-Ну, маташып китсен - говорит продавщица. Осознаю фразу раньше, чем понимаю, а как бы я это сказал по-русски, но прилично.
Пятерочка. Продавщица на кассе и вторая продавщица, отсевшая на специальное рабочее место рядом с пультом охраны, обсуждают какого-то сотрудника, который принялся делать какую-то не самую приятную и простую операцию на другом конце магазина.
Потому что в глаголе "маташу" закодирована не информация, что и как будет делать человек, а отношение, и даже не к нему, а к его действиям и результатам.
Если начать смотреть на слово в словарь, то можно не заподозрить сначала ничего:
вот, "гаепләргә маташу" - "попытаться обвинить" - не сразу понятно, что это не простой синоним, например, к "карау" (глагол "смотреть" в значении "пытаться").
вот "кунаклар белән маташу" - "возиться с гостями" - тут, как будто базовое значение этого слова, "возиться", "вошкаться" очень подходит для перевода слова самого по себе.
вот "геройланып маташу" - не просто "геройствует", а "строит из себя героя", "притворяется" - как будто бы тоже синоним "салыну", "салышу", "салыну", а вот вроде не совсем...
Ну а если к "маташу" прикрепляется деепричастный оборот, то... это слово обесценивает это самое любое действие. Причем, в русском переводе мне приходится подбирать, доставать из глубин русские слова на уровень C4, и еще проверять, а не вятские ли они диалектизмы, непонятные никому западнее Суры и восточнее Урала...
"шигырьләр язып маташа" - "пописывает стишки"
"скрипкада уйнап маташа" - "поигрывает на скрипке"
"киреләнеп маташа" - "артачится" (упрямствует, и говорящий это осуждает)
"яшереп маташа" - "скрытничает"
"җитдиләнеп маташа" - "серьезничать"
В русском языке ведь довольно много слов, кстати, редких, но хорошо усваиваемых в детстве, потому что в детстве часто их слышишь в свой адрес, которые используются только в сочетании "смысл действия + негативное отношение к нему". Но вот как осуждающие скажешь про того, кто хреново интегрирует интегралы? В татарском, видите, все проще - определенный вспомогательный глагол помогает вам осуждать практически все.
Дальше татар пошли только марийцы! Там у них отношение к действию прошито в суффикс глагольной формы, то есть - отношение, негативное или позитивное, к действий, на уровне форм глагола!
В марийском языке имеются глаголы с формами субъективной оценки, т.е. формами, выражающими оценку действия с точки зрения говорящего. К ним относятся ласкательные и пренебрежительные глаголы.
Ласкательные глаголы образуются суффиксами -ал, -алал, -алт, например:
мураш «петь» — муралаш «напевать»
илаш «жить» — илалаш «поживать» и др.
Пренебрежительные глаголы образуются прибавлением к основе ласкательной формы суффикса -ышт, например:
ойлаш «говорить» — ойлалаш — ойлалышташ «поговаривать»,
ошкылаш «шагать» — ошкылалаш — ошкылалышташ «вышагивать» и др.
Они переводятся на русский язык лишь приблизительно, например:
муралыштеш «вроде поёт», или «не то поёт, не то не поёт» (но говорящему пение не нравится).
Так вот, возвращаясь к сказанному продавщицей.
если у нас какой-то глагол будет в форме "нитеп китү", то есть поставлен в деепричастие, а затем добавлен как модальный глагол "китү" (уходить), то это означает не делать что-то уходя, а резко начать делать то, что описано глаголом. "Кызарып китте" - "Покраснел" (резко взял и и покраснел). "кит-сен" это 3 лицо повелительного наклонения, "пусть он.. уйдет". Значит "маташ-ып кит-сен" это "ну пусть резко начнет заниматься этим бесполезным делом". Я кучу русских вариантов придумал, ровно подходящих по смыслу и эмоциям. Да только ни одного из них "печатного" ))))
