Олег Львович оказался крепким мужчиной, с не по возрасту прямой осанкой. Майор на пенсии, шестьдесят лет, сын живёт в Москве.
Ольга заранее предупредила, чтобы дочь не вздумала озвучивать её реальный возраст. Если что - мне пятьдесят пять. Я именно на этот возраст и выгляжу. Даже моложе.
Яна угрюмо пообещала не проболтаться.
Мать выглядела...счастливой.
-Твоя мама, Яна, придала моей жизни смысл, - рассказывал майор. -Сын уехал - ну, так и должно быть, птенцы вылетают из гнезда. А я остался один. Но знаешь, одиночество - это как мина замедленного действия. Тик-так, и вдруг понимаешь: пора искать союзника. И вот, встретил вашу маму...- Он взял Ольгину ладонь и церемонно поцеловал.
Мать зарделась, как школьница.
Арнольд сдержанно поинтересовался планами.
- О, планы у нас грандиозные! Я надеюсь прожить до ста лет с любимой женщиной. Потому что любовь продлевает жизнь, знаешь ли. Наука доказала: пары, которые влюблены, живут дольше. Сердце бьётся чаще, кровь циркулирует, иммунитет на подъёме. Я вот прочитал в журнале: влюблённые старики реже болеют, реже падают в депрессию. Так что, милые мои, давайте поднимем рюмки за любовь, которая сделает нас бессмертными! До ста, а то и дальше. Представьте: мы с вашей мамой в тёплой стране в девяносто лет, танцуем под луной на песке, а смерть где-то в кустах не осмеливается подойти, - озвучил перспективы Олег Львович.
Ольга прижалась к мужчине и счастливо вздохнула.
- Олежка, ты такой романтик! До ста - это минимум. Я чувствую себя на тридцать!
-Свадьба когда? - нейтральным тоном осведомилась Яна.
-На следующей неделе. А чего тянуть? Потом на пол года уедем в тёплую страну.
-Действительно, - согласилась Яна, - А в ЗАГС обязательно идти?
Муж толкнул её под столом.
-Я человек старой закалки, - строго ответил Олег Львович, - С любимой женщиной принято жить в браке. "Сожительница" - это даже звучит мерзко. Как сводка полицейской хроники "Ранее судимый нигде не работающий гражданин П. нанёс тяжкие телесные своей сожительнице...".
-Конечно, - тороплив согласился Арнольд.
Всю дорогу до дома Яна молчала.
Она знала, что свадьбы не будет.
Через пару дней Арнольд утешал на кухне рыдающую тёщу.
Старо как мир и не особенно интересно.
Олег Львович оказался аферистом.
Украл все её деньги и растворился в воздухе.
-Что ж вы их в банке не хранили, - попенял Арнольд.
-Олежек попросил снять. На свадьбу и на поездку на пол года в Малайзию. Срочно понадобилось оплатить аренду виллы, визы и билеты. А через банки это не сделаешь - сразу заблокируют как подозрительный перевод, тут надо через платёжную систему, которая принимает переводы за границу.
У Олега она была. Он сказал, что у него все деньги хранятся на депозите. Что он обязательно отдаст. На следующей неделе. Я и не сомневалась, сняла два миллиона - всё, что накопила за всю жизнь.
И женщина горько заплакала.
Она рассказала, как любимый зашёл за деньгами. Как она полезла в сейф, стоящий под кроватью. А там - ничего.
Пусто.
Как Олег убедительно изобразил удивление, а потом возмущение.
На её робкий вопрос "У тебя же был ключ" возмутился, швырнул его в лицо и ушёл в закат.
-Идите в полицию, - предложил Арнольд.
-Не пойду, - плакала тёща.
-Почему?
-Он ещё вернётся. Уверена, что Олежек не брал деньги. Я бы ему сказала, что верю, но он меня заблокировал.
-А у кого ещё есть ключи? - осторожно спросил Арнольд.
-Да я много кому давала. Соседке, чтобы цветы поливала. У неё сын, кстати, ранее судимый, что - то вспомнилось. Ване с первого этажа, труба подтекала, он обещал следить, когда я в в отпуск поеду. Сидел за кражу, но сейчас честный человек. Он сказал, что потерял, когда я обратно попросила.
-Как вы могли давать ключи посторонним людям? - схватился за голову Арнольд.
-Я их всех давно знаю, да и брать тогда у меня особо было нечего. Ещё подруге, не помню зачем, у неё муж был под следствием, дали условку за что -то. Вроде всё.
-И все они знали, что вы деньги сняли? - прошептал Арнольд.
-Да, я похвасталась, что уеду на пол года в тёплую страну с любимым мужчиной.
Яна сидела молча. Пальцы летали над клавиатурой, лицо сосредоточено, взгляд устремлён в себя.
-Я его нашла. Самый обычный аферист. Обещает жениться, просит денег и уходит с ними в закат. Под следствием был два раза, оба раза женщины забирали заявление.
-Неправда, - гневно сказала мать.
-Не хочешь, не верь. Ты была у него в квартире?
-Оказалось, он её снимал. Хозяин сообщил, то договор был на месяц, но Олег внезапно съехал, не предупреждая. Не буду я на него подавать заявление, тогда он ко мне не вернётся, - плакала мать.
Женщина ушла.
Арнольд переживал за тёщу. Действительно, так вляпаться.
-Она же его любила, - он огорчённо набулькал пива и залпом, как водку, выпил.
-Это да, - согласилась Яна. - Мама у меня любвеобильная.
Ей ли об этом не знать!
