Я провела рукой по стене в гостиной. Обои отслоились полосой, обнажая серый бетон. Под пальцами шершавая поверхность, холодная и неприятная.
Пять лет назад эта квартира досталась мне от бабушки. Пять лет я обещала себе — вот соберу денег, вот сделаю ремонт. Но всегда находилось что-то важнее. Новый телефон Олегу. Отпуск на море. Долг маме.
На кухне треснул кафель. Трещина шла от угла к раковине, становилась всё длиннее. В ванной плесень въелась в швы между плиткой — я терла, скоблила, ничего не помогало. Паркет скрипел в коридоре так громко, что соседи снизу стучали по батарее.
Олег лежал на диване с телефоном. Листал что-то, не поднимая головы.
— Нам надо делать ремонт, — сказала я.
— Угу.
— Олег, я серьёзно. Посмотри на эту стену. На кухню. На ванную. Мы не можем так жить вечно.
Он оторвался от экрана. Посмотрел на меня хмуро.
— У нас нет таких денег.
— Можем копить. Понемногу. К осени наберём.
— Вера, ты вообще в курсе, сколько это стоит? — он сел, убрал телефон. — Миллион минимум. Откуда у нас миллион?
— Я считала. Если мы будем откладывать по двадцать тысяч в месяц, за полгода соберём сто двадцать. Это уже что-то. Можно начать с самого важного.
Он молчал. Смотрел куда-то в сторону.
— Без фанатизма, — сказал он наконец. — Я не буду жить впроголодь ради твоих обоев.
— Я не прошу впроголодь. Просто немного экономии.
Он пожал плечами. Лёг обратно, уткнулся в телефон.
Я восприняла это как согласие.
Утром открыла накопительный счёт в банке. Перевела первые десять тысяч. Показала Олегу смс от банка.
— Твоя очередь.
Он поморщился, но достал телефон. Через минуту пришло уведомление — ещё десять тысяч.
Двадцать тысяч. Начало.
Я смотрела на сумму на экране и чувствовала, как внутри зарождается что-то похожее на надежду.
***
Спустя полгода. Воскресное утро.
Я варила кофе, когда зазвонил телефон Олега.
— Настя, — сказал он и включил громкую связь.
Голос золовки был звонким, радостным:
— Олежка! Ты не поверишь! Игорь сделал предложение! Мы женимся! В августе!
Олег обнял меня одной рукой, прижал к себе.
— Поздравляю, сестрёнка! Я рад за вас!
Я тоже радовалась. Настя хорошая девчонка. Весёлая, открытая. Мы виделись нечасто, но каждая встреча была приятной. Игорь работал программистом, зарабатывал прилично. Они были счастливы вместе.
— Приеду к вам в гости? — попросила Настя. — Мне столько всего надо рассказать!
Через два дня она сидела у нас на кухне. За чаем. С тортом. С блестящими от счастья глазами.
— Всё будет так красиво! — она показывала фотографии на телефоне. — Ресторан на берегу. Фотограф. Платье кружевное, до пола. Я давно мечтала о такой свадьбе.
— Это всё дорого стоит, — осторожно заметила я.
Настя кивнула. Улыбка стала немного натянутой.
— Да. Вот поэтому я и приехала. — Она посмотрела на брата. — Олежка, нам не хватает. Игорь сменил работу, первую зарплату получит только через месяц. А свадьба уже на носу. Деньги нужны сейчас — бронировать ресторан, вносить аванс фотографу.
Олег напрягся. Я почувствовала это по тому, как он сжал кружку.
— Сколько? — спросил он.
— Сто двадцать тысяч. Я верну. Клянусь. Как только Игорь получит зарплату.
Молчание.
Я вспомнила. Два года назад Настя просила в долг на телефон. Двадцать пять тысяч. Обещала вернуть через месяц. Не вернула до сих пор. Когда я напомнила, обиделась: «У меня сейчас денег нет. Потом отдам».
— У нас самих деньги расписаны, — начал Олег.
Я перебила:
— Нет.
Настя посмотрела на меня удивлённо.
— Что — нет?
— Мы копили полгода. На ремонт. И не собираемся спускать эти деньги на чужую свадьбу.
— Вера! — Настя побледнела. — Это же не чужая! Это моя!
— Ты не вернула прошлый долг. Телефон помнишь?
— Я отдам! Просто сейчас сложно.
— Нет, — повторила я. — Мы откладываем на ремонт. Это наши деньги. На нашу квартиру.
Настя встала. Глаза блестели — от обиды или слёз, непонятно.
