Найти в Дзене
Ольга Брюс

Подкидыш

На улице Эдичка потребовал вызвать такси класса «люкс»: — Меня люди засмеют, если приду пешком. Мне так по статусу не положено. — Милый, давай немного прогуляемся, — выкрутилась Лена. — Пусть другие выкаблучиваются, заказывая такси. А мы будем выглядеть как пара, которая между делом зашла в такое заведение просто потому, что шли мимо и решили заглянуть. Она наивно похлопала глазками, надеясь, что муженек поймет её верно. Так и получилось. Эдичка гордо приосанился и кашлянул с многозначительным видом: — Ну да, в этом что-то есть, пожалуй. В заведении Эдичка показал себя во всём блеске барских замашек. Долго и нудно изучал меню, дотошно выспрашивал, из чего готовятся выбранные блюда, наплёл про уволенного шеф-повара итальянской кухни. Лена, которая раньше не замечала за своим избранником подобных манер, была шокирована его поведением. На фоне расфуфыренного Эдички Герман виделся женщине образцом воспитанности и скромности, потому что никогда не позволял себе неуважительного отношен
Оглавление

Рассказ "Сердце под замком"

Глава 1

Глава 4

На улице Эдичка потребовал вызвать такси класса «люкс»:

— Меня люди засмеют, если приду пешком. Мне так по статусу не положено.

— Милый, давай немного прогуляемся, — выкрутилась Лена. — Пусть другие выкаблучиваются, заказывая такси. А мы будем выглядеть как пара, которая между делом зашла в такое заведение просто потому, что шли мимо и решили заглянуть.

Она наивно похлопала глазками, надеясь, что муженек поймет её верно. Так и получилось. Эдичка гордо приосанился и кашлянул с многозначительным видом:

— Ну да, в этом что-то есть, пожалуй.

В заведении Эдичка показал себя во всём блеске барских замашек. Долго и нудно изучал меню, дотошно выспрашивал, из чего готовятся выбранные блюда, наплёл про уволенного шеф-повара итальянской кухни. Лена, которая раньше не замечала за своим избранником подобных манер, была шокирована его поведением. На фоне расфуфыренного Эдички Герман виделся женщине образцом воспитанности и скромности, потому что никогда не позволял себе неуважительного отношения к работникам сферы услуг. Зато Эдичка вел себя так, словно всё заведение было лично ему что-то должно и обслуживающий персонал должен был встречать его чуть ли не на коленях.

Лена не подозревала, что ради женитьбы на ней и относительно комфортной жизни Эдичка развёл на деньги очень состоятельную женщину-пенсионерку. Она всю жизнь откладывала деньги на всякий случай, по её словам. Купить жильё в коттеджном городке, куда было не так легко попасть, помог её единственный сын, который уехал потом за границу и общался исключительно по видеосвязи. Эдичка пообещал ей консультацию очень авторитетного светила медицины и добавил, что тот ищет себе даму сердца. Даже несмотря на то, что возраст перевалил за семьдесят. Чтобы была последняя истинная любовь по сценарию «И умерли они в один день». А еще он готовился открыть клинику, чтобы назвать её в честь своей последней любви. Сентиментальная старушка почему-то клюнула на удочку и тут же перевела деньги на счёт Эдички:

— Пусть это будет моим посильным вкладом в благое дело. Ты только выбери более удачные фотографии, чтобы человек не испугался, когда меня увидит.

— О чем вы? — ахнул Эдичка. — Он же с первого взгляда потеряет голову при виде вашей неземной красоты!

Понятное дело, что никакого знакомства не произошло. Эдичка благополучно сменил номер телефона и исчез с горизонта, посвятив себя целиком процессу приручения Лены. Его детское поведение было для новой знакомой словно бальзам на душу после слишком уравновешенного и слегка суховатого Германа, который терпеть не мог сюрпризы.

Но сейчас, глядя на то, как Эдичка выпендривается перед персоналом, Лена ощущала что-то вроде легкого сожаления. Когда была женой Германа, она часто видела, как он держался, и восхищалась тем, как он легко и непринужденно мог расположить к себе практически любого собеседника. Но Эдичка… он напоминал капризного маленького ребенка, в лучшем случае -подростка, который всеми силами старается доказать окружающим свою крутизну.

Лена стала ловить себя на мысли, что ей уже как-то неловко выходить в свет рядом с таким мужем. Потому что у Эдички манеры были как у законченной истерички, а сам он не считал свое поведение чем-то из ряда вон. Напротив, мужчина всячески подчеркивал свою «изюминку» и говорил, что благодаря этому отличается от остальной безликой серой массы.

Когда супруги приступили к ужину, Эдичка с жадность накинулся на еду, напомнив жене:

— Платишь ты, потому что это твоя затея. Я бы и дома поел, если бы ты приготовила.

Лене не оставалось ничего другого, кроме как послушно кивнуть. Она без особого желания ковырялась вилкой в своей тарелке и думала, что жизнь с Германом всё-таки имела больше плюсов. Тогда и голова не болела о том, как достать деньги и на сколько их хватит. Герман никогда не требовал подарки, предпочитая дарить их любимой жене и получая от радости на её лице искреннее удовольствие. Эдичка оказался его полной противоположностью. Особенно в плане чистоплотности.

Лена помнила, как неприятно удивилась, обнаружив грязное белье мужа среди чистых вещей. Эдичка с невозмутимым видом лежал на диване в одежде, заляпанной кетчупом и майонезом. До этого мужчина с аппетитом съел обед, привезённый доставкой, не оставив жене ни кусочка.

— Да я думал, что ты уже поела, — промычал Эдичка. — Лен, поставь чайник, во рту пересохло от жареного и острого.

— А мне чем перекусить? — зло спросила тогда Лена, на что молодой супруг честно ответил:

— Понятия не имею. Что найдешь, всё твоё.

Тогда Лена подумала, что Эдичке стало совестно от своего поступка, и он не нашёл других слов. Но зато сейчас она была уверена в том, что вот он, настоящий, со своими глупыми замашками и невоспитанностью.

Эдичка оказался умелым манипулятором. Он регулярно устраивал супруге эмоциональные качели, то обвиняя её во всех бедах, то обещая ей достать любую звезду с неба. Особенно ему нравилось после очередной встряски мириться с Леной в спальне, не давая женщине спать всю ночь. Эдичка клялся жене в любви, твердил о том, что не сможет без нее жить и уничтожит любого, кто посмеет посмотреть в сторону Лены.

— Что моё, то моё, —говорил он, тяжело дыша после очередного сеанса любви. — Никто не посмеет увести тебя, я не позволю. Я тебя слишком сильно люблю.

Но это не мешало Эдичке откровенно строить глазки другим особам женского пола, которые охотно отвечали на его заигрывания. Одна из таких красоток особенно запомнилась Лене тем, что ляпнула обидное:

— Что вы постоянно цепляетесь за сына? Он уже взрослый, оставьте его в покое.

Лена тогда чуть дар речи не потеряла. Зато у Эдички резко возросла самооценка:

— Офигеть! Ты слышала? Она считает, что я выгляжу намного моложе тебя. Будто я твой сын! Ха! Может, нам не стоит появляться вместе на людях, а то тебе же неловко будет.

— Нет, она просто имела в виду, что тебя пора отшлепать за твою наглость, — нашла, что ответить Лена и мило улыбнулась: мол, ничего страшного не произошло, это всего лишь шутка.

Сидя за столиком напротив супруга, Лена понимала, что сделала неверную ставку. Но гордость не позволяла признаться в этом. Да и Эдичка, накосячив, становился на редкость нежным и страстным, за что и получал прощение. Выпустив противную отрыжку, мужчина усмехнулся:

— Дорогая, ты почему такая кислая? Это же была твоя идея поужинать здесь. Кормят неплохо, хотя домашняя еда мне больше нравится.

Настроение женщины было окончательно испорчено появлением ещё одной личности, которую Лена никак не ожидала здесь увидеть:

— Ой, и кого это сюда принесло? Неужели моя бывшая невестка? А это тот самый подкидыш, которого ты усыновила, назвав своим мужем?

Лена помрачнела, увидев свою бывшую свекровь. Зинаида, напротив, радостно улыбалась, словно хищница в предвкушении беспомощной жертвы. И между ними сидел Эдичка с его глуповатой улыбкой, беспомощно хлопая своими длинными прямыми ресницами.

— Ленусик, а что это за ведьма объявилась?

(в четверг)