Иногда катастрофа выглядит как мгновенное исчезновение: ночью, в шторм, без времени на эвакуацию и без точных координат. Именно так в сентябре 1928 года в Джорджиан Бей (озеро Гурон) пропал пассажирско грузовой пароход «Манасу», а спустя десятилетия его нашли почти целым, с автомобилем в трюме.
Судно с длинной биографией
Пароход начинал службу под именем «Макасса» и был построен для канадских линий Великих озер, а на воду его спустили в Глазго в 1889 году.
К концу 1927 года судно продали в Оуэн Саунд, в зимний сезон 1927-1928 переименовали в «Манасу» и поставили на маршрут по Джорджиан Бей и Северному каналу с заходами в порты вдоль берега.
Это был типичный для эпохи универсальный перевозчик: пассажиры, штучный груз и даже живой скот могли идти одним рейсом, если так складывалась экономика маршрута.
Рейс, который не должен был стать последним
В сентябре 1928 года «Манасу» завершал сезонные рейсы и получил отдельное задание: забрать стадо с порта Манитованинг на острове Манитулин.
Вечером в пятницу 14 сентября судно вышло из Манитованинга, везя 47 голов скота в средней палубе ближе к корме и еще 69 впереди.
Животных держали в загонах, но не привязывали, и это было обычной практикой, хотя именно при такой схеме скот мог смещаться внутри загонов и давать опасный крен.
Вместе с грузом на борту был фермер Дональд Уоллес, владелец стада, а также пассажир Томас Ламберт.
Судно прошло инспекцию и имело требуемое количество шлюпок и спасательный плот.
По данным прессы и реконструкций, всего на борту было 21 человек и 116 голов скота.
Что произошло у острова Гриффит
К трем часам ночи 15 сентября «Манасу» оказался у острова Гриффит, шел в ложбинах волн и сильно качался.
Командование сначала не считало ситуацию критической, часть команды спала в каютах, что типично для ночного перехода, пока судно просто «работает» в непогоде.
Затем капитан заметил, что корабль не только оседает, но и получает крен на левый борт, после чего события пошли очень быстро.
В дайверских и журналистских источниках подчеркивается скорость финала: судно исчезло в считаные минуты, а люди не успели организованно занять средства спасения.
Официальный разбор после катастрофы указывал на проблему загрузки и действий командования, а комиссар по расследованию аварий прямо критиковал капитана и первого помощника за плохую укладку, безразличие и пренебрежение обязанностями.
В терминах морской практики это сводится к простому правилу: даже «обычный» шторм становится смертельно опасным, когда остойчивость съедена неправильным размещением массы.
Шесть на плоту и 60 часов дрейфа
Спастись удалось не всем: за спасательный плот смогли уцепиться шесть человек, среди них Дональд Уоллес и несколько членов экипажа, включая капитана Джона Маккея.
Их унесло в открытую воду, и около 60 часов люди дрейфовали в холодной и грубой погоде: днем обгорали на солнце, ночью мерзли.
Один человек не выдержал и умер во время дрейфа, а когда мимо прошел пароход «Манитоба», на плоту оставалось уже пятеро.
Пятерых подняли на борт и доставили в Оуэн Саунд.
По итоговой сводке, погибло 16 человек.
После спасения район прочесывали буксиры и самолеты, но других выживших не нашли.
Почему место крушения оставалось тайной
Сегодня кажется, что найти затонувшее судно в озере проще, чем в океане, но в 1928 году это было совсем иначе. Тогда не было ни массового бокового сонарного поиска, ни привычной нам точной навигации для фиксации точки бедствия в штормовую ночь.
Поэтому трагедия закрепилась в памяти как история о корабле, который «пропал» у острова Гриффит, но без точного адреса на дне.
Интерес к ней поддерживала редкая для Великих озер деталь: вместе со скотом на борту оказался легковой автомобиль.
Находка 2018 года: «заморожено во времени»
Точку в загадке поставили технологии и упорство исследователей: в июне 2018 года команда, связанная с морским историком Крисом Колом, обнаружила «Манасу» примерно в километре от острова Гриффит.
По описаниям, корпус стоит ровно и выглядит «почти в идеальном состоянии», а глубина порядка 205 футов, то есть около 62 метров.
Холодная пресная вода Великих озер действительно часто дает эффект отличной сохранности, поэтому на таких глубинах можно увидеть детали интерьера и предметы быта.
Самая обсуждаемая находка внутри - автомобиль Шевроле купе 1927 года, который принадлежал Дональду Уоллесу и попал на борт перед рейсом.
В дайверском описании уточняется, что это Шевроле АА «Капитол» купе, и машина до сих пор стоит у грузового проема на нижней палубе.
На месте также отмечали следы груза и то, что судно ушло на дно кормой вперед, что совпадает с рассказами о стремительном финале.
Что было главной причиной
Если убрать легенды и оставить технику, картина выглядит приземленно. Официальные материалы подчеркивали неправильную укладку и связанные с ней действия экипажа, а также то, что скот мог собраться на одном борту внутри загонов и дать опасный крен.
Дайверские реконструкции добавляют к этому штормовую обстановку у острова Гриффит и общую уязвимость сравнительно узких и высоких прибрежных пароходов при потере остойчивости.
Итоговая формула простая: возраст и опыт судна не спасают, если масса размещена так, что при качке начинает «работать» против корабля.
Вопрос к вам
Как вам кажется, что в таких рейсах опаснее всего: шторм, живой груз или человеческий фактор?
Хотели бы вы увидеть поднятие автомобиля из трюма, или такие находки правильнее оставлять на месте как подводный музей?
Напишите в комментариях, как вы оцениваете эту историю.