— Ясно. Значит, обои важнее счастья родной сестры. Понятно.
Она схватила сумку и вышла. Дверь хлопнула так, что задрожали стёкла в серванте.
Олег сидел мрачный.
— Можно было помочь, — сказал он.
— На какие деньги? На наши накопления?
— Она моя сестра.
— А это моя квартира. И наш ремонт.
Он ничего не ответил. Встал и ушёл в комнату. Закрылся.
Я осталась на кухне. Смотрела на треснувший кафель и думала: правильно ли я сделала?
Но отступать было поздно.
Следующие недели в доме стояла холодная война.
Олег молчал. Приходил с работы, ужинал, уходил в комнату. На вопросы отвечал односложно. Телевизор смотрел до поздней ночи. Я засыпала под гул новостей.
Настя больше не звонила мне. Только ему.
Однажды вечером я услышала, как он разговаривает в ванной. Тихо, почти шёпотом:
— Не могу, Настюха. Вера против... Я понимаю. Но что я могу сделать?
Я стояла за дверью и сжимала кулаки. Он считал меня виноватой. Злой женой, которая не даёт помочь родной сестре.
А мне было всё равно. Пусть считает. Я не собиралась отдавать наши накопления.
Приглашение на свадьбу пришло по почте. Красивый конверт, тиснение золотом. Внутри открытка: «Настя и Игорь приглашают вас разделить радость...»
Моё имя было написано мелким почерком. Будто нехотя.
— Надо купить подарок, — сказал Олег.
— Куплю.
— Дорогой. Хороший сервиз. Она мечтала о таком.
Я промолчала. Пошла выбирать сервиз. Олег настоял на самом дорогом — двенадцать тысяч. Я платила и думала: может, он хоть так пытается загладить вину перед сестрой?
Он стал странным. Рассеянным. Постоянно проверял телефон. Изучал какие-то сайты — я видела краем глаза. Финансовые. Калькуляторы кредитов.
— Ты что-то планируешь? — спросила я однажды.
— Нет, — он быстро свернул вкладку. — Просто смотрю.
Я успокоила себя: наверное, переживает за сестру. Хочет помочь, но не может. Совесть грызёт.
Как же я ошибалась.
За неделю до свадьбы я решила прикинуть бюджет на ремонт.
Шесть месяцев мы откладывали. Сто двадцать тысяч должно было быть на счету. Я хотела посмотреть, на что хватит. Может, можно начать с ванной. Или с кухни.
Села за ноутбук. Открыла приложение банка.
И замерла.
Баланс: 0,00 ₽
Я обновила страницу. Один раз. Второй. Третий.
Ноль.
Нажала на историю операций. Последняя транзакция — три дня назад. Полное снятие средств. Сто двадцать тысяч рублей.
Доступ к счёту был только у меня и Олега. Я ничего не снимала.
Значит, он.
Руки задрожали. Я закрыла ноутбук.
Встала. Прошлась по комнате. Вернулась. Открыла снова.
Ноль.
Он украл наши деньги.
Отдал Насте. На свадьбу.
Предал меня.
Я села на диван. Внутри разгоралась ярость — горячая, яростная, всепоглощающая.
Шесть месяцев. Каждый месяц я отказывала себе в новой блузке. В походе в кино. В такси. Откладывала, копила, мечтала о том, как будет выглядеть наша квартира после ремонта.
А он взял — и снял.
Даже не спросил.
Даже не предупредил.
Просто взял и отдал сестре.
Я распечатала выписку из банка. Села на кухне. Положила бумагу перед собой.
И стала ждать.
Олег пришёл поздно. Около десяти. Довольный. Насвистывал что-то себе под нос.
Зашёл на кухню. Увидел меня. Замер.
— Ты чего не спишь?
Я молча протянула ему выписку.
Он посмотрел. Побледнел.
— Вера...
— То есть ты деньги, которые мы копили на ремонт, отдал сестре на свадьбу? — мой голос был ледяным.
Молчание.
— Отвечай.
— Да, — он опустил глаза. — Ей очень нужно было.
— И ты не спросил меня?
— Ты бы не согласилась!
— Конечно не согласилась бы! — я встала. Кулаки сжались сами собой. — Это наши деньги! Половина — моя! Я не давала согласия!
— Половина — моя тоже! — огрызнулся он. — И я могу распоряжаться своей частью как хочу!
— Ты снял со счёта всё! Не половину! Всё!
— Я верну!
— Когда?! Свадьба через неделю! Деньги уже потрачены!
Он молчал. Отвернулся.
— Насте было нужнее. Свадьба важнее твоих обоев.
Я задохнулась от возмущения.
— Важнее? Моих обоев? Ты серьёзно?
— Да! Это же свадьба! Один раз в жизни!
— А ремонт? Это что, развлечение? Мы живём в разваливающейся квартире!
— Переживёшь. Зато сестра будет счастлива.
Что-то внутри меня щёлкнуло.
— Убирайся из моей квартиры. Прямо сейчас.
Он посмотрел на меня так, будто я сошла с ума.
— Что?
— Ты меня слышал. Вон. Отсюда.
— Вера, ты чего? Остынь. Давай поговорим нормально.
— Мне не о чем с тобой говорить.
— Это моя квартира тоже!
— Нет. Это моя квартира. От моей бабушки. Ты только прописан. И я тебя выписываю. Собирай вещи.
Он пытался успокоить меня. Говорил что-то про эмоции. Про то, что я не понимаю, как это важно для Насти. Что он вернёт деньги. Обязательно вернёт.
Я не слушала. Развернулась и ушла в спальню. Заперлась.
Он ещё долго стоял за дверью. Уговаривал. Потом замолк.
Утром, когда он ушёл на работу, я вызвала мастера. Поменяла замок.
Собрала все его вещи в большие сумки. Вынесла в подъезд. Аккуратно составила у стены.
Вечером он не смог попасть в квартиру. Стучал. Звонил.
Я подошла к двери. Сказала через глазок:
— Твои вещи в подъезде. Забирай.
— Вера, открой! Ну нельзя же так!
— Можно.
— Я вызову полицию!
— Вызывай. Объяснишь им, почему украл деньги с совместного счёта.
Он замолчал.
Через полчаса услышала, как он спускается по лестнице. Тащит сумки. Хлопнула дверь подъезда.
Я села на пол прямо у двери. Руки дрожали.
Всё. Кончено.
Следующий день. Я позвонила Насте.
— Мне надо с тобой встретиться.
— Вера, я не хочу ссориться...
— Это не про ссору. Приезжай. Кафе на Садовой. Час дня.
Настя пришла вовремя. Выглядела растерянной. Села напротив.
— Что случилось? Олег говорит, ты его выгнала.
— Олег украл сто двадцать тысяч с нашего накопительного счёта. И отдал тебе. На свадьбу.
Она побледнела.
— Он... он сказал, что это его деньги. Что он имеет право.
— Половина — моя. Я не давала согласия. Это кража. И ты соучастница.
— Вера...
Я достала листок. Положила на стол.
— Здесь реквизиты. Ты возвращаешь шестьдесят тысяч до конца недели. Или я подаю заявление в полицию. На него — за кражу. На тебя — как на соучастницу.
Настя смотрела на меня широко открытыми глазами.
— Но свадьба через три дня! Всё оплачено! Я не могу!
— Это твои проблемы.
— Вера, пожалуйста! Я мечтала об этой свадьбе!
— Я мечтала о ремонте. Копила шесть месяцев. А твой брат украл эти деньги.
— Но я не знала!
— Знала или нет — мне всё равно. Деньги или полиция. Выбирай.
Она заплакала. Прямо там, в кафе. Всхлипывала, размазывала тушь.
— Я подала на развод сегодня утром, — добавила я. — И я абсолютно серьёзна. До конца недели.
Встала и ушла.
***
Следующие дни были кошмаром для всей семьи Олега.
Настя металась между женихом, матерью и братом. Игорь был в шоке — он не знал, что деньги украдены. Кричал на Настю: «Я бы лучше отложил свадьбу! Работал бы ещё месяц!»
Валентина Ивановна звонила мне. Причитала:
— Верочка, ну нельзя же так! Настенька такая расстроенная! Свадьба сорвётся!
— Она сорвётся, если деньги не вернут.
— Но откуда им взять шестьдесят тысяч за три дня?
— Не знаю. Пусть отменяют ресторан. Или берут кредит. Мне всё равно.
Олег молчал. Жил у матери. Один раз попытался встретиться. Я отказалась.
***
В последний день — за день до свадьбы — Настя приехала. Бледная, с красными глазами.
Молча протянула конверт. Бросила на стол.
— Держи. Ты разрушила мою свадьбу.
Я пересчитала. Шестьдесят тысяч. Всё до копейки.
Убрала деньги.
— Нет. Это сделал твой брат.
Настя развернулась и ушла, хлопнув дверью.
Свадьба состоялась. Но не такая, как мечтала Настя.
