Виталий написал мне в пятницу вечером: "Там, где я сейчас, холодно и пусто. А с тобой тепло. Давай не будем ждать — переезжай ко мне. Или я к тебе — без разницы. Главное, быть рядом".
Я сидела на кухне с кружкой остывшего чая и перечитывала сообщение. Мы познакомились десять дней назад в книжном магазине на Тверской — я выбирала подарок племяннице, он стоял в отделе классики, листал Набокова. Заговорили случайно — я попросила помочь достать книгу с верхней полки. Он улыбнулся, достал, спросил: "А вам самой Набоков нравится?" Разговорились.
Встретились на следующий день в кафе. Проговорили пять часов — про книги, про разводы (у него — семь лет назад, у меня — четыре), про работу (он менеджер в производственной компании, я преподаю английский в частной школе). Виталий был спокойным, уверенным, слушал внимательно. Не лез с комплиментами, не хватал за руки — просто смотрел заинтересованно.
На второй встрече мы гуляли по Патриаршим прудам. Он держал меня за руку, говорил, что устал быть один, что хочет просыпаться рядом с кем-то, кто понимает. Я слушала и думала: мне сорок шесть лет, я устала от сайтов знакомств, от мужчин, которые ищут развлечение на вечер. А тут человек, который хочет серьёзного.
И вот — его сообщение про переезд. Быстро? Да. Но в сорок шесть лет уже не хочется тянуть годами — либо подходим, либо нет. Ответила: "Давай попробуем. Переезжай ко мне в эти выходные".
Он приехал в субботу с двумя чемоданами и коробкой инструментов
Виталий позвонил в дверь в девять утра. Открыла — он стоял с большим чемоданом, спортивной сумкой и ящиком с инструментами. Улыбнулся:
— Привет! Вот, взял всё самое нужное. Остальное потом привезу.
Занесли вещи. Он сразу начал распаковываться — повесил рубашки в шкаф, расставил книги на полке, поставил свою кофемашину на кухне рядом с моей. Двигался быстро, уверенно. Я спросила:
— Вить, а ты не торопишься? Может, сначала освоимся, потом вещи раскладывать будем?
Он обнял меня:
— Тома, зачем медлить? Мы же решили попробовать по-настоящему. Значит, надо сразу жить по-настоящему, а не играть в гостей.
Звучало логично. Я кивнула.
К вечеру он уже переставил мебель в зале — передвинул кресло к окну, диван развернул по-другому. Сказал:
— Так удобнее. Смотри, света больше, пространство лучше.
Я промолчала. Подумала: ну мужчина, хочет обустроить пространство. Нормально же.
Первая неделя — он был идеальным. Почти
Виталий варил кофе по утрам, мыл посуду, гладил мои блузки перед работой. Говорил: "Иди, отдыхай, я сам". Встречал меня с работы с цветами — не дорогими, скромными хризантемами из "Ашана", но приятно. Мы готовили ужины вместе, смотрели сериалы, болтали до полуночи.
Но были мелочи, которые я старалась не замечать.
Он начал критиковать мои вещи. Посмотрел на мою сковородку:
— Тома, это же тефлон облезлый. Надо выкинуть, куплю нормальную.
Открыл шкаф с одеждой:
— Столько вещей, а носишь одно и то же. Надо разобрать, половину выкинуть.
Полез в холодильник:
— У тебя майонез просроченный лежит. Я вообще за порядком слежу — давай я буду продукты проверять?
Я отвечала спокойно: "Хорошо", "Давай", "Как скажешь". Думала: мужчина хочет помочь, заботится. Но внутри начинало нарастать ощущение, что я теряю контроль над собственным пространством.
Вторая неделя — начались разговоры про деньги
В понедельник вечером Виталий сидел на кухне с калькулятором, что-то считал. Я спросила:
— Что считаешь?
Он поднял голову:
— Коммуналку. Слушай, Том, а давай я пока не буду скидываться? У меня сейчас финансово туго — клиент задержал оплату, должен через месяц отдать. Ты же не против?
Я засомневалась:
— Вить, ну ты же живёшь здесь. Коммуналка же выросла — вода, свет, отопление.
— Понимаю, — он кивнул серьёзно. — Но это временно. Клиент заплатит — я сразу компенсирую. Даже больше дам. Просто сейчас правда сложно.
Я согласилась. Подумала: ну бывает, задержки с оплатой.
Через три дня он попросил:
— Том, выручи, переведи пять тысяч. Надо маме лекарства купить срочно, а у меня карта заблокирована — банк какую-то проверку проводит.
Перевела. Ещё через неделю:
— Можешь десять тысяч дать в долг? Машину чинить надо, без неё на работу не доберусь.
Дала. Начала считать — за две недели я дала ему пятнадцать тысяч и оплачивала всё: продукты, такси, рестораны.