Ольга не мыслила жизни без мужика. Не в переносном смысле, а буквально - как без кислорода.
- Я не могу, - говорила она с надрывом, - когда в квартире не слышен МУЖЫК.
Если МУЖЫКА не было - квартира считалась нежилой. Пустой. Мёртвой.
Когда Яне было десять, отец ушёл к другой женщине.
Как оказалось, не вынес аппетитов Ольги. Мужчины мечтают о темпераментной женщине - но ровно до тех пор, пока такую не встретят. Тогда они начинают мечтать о холодной женщине.
Однажды Ольга подслушала разговор между отцом и его новой женой.
- Ты не понимаешь… я не мог. Я просто не мог больше выносить этот темперамент
- Какой темперамент? - удивилась новая хозяйка его тапок.
- Такой… - он замялся. - Вечный пожар в постели. Вечная сцена. Ей всё время нужен был мужик. Чтобы гремел, чтобы мешал, чтобы был. А я… я хотел тишины.
Яна тогда впервые подумала, что темперамент - это не про характер. Это про шум. Про невозможность жить в тишине, потому что в ней сразу слышно себя. Такие женщины, как её мать, не выносят одиночества физически. Им не просто скучно - им больно. Без мужика они начинают слышать, как тикают часы, как шуршит жизнь, как пусто в голове. Им нужен не человек, а присутствие. Тело, которое занимает место.
- Ну как я одна? - причитала мать, когда отец ушёл. - Это же… не по-людски. Женщина не должна быть одна.
- А ребёнок? - осторожно спросила бабушка.
- Ребёнок - это не мужик, - отрезала мать и пошла красить губы.
Она влюблялась быстро. Мужчины переезжали к ним так же стремительно, как тараканы на свет: сначала осторожно, потом уверенно, с тапками и бритвами. По ночам из спальни доносились звуки. Не страсть даже - доказательство жизни. Скрип кровати, шёпот, смешки, иногда ругань. Яна лежала, накрыв голову подушкой. Утром мать выходила сияющая, с лицом победительницы.
Смотреть противно.
Яна стала ночевать у бабушки. У отца. Его новая жена смотрела на Яну с сочувствием.
Как же ей было стыдно за родительницу!
С тех пор она знала: любовь бывает разной. Бывает - тёплой. Бывает - тихой. А бывает - как у матери. С грохотом, носками, унитазом с поднятой крышкой и вечным страхом остаться одной в квартире, где слишком хорошо слышны собственные мысли.
Климовск сказался на матери не лучшим образом. Женщина стремительно теряла красоту. Поток мужчин иссякал. До совсем уж позорных вариантов мать не опускалась. И упрямо ждала того самого.
И тут как нельзя более кстати на горизонте возник Олег Львович.
Яна не обольщалась. Мать не только деньги отдаст, но и квартиру перепишет. Такие мужчины умеют присесть на уши. Поживут пол годика в Малайзии, приедут, и....он найдёт, что сказать.
Яне казалось, что мать, и так не особенно умная женщина, сильно поглупела. И пойдёт навстречу. А когда останется без квартиры...К кому она придёт? К ней и придёт. Нафиг надо.
Возможно, мужчина не будет претендовать на жильё. Ограничится проведением зимовки в тёплой стране за счёт матери. Но не будем рисковать.
Когда - то Яна тайком взяла у матери ключ, тем более, у безалаберной женщины, запасные ключи валялись везде.
Так...На всякий случай.
Случай наступил.
Она выяснила, когда матери не будет дома и навестила квартиру. Яна знала, что под кроватью находится сейф. И код тоже знала. Мать проговорилась.
Деньги у неё.
Через пару месяцев она разложит их по своим счетам.
Она была уверена, что больше романов у матери не будет.
Уж очень та переживала. Осунулась. Резко постарела.
А значит, за квартиру можно быть спокойной.
Не должна недвига уходить из семьи.
И деньги тоже.
Конечно, она оставит их себе. С матери станется на неё написать заявление, ведь из-за неё она лишилась МУЖЫКА.
Яна не была злой - она была рациональной. Она видела мать такой, какая она есть: женщина, у которой одна извилина и та в звезде, которая живёт страстью и зависимостью, а не разумом. Яна уважала жену отца больше чем собственную мать, которую презирала. С отцом тоже были отличные отношения. Она видела мир без иллюзий и знала, что поступила правильно: защитила имущество и саму мать. Рациональность - это единственная форма заботы, которую она могла себе позволить по отношению к ней.
Жить нужно вовремя - вовремя увидеть, вовремя вмешаться, вовремя забрать своё. Остальное - от лукавого.
Она закончила диалог и посмотрела на Лукавого.
-Знаешь что...Тут даже я о....л, - честно сказал Лукавый.
-Чего надо? - буркнула Яна.
-Автограф, - Лукавый протянул ей блокнот, пахнущий серой. - Я твой большой поклонник.
Сущность нырнула в пол, прихватив банку пива, оставив Яну в глубокой задумчивости.
Она не боялась смерти. И когда убедилась, что за порогом существование не заканчивается, ничуть не расстроилась.
Она боялась, что она произойдёт не ВОВРЕМЯ.
-Дорогая, почему ты мне не даёшь покурить? - ныл муж.
-Вредно, - Яна стукнула супруга по руке.
-Но ты куришь сама! Твоя сигара так аппетитно пахнет.
-Мне можно. Пей полезный для здоровья сок.
Арнольд только плечами пожал.
Женщины...Такие странные создания.
Но какое это имеет значение, если они с Яной любят друг друга и заботятся, пусть даже забота выглядит немного странно.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш