музыки.
Губы Светочки дрожали, а ручки начинали трястись. Песня была на незнакомом языке, но она хорошо её узнавала. Это была та самая колыбельная, которую пела мама.
Светочка не могла сдержать слёз и уже рыдала, когда в трубке прозвучало «Алло?» Девочка не могла сразу ответить, так как её голос был прерываемый всхлипами.
— Малышка, малышка, почему ты плачешь? — спросил голос женщины, полный ласки и тепла.
— Я… я нашла ваш телефон.
— Мой телефон? Ах, это телефон Вани… Мой сын. Где ты, солнышко?
— Я… я на кладбище.
— На кладбище? А что ты там делаешь? Темнеет скоро. Вот что, мы сейчас приедем. Ты только стой на месте, и я буду с тобой разговаривать, чтобы тебе не было страшно, хорошо?
— Да…
Светочка снова расплакалась, не в силах сдержаться.
— Детка, ну почему ты так плачешь? Тебе страшно?
— Нет…
— Почему же ты плачешь? Какая песня?
— Колыбельная… Мама мне её пела.
В трубке послышался голос мужчины:
— Девочка, та песня, что была в трубке?
— Да…
На какое-то время в трубке повисла тишина, а затем женщина с каким-то дрожащим голосом спросила:
— Милая, скажи мне, как зовут твою маму?
Светочка протяжно всхлипнула, не в силах сдержать боль.
— Звали… Моей мамы больше нет. Она сейчас на небесах.
— Как её звали?
— Зара…
В трубке послышался грохот, потом какое-то копошение. Светочка подумала, что с телефоном что-то случилось, немного подула на него и снова поднесла к уху.
— Алло…
Теперь в трубке говорил только мужчина.
— Не бойся, мы почти приехали. Ты остаёшься там, где была? Что вокруг тебя?
— Здесь очень красивые памятники с ангелочками, и нарисованные люди красивые.
— Я понял. А оградка какая — чёрная?
— Да, чёрная.
Светочка продолжала отвечать на вопросы, и, несмотря на слёзы, её внимание немного отвлеклось. Мужчина не прекращал задавать вопросы. Вскоре она услышала его голос не через трубку, а прямо рядом.
Она опустила телефон и посмотрела в сторону, откуда приближались двое людей: мужчина — крупный и красивый, и женщина — скорее бабушка, хотя всё же не совсем. Она была очень бледная.
Но не её бледность напугала Светочку, а то, как она выглядела. Девочка так сильно была ошарашена, что закрыла лицо руками и закричала.
Её тут же кто-то обнял.
— Не плачь, не плачь, малышка. Что тебя так напугало?
Светочка убрала руки от лица и посмотрела на женщину.
— Вы… вы так похожи на мою маму…
Мужчина едва успел подхватить спутницу, усадил её на лавочку, дал какую-то таблетку, потом присел перед Светой. Он долго всматривался в её лицо и наконец сказал:
— Солнышко, поедешь к нам в гости? Или кто-то будет против? Папа, например?
— Нет… Папу я никогда не видела. А мама…
— Тише, тише, я всё понял.
Светочка кивнула, и ей стало легче. Ведь они ей нравились, и, может быть, они её накормят.
Мужчина повернулся к своей матери.
— Мам, ты как, сможешь идти?
— Да, Ванечка, конечно.
Он взял Светочку на руки, и они пошли к выходу. Девочка не понимала, зачем её несут — она могла бы и сама дойти. Но на руках было так тепло, так уютно, и главное — безопасно. Светочка довольно быстро заснула.
Когда мама проснулась от голосов, мужчина разговаривал с женщиной:
— Ваня, как жить-то теперь…
— Мам, зачем ты винишь себя? Ты прекрасно помнишь, что Зара сама так решила. Я тоже в шоке. Моё сердце не может пережить это, как подумаю, что она ушла так внезапно… Если бы только я знал, кто был её ухажёром…
— Перестань, Ванечка. Мы теперь ничего не можем изменить. Единственное, что мы можем — это сделать девочку счастливой. Она так похожа на Зару…
— Я заметил. Мам, мы сделаем её счастливой. Тут нет никаких сомнений.
Машина остановилась, и Светочка спросила, не понимая:
— Вы знали моего папу? А я его никогда не видела. Мама говорила, что папа заблудился. Наверное, его нужно разыскать.
— Да, — кивнул мужчина. — Я обязательно разыщу его. Обещаю тебе.
Женщина положила руку на его:
— Ванечка…
— Мам, у нас сейчас много дел. Давайте не будем обсуждать пустяки.
Когда Светочка вышла из машины, она не могла поверить своим глазам. Перед ней стоял огромный дом.
— Это ваш? Здесь, наверное, много людей живёт…
— Да нет, мы с мамой и несколько помощников.
— Помощники… Ну да… Давай заходи.
Они вошли, и сразу к ним подбежала полная пожилая женщина.
— Ой, деточка! Моя копия Зарочки!
И она расплакалась.
Светочка не понимала, что происходит, но одно было ясно: здесь все знают её маму.
Поздно вечером, когда Светочка лежала в чистой постели, наевшаяся и помытая, женщина, мать Вани, присела рядом.
— Светочка, мы с тобой так забегались, что даже не успели толком познакомиться. Меня зовут Карина. Я твоя бабушка.
Светочка села в постели.
— Самая настоящая?
— Да, самая настоящая. Я — мама Зары, твоей мамы. А Ванечка — её родной брат.
— Да…
Светочка почувствовала, как слёзы катятся по её щекам.
— Ты мне всё расскажешь?
— Да… Не знаю, поймёшь ли ты, но слушай. Когда-то очень давно я была молодой. К нам приехал парень, в которого я влюбилась. И он полюбил меня. Все мои родственники были против, потому что мы из разных стран, и я сбежала. Сбежала за ним. У нас родилась Зара, потом и Ваня. Зара унаследовала мой упрямый характер, и однажды сказала, что выходит замуж. Мы все были против, потому что её избранник не хотел работать, но мечтал о богатой жизни. Конечно, Зара никого не слушала, поругалась с нами, а когда её жених понял, что не получит денег, просто сбежал. Зара никогда бы не пришла с повинной. Она такая же, как я. А мы тоже были обижены, потому что после её бегства от переживаний отец слёг и не выкарабкался. Кто же знал, что всё будет именно так…
Она взглянула на Светочку, которая сладко спала и улыбалась во сне. Карина поправила одеяло.
— Прости меня, доченька, прости. Я должна была разыскать тебя. Я сделаю всё, чтобы твоя жизнь была самой счастливой. Поверь мне, я для этого готова пойти на всё.
Легонько поцеловав Светочку, она вышла из комнаты. На душе было спокойно, как не было с самого бегства её дочери.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: