С Дашей мы встречались три месяца. Ей двадцать восемь, мне тридцать четыре. Меня зовут Илья. Отношения складывались хорошо. Она работала дизайнером, я — в компании по продаже тканей. Общие интересы, смех, прогулки по вечерам.
Однажды Даша предложила познакомиться с мамой. Я согласился. Подумал, что это серьёзный шаг. Купил цветы, торт, настроился на приятный вечер.
Мать звали Ирина Викторовна (пятьдесят шесть лет). Она встретила нас в просторной квартире. Сразу окинула меня взглядом оценивающим. Не как будущего зятя. Как товар на рынке.
Мы сели за стол. Я протянул цветы. Она приняла без улыбки.
— Спасибо. Даша, неси вазу.
Первые пять минут прошли в тишине. Мы пили чай. Я пытался завести разговор о погоде, о работе Даши. Ирина Викторовна кивала, но молчала. Потом она отставила чашку.
— Ну что, Илья. Давай сразу начистоту. — Она сложила руки на столе. — Где работаешь?
— В компании по продаже тканей, — ответил я.
— Зарплата какая?
Я опешил. Даша покраснела.
— Мам, ну зачем сразу так...
— Тихо. Я спрашиваю. Илья, зарплата?
— Сто тридцать тысяч, — выдавил я.
Она поджала губы.
— Маловато. Квартира своя есть?
— Да, однокомнатная.
— Ипотека?
— Нет, только выплатил.
— Машина?
— Есть.
— Какой марки?
Меня прошибло. Это был не разговор. Это было собеседование на должность спонсора. Даша сидела рядом и молчала. Не защищала, не останавливала мать. Просто смотрела в тарелку. Щёки у неё горели. Но она не вмешивалась.
Ирина Викторовна достала блокнот. Записала что-то. Я увидел цифры — мою зарплату.
— Родители у тебя где живут? — продолжала она.
— В области.
— Помогаешь им?
— Конечно.
— Финансово?
— Да.
— Сколько в месяц переводишь?
— По-разному. Тысяч пятнадцать-двадцать.
— А на себя откладываешь?
— Стараюсь.
Она кивнула. Встала. Налила себе ещё чаю. Села обратно и посмотрела мне прямо в глаза.
— Понимаешь, Илья, моя дочь — золото. Даша должна жить хорошо. Не хуже других.
Я молчал.
— У тебя есть сбережения?
— Есть.
— Сколько?
— Мам! — взорвалась наконец Даша. — Прекрати!
Ирина Викторовна махнула рукой.
— Ладно, ладно. Просто хочу понять, на что рассчитывать.
Мы ушли через час. Я чувствовал себя выжатым. Даша извинялась всю дорогу.
— Прости её, пожалуйста. Она просто переживает за меня. У неё такой стиль общения. Она хорошая, правда.
Я кивал. Но осадок остался. Меня оценили как кошелёк. Не как человека. Прикинули, сколько с меня можно взять.
Дома я сел на диван. Прокрутил в голове весь вечер. Каждый вопрос. Каждый взгляд. Это было неспроста.
Прошла неделя. Мы виделись, гуляли, всё было нормально. Даша больше не упоминала о той встрече. Я решил забыть.
В субботу вечером она позвонила. Голос был тихий, встревоженный.
— Илья, можем встретиться? Срочно поговорить надо.
Я приехал. Мы сели в кафе. Даша заказала кофе, но не пила. Крутила чашку в руках.
— Слушай, у меня проблема. Вернее, у мамы.
Я насторожился.
— Что случилось?
— У неё долги. Кредиты закрыть надо. Двести тысяч. Проценты капают, она не справляется. Я помочь не могу, у меня зарплата маленькая.
Она замолчала. Посмотрела на меня выжидающе.
— И? — спросил я.
— Илья, слушай. А ты мог бы помочь? Ну, дать в долг? Мы вернём, честно. Просто сейчас совсем туго.
Я откинулся на спинку стула.
— Когда вернёте?
— Ну, постепенно. По десять тысяч в месяц. Может, по пятнадцать.
— Это полтора года минимум.
— Ну да. Но мы точно вернём. Мама обещала.
В голове всё встало на места. Допрос про зарплату. Вопросы про квартиру и сбережения. Это было специально. Ирина Викторовна собирала информацию. Смотрела, есть ли с кого брать.
— Даша, мы встречаемся три месяца.
— Ну и что?
— Ты просишь меня отдать двести тысяч твоей матери, которая на первой встрече допрашивала меня.
— Она не допрашивала! Она просто хотела узнать тебя!
— Узнать мою зарплату, — поправил я. — Сбережения. Квартиру. Не меня. Мой банковский счёт.
Даша покраснела.
— Ты преувеличиваешь. Мама заботится обо мне. Хочет, чтобы я была с обеспеченным человеком.
— Обеспеченным настолько, чтобы оплатить её долги?
— Ты жадный, — тихо сказала она. — Двести тысяч для тебя не деньги. А для неё это спасение.
Я встал. Положил на стол деньги за кофе.
— Даша, я не банк. Не спонсор. Не решение финансовых проблем твоей мамы. Если бы мы были женаты, прожили вместе годы — другой разговор. Но сейчас ты просто девушка, которую я знаю три месяца.
А твоя мать — чужая женщина, которая с первых минут оценивала меня как кошелёк. Вы даже не знаете, кто я. Какой я человек. Вас интересовали только цифры.
— Значит, отказываешь?
— Да.
— Тогда нам не по пути, — отрезала она. — Мне нужен мужчина, который поможет в трудную минуту. А не тот, кто считает копейки.
Я вышел из кафе. Сел в машину. Завёл мотор. Выехал на трассу. Включил музыку. Правду я увидел вовремя. Меня искали не для любви. А для решения чужих проблем.
Через два дня Даша написала. Извинялась, просила вернуться. Говорила, что поторопилась. Обещала, что мама больше не будет лезть. Я не ответил. Заблокировал номер. Удалил все фото.
Двести тысяч я оставил себе. Купил себе новый ноутбук. Поехал в отпуск. А через месяц увидел Дашу в соцсетях с новым мужчиной. Подпись под фото: "Настоящий мужчину". Ну-ну. Посмотрим, сколько у него зарплата.
Я завела второй канал — там рассказы, которых здесь не будет. Он для тех, кому откликается именно этот формат.