Знаете, иногда в жизни случаются такие дни, когда всё валится из рук. Погода противная, настроение на нуле, и даже самые близкие люди будто с цепи срываются. У нас с мужем такой день выдался прошлой зимой, в самом начале декабря. Помню, что накануне выпал первый снег, но тут же подтаял, и повсюду была эта ужасная серая каша. Ругались мы и раньше, конечно, но это был какой-то особенный, кульминационный скандал. Накопилось, видимо.
Началось с пустяка, из-за немытой чашки, кажется. Сейчас это уже не так важно. Важно, что слова становились всё острее, а тон - жёстче. И вот он, уже в дверях, натягивая куртку, не глядя на меня, бросил:
- Всё! Пойду искать себе нормальную женщину, которая не будет пилить меня по каждому поводу!
Голос у него был злой.
Я, естественно, не осталась в долгу, крикнула вслед:
- Да иди! Очень нужно! Может, и я найду кого-нибудь поадекватнее!
Дверь захлопнулась с таким звуком, что вздрогнула люстра в прихожей, и через минуту я услышала, как заурчал за окном мотор нашего старенького "Форда". Он уехал.
В квартире воцарилась такая тишина, что стало физически не по себе. Словно вакуум. Я села на стул на кухне и поняла, что просто сидеть и смотреть в стену не могу - сердце колотилось, руки дрожали. Нужно было срочно что-то делать. Куда-то идти, чтобы не сойти с ума от этой злости и ощущения несправедливости.
И тут мне в голову пришла мысль, от которой теперь самой смешно, но в тот момент она казалась гениальной и единственно правильной. Я вспомнила про нашу семейную "заначку". Мы много лет откладывали туда деньги с каждой получки (мечтали о хорошем отпуске на море).
Конверт лежал в шкафу. В коробке из-под обуви, за стопкой постельного белья. Я всегда относилась к этим деньгам как к чему-то неприкосновенному. Но в тот вечер я не раздумывала ни секунды. Достала толстый конверт, даже не стала пересчитывать, просто положила всю пачку в свою просторную сумочку. Решение созрело мгновенно и чётко: я иду покупать себе ту самую дублёнку, на которую засматривалась последние два года каждый раз, проходя мимо витрины, но всё не решалась из-за её цены.
"На море я всё равно сейчас не поеду, - подумала я с горькой иронией. - А дублёнка хоть согреет".
Вышла на улицу, и морозец сразу ударил по щекам. Я застегнула своё старое, уже не очень тёплое пальто на все пуговицы и быстрым шагом, почти бегом, направилась в центр.
В витрине того самого магазина, как на зло, она всё так же висела - длинная, красивого шоколадного оттенка, с большим меховым капюшоном. Она выглядела как обещание уюта и уверенности.
Я зашла внутрь.
В магазине было тихо, пахло кожей и дорогим парфюмом. Подошла к продавщице, симпатичной женщине лет пятидесяти, и сказала прямо, без предисловий:
- Мне, пожалуйста, ту дублёнку, что в витрине. Сорок четвертый размер.
Она кивнула, всё понимающе, и через пару минут я уже стояла у зеркала.
Примерять долго не пришлось - она села на меня как влитая, облегая плечи, но не стесняя движений. Я повертелась перед зеркалом и поймала себя на мысли, что впервые за долгие месяцы мне действительно нравится своё отражение. В этой дублёнке я чувствовала себя другой: уверенной, собранной, даже красивой. Той самой "нормальной женщиной", о которой говорил муж. Горькая ирония ситуации лишь подстегнула меня.
- Я её беру, - твёрдо сказала я продавщице, доставая деньги из конверта. Старое пальто попросила упаковать, и мне дали большой фирменный пакет.
Вышла из магазина уже в новой дублёнке, а тяжёлый пакет со старым пальто несла в руке. Прошла метров десять, остановилась у большой уличной урны и, не раздумывая, выбросила его туда. Это был не просто жест - это было прощание. С чем-то старым, отжившим. На душе стало и страшно от такой спонтанной расточительности, и в то же время легко и даже радостно.
Домой я шла уже не так быстро, задумавшись, уткнувшись в тёплый, нежный мех капюшона. Лицо было почти полностью им скрыто. Мысленно репетировала речь для мужа, пыталась придумать, как объясню, на что потратила наши общие, отложенные на мечту, деньги. В голове был полный хаос.
Я уже почти подошла к своему дому, сворачивая на тихую улицу с нашим двором, как вдруг услышала, как сзади медленно подъезжает машина и останавливается рядом.
Я машинально отшагнула ближе к забору, думая, что машина просто паркуется. Но затем опустилось стекло пассажирской двери, и мужской голос, спросил:
- Девушка, не подвезти вас? Куда путь держите? Холодно же, да и темнеет уже.
Голос был до боли знакомым. Я обернулась и остолбенел. В машине сидел мой муж, Андрей, и разглядывал меня любопытно. Не узнал. Принял за незнакомку.
У меня от неожиданности даже дыхание перехватило. Я не сразу смогла вымолвить слово, просто стояла и смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он, видя моё замешательство, повторил чуть мягче, даже с лёгкой улыбкой:
- Я серьёзно. Садитесь, согреетесь. По дороге развезти - не проблема.
Тут я, будто очнувшись, медленно подняла руку и откинула капюшон. Увидев моё лицо, он сначала не поверил, глаза стали огромными от изумления, брови полезли на лоб. Он несколько раз перевёл взгляд с моего лица на дублёнку и обратно и громко рассмеялся.
- Вот это да, - выдохнул он, открывая дверь. - Это ты? Не узнал совсем, клянусь! Прямо как в плохом сериале! Садись скорее, замерзла наверняка.
Я села в машину, в знакомый, родной салон, который пахнет кофе и его парфюмом.
Вот так мы помирились. Пока он делал круги по району, чтобы просто побыть вместе. А вечером, уже дома, за чаем, он обнял меня и сказал то, что я запомнила навсегда:
- Знаешь, а я сейчас думаю… Ведь это был настоящий знак. Всё равно мы друг без друга никуда.
И я поняла, что он прав. Мы купили на наши сбережения не просто дублёнку. Мы купили этот смешной, нелепый и очень важный урок на всю жизнь.