Начало:
Федор Николаевич с опаской отнесся к нашему визиту, но вскоре вспомнил, что видел меня в соседней подъезде и немного расслабился. Узнав о том, что Никита недавно потерял отца, он немного смягчился и кажется даже позволил нам разделить его печаль.
Мужчины достаточно быстро нашли общий язык, а я вскоре почувствовала себя может и не лишней, но не нужной в их обществе, потому извинилась, сослалась на усталость и ушла домой.
Только теперь заметила, что телефон мой разрядился в ноль. Стоило мне его включить, как пришло сообщение о четырех пропущенных звонках от Александра Сергеевича и одно короткое сообщение:
Оксана Михайловна, не могу дозвониться дор вас. Все нормально?
Тут же набрала ответ:
Все хорошо. Телефон разрядился. Что-то случилось?
Несколько секунд и новое сообщение.
Я отправил вам на почту несколько вариантов кабинета. Желательно просмотреть их до утра и сделать выбор. В остальном все хорошо.
Заходу в почту и начинаю разглядывать варианты.
- Мебель из темного дерева, пастельных тонов стены, много света, удобное расположение, но с претензией на дороговизну.
- Мебель из светлого дерева, стены серого цвета, все какое-то блеклое и неприметное, навевающее тоску.
- Кабинет оборудован в черно-белом цвете
- Скорее это кабинет художника-абстракциониста, нежели деловой леди.
Дальше я смотреть не стала. Просто написала:
Александр Сергеевич, я в этом мало понимаю, но давайте не будем кидаться из в крайности в крайность. Мои пожелания и предпочтения: стены теплых светлых тонов. Мебель род дерево (не сильно темное, но и не сильно светлое) и что-нибудь радующее глаз (яркое пятно в интерьере или картина с летним солнечным днем...)
Не дожидаясь ответа, оставила телефон заряжаться в комнате, а сама пошла в кухню мыть посуду.
Едва капнула на губку моющего средства, как за моей спиной послушалось:
-В мое время уважающие себя женщины не позволяли себе оставить посуду в раковине и уйти. Пока все не вымоют - с кухни ни шагу!
Оборачиваюсь и вижу неприятного вида мужчину 45-50 лет. На нем костюм а-ля семидесятые, в тон к нему шляпа.
-А в мое время уважающие себя мужчины в помещении снимают шляпы, особенно в присутствии дамы, - парировала я.
-Да как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне! - возмутился призрак.
-П-шёл вон! - с раздражением бросила я и стала мыть посуду.
За спиной тишина. Ушел. Странно. Впрочем, ничего странного (мне же говорили, что я и только я решаю с кем из призраков общаться, а кого посылать лесом или полем).
Вымыла наши с Никитой тарелки с кружками, протерла раковину и все это под непрекращающимся зудом выяснить кто это был и что ему нужно.
-Спеси поубавилось? Готов разговаривать на моих условиях? - спросила я у воздуха вокруг себя.
_Да кто ты такая, чтобы диктовать мне условия? - взревел воздух без изображения.
-Значит пасись и забудь сюда дорогу! - выкрикнула я в ответ, схватила с подставки нож и рубанула им воздух крест на крест. - Я закрываю тебе вход в мир людей раз и навсегда!
В ответ раздалось какое-то нечленораздельное бульканье, следом за которым наступила тишина.
Повинуясь инстинкту, я достала из шкафчика огарок свечи (как-то случился у нас зимой ураганный ветер и оборвало провода, тогда Вера поделилась со мной половиной свечки), зажгла ее и прошла по всей квартире, заглядывая в каждый уголок. Не помню, чтобы я говорила что-то в это время, но задувая свечу четко произнесла:
-Да будет так!
В это мгновение мне показалось, что воздух в квартире стал чище и, как мне показалось, появилось что-то отдаленно напоминающее ладан.
Я посмотрела на часы.
21-20.
Вряд ли Вера в такое время спит, потому, думаю можно позвонить ей и уточнить кое-какие детали.
Вера ответила практически сразу.
-Алло.
-Верунчик, ты еще не спишь?
-Нет. По интернету гуляю.
-Я хотела кое-что спросить... ты ко мне или я к тебе?
-Лучше ты ко мне. Я хоть и не собираюсь пока спать, но уже гуляю по квартире в пижаме.
Переходя из одной квартиры в другую, я поняла, что не могу спросить у неё в лоб о незваном госте из потустороннего мира. И тут же ответила сама себе:
-Я же могу сказать, что видела его во сне!
-Чай? - спросила соседка, едва я вошла к ней.
-Какой чай, когда скоро спать, - рассмеялась я, усаживаясь в мягкое комфортное кресло в ее гостиной. - Я собственно заглянула поинтересоваться: вы в этом доме с какого года живете?
Вера нахмурилась.
-Я с восьмидесятого года рождения, а мне четыре года было, когда родители квартиру здесь получили. В девяносто девятом я замуж выскочила и уехала к мужу, но через полгода мы развелись...
-Так ты сейчас во втором браке? - удивилась я.
Хозяйка улыбнулась.
-Вообще-то в третьем, но мужей у меня было два.
Я замотала головой.
-Ничего не понимаю.
Теперь соседка рассмеялась в голос.
