Игорь вернулся домой ровно в девятнадцать ноль-ноль. Дверь хлопнула так, словно в квартиру ворвался не штатный менеджер среднего звена, а как минимум спецназ.
Лена, сидевшая в гостиной с ноутбуком, даже не вздрогнула. За пять лет брака она изучила повадки мужа, как зоолог изучает повадки ленивца. Только ленивец хотя бы милый, а Игорь в последнее время напоминал капризного барина, у которого крепостные отбились от рук.
— Я дома! — гаркнул он из прихожей.
Лена отложила работу. Она знала, что сейчас будет. Сценарий не менялся месяцами, как заезженная пластинка.
Игорь прошествовал в спальню, на ходу стягивая с себя офисную рубашку. Пуговицы трещали. Он скомкал её и привычным движением швырнул на пол, прямо возле корзины для белья. Носки полетели следом, приземлившись на комод. Один повис на ручке ящика, второй упал на паркет.
— Не муженек, а недоразумение, — про себя подумала Лена, а вслух спросила: — Ужин будешь?
— Странный вопрос, — фыркнул Игорь, выходя в домашней майке-алкоголичке. — Я пахал как проклятый. Естественно, я буду ужин. И надеюсь, сегодня там не вчерашние макароны? А то у меня от твоей стряпни уже желудок сводит.
Он плюхнулся за стол, схватил ложку и начал ритмично постукивать ею по столешнице. Этот звук — дзынь-дзынь-дзынь — действовал Лене на нервы, как бормашина без анестезии.
— Жаркое по-бургундски, — спокойно сказала она, ставя перед ним глубокую тарелку.
На это мясо она угрохала три часа. Тушила на медленном огне, добавляла специи, выпаривала вино. Запах стоял такой, что соседи могли бы захлебнуться слюной. Но Игорь лишь скривился, словно перед ним поставили миску с помоями.
Он подцепил ложкой кусок говядины, понюхал, демонстративно поморщился и отправил в рот.
Лена замерла, ожидая вердикта. Хотя, честно говоря, она уже знала, что он скажет.
Игорь жевал долго, с таким видом, будто ему приходится перемалывать подошву кирзового сапога. Наконец, он с громким стуком отложил ложку.
— Опять пересушила, — процедил он сквозь зубы. — Ну сколько можно? Ты весь день дома сидишь, неужели сложно научиться готовить нормально? Мясо жесткое, соус кислый. Это есть невозможно.
Лена почувствовала, как внутри всё похолодело. Скулы свело.
— Я готовила по рецепту шеф-повара, — тихо сказала она.
— Да мне плевать на твоего повара! — взвился Игорь. — У меня простая потребность — прийти и поесть. Вкусно поесть! Это твоя единственная обязанность — кормить кормильца. А ты даже с этим справиться не можешь.
Он отодвинул тарелку от себя, словно она была заразной.
— И вообще, Лен, давай начистоту. Ты расслабилась. В холодильнике бардак, носки мои вечно не на месте. Ты думаешь, еда там сама появляется? Думаешь, продукты на полках растут? Нет, дорогая. Это я их покупаю. Я трачу на это деньги. А твой труд... ну, давай честно, он ничего не стоит. Порезать морковку и закинуть в кастрюлю — много ума не надо.
Игорь откинулся на спинку стула, довольный своей речью. Он выглядел как сытый кот, который только что нагадил в тапки и гордится этим.
— Значит, мой труд ничего не стоит? — переспросила Лена. В её голосе зазвенели металлические нотки.
— Ну а что? — хмыкнул он. — Ты же не в шахте работаешь. Дома сидишь, кнопки на ноутбуке нажимаешь.
Лена медленно встала. Она не плакала, не кричала и не била посуду. Она просто взяла тарелку с жарким.
— Поняла, — сказала она.
— Что ты поняла? — нахмурился Игорь.
Лена подошла к мусорному ведру, нажала педаль ногой и, глядя мужу прямо в глаза, перевернула тарелку. Сочные куски мяса, ароматный соус, овощи — всё полетело в пакет с очистками.
Шлеп.
Игорь вытаращил глаза. У него челюсть отвисла так, что туда мог бы залететь бомбардировщик.
— Ты что творишь, дура?! — заорал он. — Ты нормальная вообще? Я голодный!
— Ты же сказал, это невозможно есть, — Лена пожала плечами, словно ничего не произошло. — Я исправлюсь. Раз мой труд ничего не стоит, то и результат, видимо, тоже нулевой.
Она поставила пустую тарелку в раковину.
— Ты совсем с катушек слетела? — Игорь вскочил, лицо его пошло красными пятнами. — А что я жрать буду?
— В холодильнике есть хлеб. И майонез. Приятного аппетита, сладкий пирожочек, — бросила она и вышла из кухни, оставив мужа наедине с его возмущением и пустым желудком.
Игорь еще долго гремел на кухне, хлопал дверцами шкафов и орал что-то про неблагодарных баб, но Лена уже не слушала. Она надела наушники, включила музыку и открыла банковское приложение.
«Исправлюсь, — подумала она с холодной улыбкой. — Обязательно исправлюсь. Так исправлюсь, что ты, милый, всю жизнь помнить будешь».