Расписались в ЗАГСе. Без ресторана, без фотографа. Скромный ужин в кафе. Настя в простом прокатном платье — белом, но дешёвом. Не кружевном, не до пола.
Игорь смотрел на Олега холодно. Зять оказался ненадёжным. Человеком, который крадёт у собственной жены.
Валентина Ивановна плакала весь вечер. Мечтала о пышной свадьбе для дочери. Получила скромную регистрацию.
Олег пил молча. Чувствовал на себе косые взгляды.
Никто не веселился.
Олег жил у матери. В маленькой однушке. На диване.
Валентина Ивановна качала головой:
— Зачем без согласия деньги снял? Надо было честно попросить.
— Она бы не согласилась!
— Ну и что? Это её право! Половина денег — её!
Он надеялся на поддержку матери. Думал, она встанет на его сторону. Но даже она осудила его.
Настя перестала с ним разговаривать. На звонки не отвечала. Игорь при встрече кивал сухо.
Олег звонил мне. Писал сообщения. Приезжал к дому. Караулил у подъезда.
— Давай поговорим.
Я проходила мимо.
— Вера! Ну остановись!
Не останавливалась.
Однажды он схватил меня за руку.
— Я люблю тебя!
Я остановилась. Посмотрела на него.
— Нет. Ты любишь маму и сестру. А я для тебя — приложение. Кошелёк, из которого можно брать без спроса. Удачи тебе, Олег.
Вырвала руку. Скрылась в подъезде.
Он стоял внизу ещё минут десять. Потом ушёл.
Больше не приходил.
Отношения с семьёй не наладились. Настя не разговаривала. Игорь держал дистанцию. Олег работал, ужинал перед телевизором у матери, спал на диване.
По ночам ворочался. Думал: что, если бы не взял деньги? Если бы поговорил честно? Убедил Веру?
Но поздно.
Он выбрал сестру. И потерял жену.
Через месяц после развода в мою квартиру зашла бригада рабочих.
Прораб — мужчина лет пятидесяти, с седой бородой — осматривал стены.
— Ободрать до бетона. Выровнять. Новые обои. Тут недели две работы.
— Хорошо.
— На кухне кафель менять будем?
— Да. Весь.
— Ванную тоже?
— Всю.
Он кивнул. Записывал что-то в блокнот.
***
Я стояла посреди гостиной. Рабочие сдирали старые обои длинными полосами. Пыль висела в воздухе.
Внутри было странное чувство. Облегчение и пустота одновременно.
Я получила то, чего хотела. Ремонт. Мои деньги. Мою квартиру.
Но почему-то не было радости.
Подруга написала:
«Слышала про развод. Держись!»
Я ответила:
«Всё отлично. Делаю ремонт».
Ремонт шёл два месяца.
Новые окна — пластиковые, тёплые. Стены свежие, ровные, светло-серые. На кухне белый кафель с чёрными вставками. В ванной — бежевая плитка, без плесени.
Паркет отциклевали и покрыли лаком. Больше не скрипел.
Я ходила по квартире и не узнавала её. Другое пространство. Чистое, светлое, новое.
Моё.
Через полгода после начала ремонта я устроила новоселье.
Подруги, коллеги, соседка сверху. Шампанское, закуски, смех.
— Вера, как красиво! — восхищались гости. — Ты молодец!
— Спасибо.
Лучшая подруга Света отвела меня в сторону.
— Как ты? Правда?
— Нормально.
— Не жалеешь?
Я задумалась. Жалела ли?
— Нет. Не жалею.
— Не каждая решится на такое. Выгнать мужа. Потребовать деньги обратно. Разрушить чужую свадьбу.
— Я не разрушала свадьбу. Я вернула свои деньги. Которые он украл.
Света кивнула.
— Ты сильная. Я бы не смогла.
Гости разошлись поздно. Я убрала посуду. Вытерла стол.
Села на диван. Посмотрела вокруг.
Новая квартира. Красивая. Уютная. Моя.
Без мужа, который не уважал меня. Без золовки, которая привыкла брать в долг и не возвращать. Без свекрови, которая считала, что сын должен помогать семье, а не жене.
Встала. Подошла к зеркалу в прихожей. Новому, большому, в красивой раме.
Посмотрела на своё отражение.
Другая женщина смотрела в ответ. Сильная. Уверенная. Та, кем я всегда хотела быть.
Я улыбнулась.
И она улыбнулась мне в ответ.
Ещё можно почитать:
Ставьте 👍, если дочитали.
✅ Подписывайтесь на канал, чтобы читать еще больше историй!