Тишина в квартире давила на уши. Только дождь монотонно барабанил по оконному стеклу и размывал огни вечернего города. Анна потерла виски. Мигрень снова вернулась, верная спутница отчетов и дедлайнов.
Она бросила взгляд на стул в спальне. Пиджак Игоря висел небрежно, одним рукавом и касался пола. Привычка мужа бросать вещи, где попало, раньше раздражала, а сегодня вызывала лишь усталую улыбку. Мужчины — большие дети.
Анна подошла, подняла ткань. Шерсть на ощупь мягкая, теплая. Пора в химчистку, а перед сдачей по привычке обязательная проверка карманов. Игорь вечно забывает там важные визитки, флешки или мелочь.
Пальцы привычно скользнули за шелковую подкладку. Пусто, второй карман.
Кончики пальцев нащупали комок смятой бумаги.
Анна извлекла находку, разгладила на ладони. Это всего лишь чек.
Глянцевая лента термобумаги отразила свет торшера. Взгляд зацепился за логотип. Ювелирный дом «Эстет». Золотые вензеля на белом поле. Сердце ушло в пятки. Это не супермаркет у дома. Это мир витрин с бархатом и охранников в строгих костюмах.
Глаза побежали по строкам, и Анна пыталась осмыслить содержание расправленной бумажки.
Дата: вчерашний вечер, 19:42.
Наименование: Браслет «Северное сияние». Золото 585, вставки — бриллианты.
Сумма: восемьдесят девять тысяч рублей.
Воздух в комнате вдруг стал горячим. Восемьдесят девять тысяч. Почти две зарплаты Игоря. Месяц назад они до хрипоты спорили из-за цены на новую плитку в ванную. Игорь морщился при рассмотрении счетов за коммунальные услуги, постоянно предлагал отказаться от доставки еды.
А вчера он купил браслет.
Ее первая реакция холодный и колючий гнев. Он тратит общие накопления за спиной, скрывает доходы и лжет про тяжелые времена в компании.
Но тут взгляд Анны упал на настенный календарь.
Красный маркер обводил дату через три недели, двадцать восьмое число.
Анна съежилась. Гнев схлынул и уступил место горячей, будоражущей волне. Стыд залил щеки.
Конечно, её юбилей. Тридцать лет.
Пазл сложился мгновенно. Вчерашняя задержка мужа на работе. «Аврал, шеф лютует». Маленькая ложь, а фактически он ездил выбирать подарок для нее. И не обычный дежурный сертификат или духи, а настоящую драгоценность. Вещь, достойную королевы.
Анна прижала чек к груди. Бумага тихо шуршала. Муж помнит, готовит сюрприз. Ради её улыбки Игорь вывернул карманы, пожертвовал заначкой на ремонт, может, даже влез в долги.
Как же она ошибалась, когда считала их брак скучной рутиной. За серыми буднями, за разговорами об ипотеке и продуктах скрывался тот самый Игорь — романтик, способный на широкие жесты.
Скрежет ключа в замке входной двери заставил Анну вздрогнуть.
Игорь пришел.
Анна судорожно сунула чек обратно во внутренний карман. Руки дрожали, но нельзя подавать виду. Сюрприз пусть остается роскошной неожиданностью. Ей надлежит сыграть полное неведение. Испортить ему момент недопустимо.
— Аня? Я дома!
Голос мужа звучал глухо. Обычная интонация человека, кто девять часов подряд пялился в монитор.
Она поправила волосы перед зеркалом, натянула на лицо спокойную улыбку и вышла в коридор.
Игорь развязывал шнурки мокрых от дождя ботинок. Плечи опущены, узел галстука сбился набок, вид измотанный.
— Привет, — Анна подошла, обняла его, вдохнула запах сырости и одеколона. — Устал?
Игорь тяжело выдохнул, уткнулся носом ей в макушку.
— Адский день. Клиенты взбесились. Шеф снова требовал отчеты за прошлый год. Голова раскалывается.
Анна погладила его по спине. Врет искусно и привычно. А ведь она верила ему все эти годы. Она принимала за чистую монету каждое его слово про изнеможение. Оказывается, эта маска скрывает подготовку к празднику.
— Иди умывайся, — мягко сказала она. — Ужин на столе. Твое любимое рагу.
Игорь кивнул, потер переносицу.
— Ты лучшая. Я только в душ на пять минут.
Анна вернулась на кухню. Привычные движения успокаивали. Достать тарелки, нарезать хлеб. Но внутри всё пело. Мир вокруг изменился. Стены квартиры больше не казались клетушкой. Теперь это уютное гнездо, полное любви.
Она живо представляла этот момент. Утро дня рождения, муж достанет бархатную коробочку. Её глаза расширятся от удивления (необходимо сыграть достоверно). Золото охватит запястье, бриллианты поймают луч солнца.
Это награда за пять лет брака, за терпение и поддержку. Они справятся с ремонтом позже. Плевать на плитку. Главное - семейные отношения.