-А что тут понимать? Мы с Юркой поженились, когда нам по 19 дет было и уехали к его родителям. Они обещали и с жильем помочь и с работой, а на поверку оказалось, что им нужна была бесплатная прислуга в моем лице. Юрка слова в мою защиту сказать не мог - боялся родителей. Я через полгода подала на развод, собрала вещички и отбыла к своим родителям.
Лицо Веры из улыбающегося превратилось в грустное.
-Пытаясь забыть Юрку, быстро выскочила замуж во второй раз. Он был хорошим человеком и искренне любил меня, а я... я не могла забыть Юрика. Муж хотел нормальную семью, детей, а мне казалось, что если рожу от него, то предам этим самым Юрку.
-А Юрка?
-Юрку родители обработали, как следует и через год он тоже женился. Жил с новой женой, а думал обо мне. На этой почве у них в посте ли разлад пошел. Вторая-то его жена, в отличие от меня не была бесплатной прислугой - у нее денежки водились и теперь ей прислуживать надлежало. А зачем ей муж с которого там проку мало, зарабатывает меньше ее? Выпнула она муженька через два года.
Вера вздохнула.
-Родители начали поедом есть и Юрка ушел из дома, несколько лет скитался, потом присел на три года. Освободился в 2009 году и сразу ко мне. Я как раз только-только развелась со своим вторым мужем. не смогла я полюбить его, а жить без любви больше не хотела. Полтора года скрывались с Юриком. Не знаю почему, но мне стыдно было сказать родителям, что мы снова вместе.
Она помолчала.
-Я-то при разводе ничего не просила, но второй муж настоял на обмене нашей квартиры на две однушки. Там мы с Юриком и встречались. Когда я забеременела Юлей, решили, что дальше тянуть некуда и поставили родителей в известность. Мои обрадовались за меня, что наконец внуков понянчат. С его родителями было немного сложнее. Они настаивали на том, чтобы мы вновь жили у них.
Засмеялась.
-Юрка им сказал: "Спасибо, вы уже однажды развели нас! Теперь мы с вами будем общаться исключительно на расстоянии. Приехали друг к другу в гости на недельку и по домам!"
Вера помолчала вспоминая события того времени.
-Юляшке восемь месяцев было, когда я вновь забеременела. Решили рожать, пока не поздно. Родители сказали, что не правильно, когда они вдвоем в просторной двушке, а мы вчетвером в однушке ютиться будем и настояли на обмене. В марте 2013 года мы поменялись квартирами, а в июне у нас Аришка родилась.
Она приподняла бровь.
-Ты же не для того, чтобы узнать о моей жизни спросила сколько я тут живу?
Я немного смутилась.
-Мне просто уже несколько раз снился какой-то неприятный дядечка, который во сне говорит, что жил когда-то в этом доме. Хотела выяснить правда ли тут такой жил.
Вера улыбнулась.
-В коричневом костюме а-ля семидесятые и в шляпе?
Сижу, смотрю на соседку, хватаю ртом воздух и слова сказать не могу.
Она рассмеялась и слегка нахмурила брови.
-Как же его звали-то? Георгий Денисович или Денис Георгиевич? не могу вспомнить! Мы же квартиру тогда в новостройке получили. Папе от завода дали. Не только папе, а и многие заводчане получили тогда квартиры здесь.
Почесала затылок.
-Не могу сказать, по какой причине, но, как рассказывали родители, в каждом подъезде по две квартиры выделялось врачам, учителям, и сиротам, а все остальные распределялись между заводчанами. Так вот этот не то Георгий Денисович, не то Денис Георгиевич жил как раз в той квартире, где ты сейчас.
Женщина поморщилась.
-Вредный такой дядечка был. Не могу сказать работал ли он на заводе или был из числа тех, кому выделяли квартиры помимо заводчан. Сколько его помню, постоянно ходил в этих костюме и шляпе, на всех ворчал, со всеми ругался, всем права качать пытался.
Она вдруг замерла, глядя в одну точку, резко выкрикнула:
-Вспомнила! Говорили, что он где-то проворовался! Мол, такой правильный был, всех жизни учил, а сам хуже многих соседей оказался. Мне тогда лет десять, наверное было. Сама не видела, но слышала, как люди рассказывали, что когда приехали к нему с конфискацией, понадобилось две машины.
Я кивнула на стену.
-В этой однушке столько уместилось?
Вера пожала плечами.
-Что от людей слышала, то и говорю. Народ еще смеялся, что ходил вечно в одном и том же, вроде бы и не видно было, чтобы носил домой что-то, а там столько всего оказалось.
-Так может там хлам с мусорки был? - предположила я.
-Я так понимаю, хлам с мусорки не стали бы конфисковывать.
-Тоже верно.
-Повторюсь: сама не видела, чего и сколько вывозили, только слышала разговоры взрослых. Квартира какое-то время стояла пустая (вероятно, пока следствие шло), а потом в нее заселилась Галина Ильинична. Ну , а после нее ты. Что он во сне говорит-то? - поинтересовалась Вера.
-Орать, да права качать пытается. Помню только, что-то вроде "в наше время" и: "Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне?"
Вера рассмеялась.
-Наверное, во сне ты посмела против шерсти погладить спесивого дядечку.
-Вероятно, - согласилась я. - Ты извини, что пришла с расспросами так поздно. Спокойной ночи.
-Спокойной ночи!
Я вернулась домой и попыталась переварить полученную информацию, но быстро уснула.
Продолжение:
Другие публикации канала: