София стояла у окна и смотрела на вечерний город, когда Артем вошел в гостиную с бокалом виски. Три года назад она переехала в эту квартиру как в сказку — просторная трешка в самом центре, с видом на парк и с высокими потолками. Артем тогда водил её по комнатам, показывая каждую деталь ремонта, каждый выбранный им лично светильник.
— Вот здесь я заказывал мрамор из Италии. Видишь эти прожилки? Я лично ездил на склад выбирать плиты, — говорил он тогда, и София кивала, восхищаясь его вкусом.
На годовщину их третьего года брака Артем устроил прием. Гости восхищались интерьером, а муж с гордостью рассказывал про каждую инвестицию в ремонт. София накрывала на стол, улыбалась, подливала вино. Она заметила, как Артем говорит "моя квартира", "мой выбор", "я решил", и ни разу — "мы" или "наше". Но тогда она отмахнулась от этой мысли. Наверное, просто привычка.
Первые звоночки появились через месяц после праздника. София принесла из магазина несколько книг по дизайну интерьеров — она работала в небольшой студии и мечтала развиваться в этой сфере. Поставила их на полку в гостиной, рядом с глянцевыми альбомами по архитектуре, которые Артем когда-то купил для красоты.
— София, ты зачем это сюда положила? — Артем вернулся с работы и сразу направился к полке. — Здесь концепция. Видишь? Минимализм. А ты захламляешь пространство.
— Но это всего три книги, — попыталась возразить София. — Они же по теме.
— Не важно. Убери в шкаф. Это моё пространство, я его выстраивал годами. Не надо вносить хаос.
София сглотнула и молча убрала книги. Потом её папки с эскизами переехали со стола на балкон. Потом карандаши и маркеры исчезли из виду. Она начала чувствовать себя гостем, который должен соблюдать правила приличия и не раскидывать свои вещи где попало.
В выходные приехала Анна Петровна. Свекровь любила появляться без предупреждения и сразу начинать инспекцию. Она прошлась по кухне, провела пальцем по столешнице, заглянула за холодильник.
— Софиюшка, а здесь пыль. И плинтус какой-то грязный. Артемушка так старался, когда эту квартиру ремонтировал! Сколько денег вложил, сколько сил. Нужно беречь, понимаешь?
София стояла у плиты и помешивала суп. Она молчала, потому что знала — любые оправдания прозвучат как дерзость.
— Ты понимаешь, сколько он потратил на этот ремонт? — продолжала Анна Петровна, садясь за стол. — Ему досталось после деда, конечно, но он вложил туда миллионы. Миллионы! Это его собственность, его труд. Ты должна ценить, что живешь в таких условиях.
— Я ценю, — тихо ответила София, не поворачивая головы.
— Ну, посмотрим, — фыркнула свекровь. — Девочки сейчас избалованные. Думают, что всё само собой достанется.
София разливала суп по тарелкам и чувствовала, как напрягаются мышцы на спине. Она старалась не думать о том, что когда-то представляла их с Артемом как команду. Как семью. А сейчас ощущала себя прислугой, которую терпят из милости.
Артем стал задерживаться на работе. Он звонил и спрашивал, что София делает, переставляла ли что-нибудь, открывала ли окно в спальне.
— У нас важный проект, — объяснял он. — С новой коллегой работаем. Юлия, её зовут. Толковая девушка, быстро схватывает.
София слушала и кивала в трубку. Она не ревновала тогда. Просто отмечала, что муж стал другим. Более нервным. Более требовательным.
Однажды вечером София зашла в ванную и не обнаружила своих косметических масел, которые держала на полке. Она использовала их после душа — лаванда и иланг-иланг, успокаивающие ароматы после рабочего дня.
— Артем, ты не видел мои масла? — спросила она, выходя в гостиную с полотенцем на голове.
— Выбросил, — не отрываясь от ноутбука, ответил муж. — Они воняли на всю квартиру. У меня от них голова болела.
— Но я их недавно купила. Ты мог хотя бы сказать.
Артем поднял на неё глаза. Холодные. Непроницаемые.
— София. Это моя квартира. Здесь должен стоять запах, который нравится мне. Не тебе. Понятно?
Она отступила на шаг, словно получив пощечину. Потом развернулась и ушла в спальню. Села на край кровати и посмотрела на свое отражение в зеркале шкафа. Кто она здесь? Жена? Или временная квартирантка?
В телефоне Артема появились сообщения от Юлии. София не подсматривала специально — муж сам оставлял телефон на столе, экраном вверх. Сообщения всплывали одно за другим. Смешки. Эмодзи. Фотография из какого-то ресторана. "Спасибо за вечер, было классно".
София подняла глаза на Артема. Он смотрел на неё и усмехался.
— Что-то не так? — спросил он.
— Нет, — ответила София и отвернулась.
Она поняла тогда, что её мнение больше не имеет значения. Артем демонстрировал это с каждым днем всё откровеннее.
