Сколько лет нам отпущено — вопрос, который человечество обсуждает примерно с тех пор, как научилось считать годы. Одни уверены: всё решают гены, и если в семье были долгожители, шансы хорошие. Другие настаивают: судьбу определяют привычки, медицина и просто удача.
Новое исследование шведских и датских ученых предлагает неожиданный компромисс: генетика действительно может объяснять до 50% продолжительности жизни, но только при одном важном условии.
Почему ученые спорят о «генах долгожительства»
Тема наследственности в старении давно расколола научное сообщество. С одной стороны, исследователи уже нашли несколько вариантов генов, которые связаны с долголетием. Кажется, логично сказать родителям спасибо.
Но есть и контраргументы, причём очень наглядные. Например, дочь Жанны Кальман — самой известной долгожительницы, прожившей 122 года — умерла в 35 лет. А сын прожил всего 73 года. Такая статистика выглядит как насмешка над идеей «долгожительство передается по наследству».
Раньше считали, что генетика почти ни при чём
Несколько лет назад крупное американское исследование пришло к довольно холодному выводу: гены объясняют лишь около 7% вариаций в продолжительности жизни. Эти данные были опубликованы в журнале Genetics и стали аргументом для тех, кто считает долголетие скорее вопросом среды, чем ДНК.
Свою роль сыграла и эпигенетика — направление, которое показывает: даже «хорошие» гены могут вести себя по-разному в зависимости от питания, стресса, образа жизни и окружающей среды.
Почему у лабораторных мышей всё иначе
Шведские и датские исследователи обратили внимание на странный факт: у животных в лаборатории наследственность работает гораздо сильнее.
У мышей, живущих в стерильных условиях без инфекций, аварий и вредных привычек, вклад генетики в продолжительность жизни достигает 38–55%.
Возникает логичный вопрос: а что если у людей всё так же, просто «шум» внешних факторов скрывает реальную картину?
Главный поворот: уберите случайные смерти — и гены выходят на первый план
Чтобы проверить эту гипотезу, ученые использовали сложные математические модели, которые позволили отделить старение от внешних причин смерти.
И вот результат, опубликованный в журнале Science: если исключить смертность от внешних факторов — инфекций, несчастных случаев, вредных привычек — наследственность может определять до 50% продолжительности жизни.
То есть генетика действительно играет ключевую роль, но в «идеальном мире», где человек не сталкивается с постоянными рисками среды.
Вывод получается почти философский
- гены задают потенциал,
- а внешняя реальность решает, получится ли его реализовать.
Половина жизни действительно может быть записана в ДНК, но вторая половина — это всё то, что происходит между завтраком, стрессом, дорогами, врачами и случайностями. Так что «ген долгожительства» — это не гарантия, а скорее стартовые условия.