Третья неделя — я начала проверять
Виталий говорил, что работает менеджером по продажам в производственной компании. Я зашла на сайт этой компании — посмотрела список сотрудников. Его имени не было. Написала в чат поддержки: "Скажите, у вас работает Виталий Сергеевич Комаров?" Ответили через час: "Нет, такого сотрудника нет".
Я сидела с телефоном в руках и чувствовала, как внутри всё холодеет. Он врёт про работу. Значит, врёт не только про это?
Вечером спросила осторожно:
— Вить, а как дела на работе? Клиент заплатил?
— Пока нет, — он не поднял глаз от телефона. — На следующей неделе обещал.
— А компания как называется, где ты работаешь?
Он замялся на секунду:
— "ПромСнаб". А что?
— Просто интересно.
Я нашла сайт "ПромСнаба". Позвонила в отдел кадров на следующий день. Спросила про Виталия Комарова. Мне сказали: "Такой у нас не работает и не работал".
Звонок от незнакомой женщины — и вся правда
В четверг вечером мне позвонил незнакомый номер. Я взяла трубку:
— Алло?
— Здравствуйте. Меня зовут Лариса. Простите, что беспокою. Вы встречаетесь с Виталием Комаровым?
Я замерла:
— Да. А вы кто?
— Я та, у кого он жил до вас.
Мы встретились на следующий день в кафе на Арбате. Лариса оказалась женщиной лет пятидесяти, ухоженной, спокойной. Села напротив меня, заказала чай. Посмотрела мне в глаза:
— Он у вас сейчас живёт?
— Да, третью неделю.
Она кивнула:
— Значит, всё по графику. Слушайте, я не хочу вас пугать. Просто расскажу свою историю — а вы решайте сами.
И она рассказала. Виталий познакомился с ней восемь месяцев назад. Тоже быстро предложил переехать. Жил у неё четыре месяца. Не работал — врал про задержки зарплат, про больную мать, про машину, которую надо чинить. Брал деньги в долг, не возвращал. Пытался даже оформить на её имя кредит — "временно, пока у меня с банком проблемы решатся".
Она выгнала его, когда узнала, что он параллельно общался ещё с двумя женщинами на сайтах знакомств. Искал, к кому переехать следующей.
— Он делает так постоянно, — сказала Лариса. — Находит женщину, быстро въезжает, живёт за её счёт, пока она не выгонит. Потом ищет новую. Это его стратегия выживания. Бегите от него
Я сидела и слушала. Всё встало на свои места.
Я выгнала его в тот же вечер. Без скандала
Пришла домой. Виталий лежал на диване, смотрел футбол, ел чипсы. Я села в кресло напротив. Сказала спокойно:
— Виталий, собирай вещи. Съезжай.
Он поднял голову:
— Что? Почему?
— Потому что ты врёшь. Ты не работаешь в "ПромСнабе". Ты вообще нигде не работаешь. Ты живёшь за счёт женщин — переезжаешь, обещаешь вернуть деньги, а потом ищешь следующую. Я говорила с Ларисой.
Он побледнел. Сел на диване, опустил голову.
— Тома, послушай...
— Нет, — перебила я. — Я не буду слушать. Собирай вещи. Сейчас.
Он попытался ещё раз:
— Дай мне шанс объяснить! Я правда искал работу, просто не везло...
— Виталий, ты врал мне с первого дня. Ты не искал работу — ты искал, где пожить бесплатно. А я не общежитие. Уходи.
Он собрал вещи за полчаса. Взял чемоданы, коробку с инструментами. На пороге обернулся:
— Зря ты так. Я правда хотел с тобой что-то построить.
Я закрыла дверь. Не ответила.
Что я поняла после этой истории
Прошло два месяца. Лариса написала мне на прошлой неделе: "Виталий снова в сети знакомств. Пишет девушкам про книги и Набокова. Предлагает встретиться в книжном магазине. Схема та же".
Я не удивилась. Просто поняла главное: когда мужчина торопится въехать через неделю знакомства — это не страсть. Это расчёт. Настоящая любовь не требует съезжаться на второй неделе. Настоящая любовь даёт время узнать друг друга.
А Виталий не искал любовь. Он искал бесплатное жильё с бонусом в виде денег на "лекарства маме" и "ремонт машины". И таких, как он, много. Они обаятельные, внимательные, говорят правильные слова. Но за этим стоит только одно — желание устроиться за чужой счёт.
Теперь я знаю: если мужчина торопит переехать, не имея стабильного дохода, не предлагая разделить расходы, значит, он ищет не партнёршу, а спонсора. И называет это любовью.
Сталкивались ли вы с мужчинами, которые быстро предлагают съехаться, а потом оказываются паразитами?
Нормально ли переезжать к партнёру через неделю знакомства или это всегда красный флаг?
Права ли женщина, выгнавшая мужчину без "второго шанса", или надо было дать ему возможность исправиться?