Через неделю у них был семейный ужин. Родители Артема, его сестра с мужем. София накрывала на стол, когда в дверь позвонили. Открыла — на пороге стояла девушка лет двадцати пяти, в обтягивающем платье и с яркой помадой.
— Привет! Я Юлия. Артем пригласил, — она прошла в прихожую, не дожидаясь приглашения.
София растерянно посмотрела на мужа. Артем пожал плечами.
— Юля с работы. Подумал, что ей будет интересно.
Юлия вела себя как хозяйка. Она прошлась по квартире, восхищаясь интерьером, задавала вопросы Артему о ремонте. Муж отвечал с энтузиазмом, почти не отрывая от неё взгляда. Анна Петровна улыбалась и поддакивала, расспрашивая Юлию о работе и жизни.
София сидела на краешке дивана и чувствовала себя лишней на этом празднике жизни. Потом встала и ушла на кухню. Там она прислонилась лбом к холодильнику и зажмурилась. Слезы душили, но она не давала им выйти.
Дверь открылась. Вошел Артем.
— Что ты здесь делаешь? Выйди к гостям. Неприлично.
— Мне нужно минуту, — прошептала София.
— Тебе нужно быть там, где я сказал. Это мой дом, мои гости. Не устраивай сцен.
Она подняла на него глаза, и Артем отступил на полшага, видимо, испугавшись того, что прочитал в её взгляде. Но потом выпрямился и ушел. София вернулась в гостиную через пять минут, с вымытым лицом и натянутой улыбкой.
Каждый день превращался в хождение по минному полю. София боялась переставить чашку, включить другой канал на телевизоре, купить что-то для дома. Артем контролировал всё. Он начал оставлять чеки на бытовые покупки, будто доказывая, что именно он содержит это жилище.
— Ты понимаешь, сколько я трачу на коммуналку? На интернет? На всё это? — спросил он однажды за завтраком. — Ты живешь здесь по моей доброте. Не забывай.
София молча ела овсянку. У неё в шкафу лежала папка с документами. Паспорт. Свидетельство о браке. Трудовая книжка. Договор аренды небольшой квартиры, который она нашла через знакомых, но пока не подписала. Просто на всякий случай.
Вечером в четверг Артем вернулся домой раньше обычного. София только что занесла из магазина покупки, среди которых был новый коврик для прихожей. Старый истрепался, и она решила заменить. Простой, нейтральный, бежевый.
Артем остановился в дверях и уставился на коврик.
— Это что?
— Коврик. Старый был грязный, я...
— Кто тебе разрешил покупать что-то для квартиры?
— Но это же мелочь. Он стоил тысячу рублей.
Артем шагнул вперед, схватил коврик и швырнул его в угол прихожей.
— Ты портишь вид паркета! Здесь должен быть дизайнерский коврик, а не эта дешевая тряпка! Ты вообще соображаешь, что делаешь?
София отступила к стене. Сердце билось где-то в горле.
— Артем, успокойся. Я просто хотела...
— Ты живешь здесь и думаешь, что можешь распоряжаться моим домом! — заорал он. — Каждый раз ты портишь что-то! Каждый раз!
— Ты всё время напоминаешь, что квартира твоя! Я человек, а не мебель здесь, — голос Софии дрогнул, но она не отвела взгляда.
Артем замер. На его лице отразилось удивление. Потом гнев.
— Как ты смеешь так со мной разговаривать? В моем доме? — он шагнул к ней, схватил за плечи и начал трясти. — Ты должна подчиняться! Слышишь? Это моя квартира! Мои правила! Ты здесь никто!
София оттолкнула его. Резко. Неожиданно для себя. Артем споткнулся и попятился.
— Ты больше ко мне не прикасайся, — выдохнула она.
— Да как ты...
Он развернулся и пошел в спальню. София слышала, как он распахивает шкаф. Грохот. Одежда летит на пол. Её одежда. Платья, кофты, джинсы — всё вперемешку с вешалками и коробками.
— Убирайся! — ревел Артем из комнаты. — Прямо сейчас! Выметайся из моего дома, неблагодарная!
София вбежала в спальню. Её вещи лежали грудой на полу. Артем стоял посреди этого хаоса, красный, тяжело дышащий.
— Ты сошел с ума, — прошептала она.
— Я сошел с ума? Я?! Это ты не умеешь ценить! Не умеешь быть благодарной! Вон отсюда!
За стеной что-то стукнуло. Соседи. Им явно было слышно всё. София схватила сумку, начала запихивать туда вещи. Руки тряслись. Она не разбирала, что берет. Просто хватала и кидала.
— И знаешь что? — выкрикнула она, не оборачиваясь. — Я знаю про Юлию. Про ваши рестораны. Про сообщения. Думаешь, я слепая?
Артем замолчал. Тишина длилась секунду. Две.
— И что? — холодно спросил он. — Ты думала, у тебя есть право меня контролировать?
София застегнула сумку и развернулась. Посмотрела на мужа. На этого чужого, злого человека.
— Ты жалкий, — сказала она. — И я потратила на тебя три года жизни.
Она вышла из спальни, схватила в прихожей куртку и распахнула входную дверь. Холодный ноябрьский воздух ударил в лицо. София сбежала по лестнице. На улице достала телефон дрожащими руками.
— Кирилл? Это я. Можно к тебе приехать?
— Конечно. Что случилось? — голос брата был встревоженным.
— Потом объясню. Я уже вызвала такси.
София стояла на тротуаре, прижимая сумку к груди. Город шумел вокруг. Люди спешили по своим делам. Никто не обращал на неё внимания. Она вдохнула полной грудью. Холодный воздух обжигал легкие, но впервые за долгое время ей казалось, что она дышит по-настоящему.
Первые месяцы были тяжелыми. София снимала комнату у Кирилла и его жены Ольги, не хотела быть обузой. Она устроилась на работу в крупную дизайн-студию, брала дополнительные заказы по вечерам и выходным. Деньги уходили на адвоката, который занимался разводом. Артем сопротивлялся, требовал какие-то компенсации, пытался доказать, что София должна ему за три года проживания в его квартире.
— Он не в себе, — говорила Ольга за ужином. — Кто так себя ведет?
София молчала. Она сменила номер телефона, удалила все социальные сети, попросила друзей не передавать Артему никакой информации о себе. Ей было всё равно. Она просто хотела, чтобы этот человек исчез из её жизни навсегда.
Развод оформили через три месяца. София вышла из здания суда и почувствовала, как с плеч падает невидимый груз.
Она начала собирать портфолио. Заказы становились всё интереснее. Люди рекомендовали её друг другу. София проектировала интерьеры квартир, небольших офисов, кафе. Работала по ночам, не жалела себя. Копила деньги.
Через три года после развода она нашла однушку в тихом районе на окраине города. Рядом парк. Хорошие школы и детские площадки. Просто спокойное место. София взяла ипотеку и купила эту квартиру. Она была пустой, с голыми стенами и старым паркетом.
София сама разработала дизайн. Светлые стены. Много дерева. Большие окна с легкими шторами. Книжные полки во всю стену в гостиной. Рабочий стол у окна. Уютная кухня, где можно готовить и не бояться, что кто-то будет проверять чистоту плинтусов.
Она обставляла квартиру постепенно. Покупала вещи, которые нравились ей. Не кому-то ещё. Только ей. На полке появились её любимые масла. На столе — стопка книг по дизайну. На стене в спальне — фотографии с друзьями и семьей.
София открыла небольшую студию. Сняла офис на двоих с подругой-дизайнером. Они работали вместе, делили расходы и радости. Заказов становилось всё больше. Студия росла.
А Артем расстался с Юлией. Их совместная жизнь продлилась всего год. Она вытянула из него деньги на какой-то бизнес-проект, который оказался фикцией, и исчезла с другим мужчиной. Мужчина остался один в своей идеальной квартире. Без Софии дом стал пустым. Он пытался нанять домработницу, но никто не задерживался дольше месяца. Его требования и скандалы выносили немногие.
Однажды утром София подъехала к своей студии и увидела знакомую фигуру у входа. Артем стоял с букетом роз. Дорогих. Огромных. Красных.
София вышла из машины и остановилась в нескольких шагах от него.
— Привет, — сказал Артем. Голос звучал неуверенно. — Я хотел поговорить.
— Нам не о чем говорить, — ответила София, доставая ключи от студии.
— Подожди. Пожалуйста. — Он шагнул вперед, протягивая букет. — Я ошибался. Я понял это. Я был неправ. Прости меня.
София посмотрела на цветы. На Артема. На его лицо, которое когда-то казалось родным.
— Я всё продумал, — продолжал он. — Мы можем всё начать заново. Я готов. Готов делить с тобой квартиру. Официально. В собственность. Пополам. Я изменился, София. Правда.
— Артем, — тихо сказала София. — Мне не нужна твоя квартира. Мне не нужно ничего, что с тобой связано.
— Но мы же были счастливы. Вспомни.
— Нет. Не были. Я просто не понимала этого.
Она открыла дверь студии и обернулась.
— Не приходи больше. Пожалуйста. У меня своя жизнь. И мне хорошо.
София вошла внутрь и закрыла дверь. Через стекло видела, как Артем стоит с букетом, растерянный и маленький. Потом разворачивается и уходит.
Вечером София вернулась домой. Её дом. Её квартира. Её пространство, где никто не имел права указывать, что и где должно стоять. Она сварила кофе, включила музыку и села к столу доделывать проект для нового клиента.
На подоконнике стоял кактус, который наконец зацвел после двух лет ожидания. София улыбнулась, глядя на крошечный розовый бутон. Всему своё время. Даже счастью.