Игорь вошел на кухню, переодетый в домашние штаны и растянутую футболку. Волосы мокрые, и Анне это очень нравилось. Он сел за стол, жадно откусил кусок хлеба.
— Как твой день? — спросил он с набитым ртом.
— Спокойно, — Анна поставила перед ним тарелку. — Разбирала шкафы. Кстати, твой синий пиджак требует чистки, завтра отнесу.
Игорь подобрался, а вилка зависла в воздухе. Взгляд метнулся к ней — острый, напряженный, почти испуганный.
— Ты трогала пиджак?
Голос прозвучал резче, чем следовало. Анна внутренне сжалась от нежности. Он боится, что она нашла тайник с подарком. Милый, глупый конспиратор.
— Только посмотрела на пятно на лацкане, — солгала она легко и наслаждалась этой игрой. — А что? Там что-то важное?
Игорь медленно выдохнул. Напряжение покинуло плечи. Он отправил в рот кусок мяса, прожевал.
— Нет. Попросту... рабочие записи. Не хочу, чтобы потерялись. Я сам проверю карманы перед химчисткой. Не трогай, ладно?
— Конечно, — кивнула Анна и спрятала улыбку в чашке чая. — Разберись сам.
Она смотрела на мужа поверх кружки. Теперь каждое его движение наполнялось тайным смыслом. Вот он хмурится и глядит в телефон — наверное, проверяет статус заказа или баланс карты.
— Игорь, — начала она осторожно. — Мама звонила. Спрашивала, что мы планируем на мой день рождения. Может, ресторан?
Он поднял глаза, и во взгляде мелькнуло раздражение.
— Ань, давай скромнее. Денег в обрез. Ты же знаешь ситуацию на рынке. Премии урезали, голый оклад.
«Премии урезали, а на браслет хватило», — подумала она с теплотой. Он специально прибедняется. Нагнетает атмосферу, чтобы эффект от подарка вышел ярче. Чтобы она совсем отчаялась ждать чуда, а потом — бах! И салют.
— Я понимаю, — кротко согласилась она. — Давай тихо, по-семейному, дома.
Игорь отложил вилку.
— Вот и умница. Сейчас не время шиковать. Нам бы ипотеку закрыть досрочно. Я стараюсь, Аня, лезу из кожи вон. Но я не печатаю деньги.
Его тон стал назидательным. Если бы не чек в кармане пиджака, Анна почувствовала бы вину за свои запросы. Но сейчас его слова звучали как часть спектакля.
— Ты у меня молодец, — она накрыла его ладонь своей. — Я ценю всё, что ты делаешь.
Игорь слабо улыбнулся, сжал её пальцы в ответ. Ладонь у него оказалась влажной.
— Спасибо. Я пойду прилягу, сил нет.
Он встал и оставил недопитый чай в кружке. Анна проводила его взглядом.
— Отдыхай. Я уберу посуду.
Она осталась одна на кухне. Звон тарелок, шум воды, обычный вечер. Но реальность вокруг Анны засияла новыми красками. Серые будни расцветили искры будущих бриллиантов. Она чувствовала себя самой счастливой женщиной в мире, любимой и значимой.
За окном продолжал лить дождь и смывал грязь с улиц. Анна вытерла руки полотенцем и посмотрела на свое отражение в темном окне. Оттуда на нее глядела женщина с сияющими глазами.
Три недели до праздника превратились для Анны в странную, тягучую игру. Она носила свою тайну как хрустальную вазу — бережно и очень боялась разбить неловким движением.
Реальность в квартире изменилась. Раньше разбросанные носки Игоря вызывали раздражение, теперь — лишь снисходительную усмешку. Его молчание за ужином больше не казалось равнодушием. Анна видела в этом сосредоточенность человека, кто планировал грандиозное событие. Она наливала ему чай, подкладывала лучшие куски мяса и ловила каждый взгляд.
Игорь вел себя нервно.
Он вздрагивал от телефонных звонков. Экран смартфона всегда лежал стеклом вниз. Стоило Анне войти в комнату, как он гасил дисплей и прятал гаджет в карман.
— Работа, — бросал он отрывисто. — Клиенты пишут даже ночью.
Анна кивала. Внутри разливалось тепло. «Конспиратор», — думала она с нежностью. Наверняка обсуждает детали доставки браслета ко мне в офис или гравировку». И в ее голове возникла надпись: «Любимой Анне». Поэтому и звонит мастеру, узнает готовность. Она подыгрывала ему, делала вид, что верит в эти бесконечные рабочие чаты.
Однажды вечером Игорь вернулся позже обычного. От его пиджака пахнуло чем-то чужим. Сладкий, резкий аромат ванили и мускуса.
Анна замерла в коридоре с пальто Игоря в руках. Запах ударил в нос, защекотал ноздри.
— Ты где задержался? — спросила она легко и стряхнула невидимую пылинку с плеча мужа.
Игорь отвел глаза. Он возился со шнурками слишком долго.
— В торговом центре. Искал... запчасти для машины. В отделе автохимии такая вонь стоит, просто ужас. Голова кругом.
Продолжение.