Знаете этот тип женщин? Они входят в комнату, и воздух сразу становится тяжёлым, словно перед грозой. У них всегда идеально уложенные волосы, поджатые губы и взгляд рентгеновского аппарата, ищущего пыль на плинтусах. Тамара Ивановна была именно такой, которая считает, что ей все должны просто по факту её существования.
А есть Алина, бухгалтер и этим всё сказано, у неё в голове дебет с кредитом сходятся даже во сне. Знает цену каждой копейке, потому что эти копейки достались ей не за красивые глаза, а за бессонные ночи над отчётами и бабушкино наследство, которое она мудро пустила не на Мальдивы, а в свои бетонные стены.
Но иногда даже у самых умных женщин отключается мозг, обычно это происходит под воздействием гормонов любви или, что ещё хуже, гормонов материнства.
Представьте себе стандартную «однушку», не хоромы, но уютное гнездышко, купленное в ипотеку. Алина, её муж Андрей и трехмесячный Лёшка, тесновато, но жить можно, если бы четыре месяца назад на пороге не возникла Тамара Ивановна с двумя чемоданами.
— Андрюша, Алина, я тут подумала... — заявила она, вплывая в квартиру. — Давай я поживу, помогу! Вам же тяжело, две недельки, не больше.
«Две недельки» растянулись на четыре месяца.
Четыре месяца ада, Тамара Ивановна, сославшись на то, что «в её возрасте нужны ортопедические условия», оккупировала единственную комнату. Алина, Андрей и младенец переехали на кухню, вы пробовали спать на раскладушке рядом с гудящим холодильником, когда у вас под боком трёхмесячный ребёнок? Алина пробовала, каждую ночь.
Пока Алина с синяками под глазами баюкала Лёшку, из комнаты доносился заливистый храп «помощницы». «Помощь» свекрови была понятием метафизическим, заключалась в ценных указаниях.
— Алин, ну ты чего опять купила? — вещала Тамара Ивановна, лёжа на диване и переключая каналы. — Смесь эта... дешёвая какая-то, надо премиум брать, на ребёнке не экономят.
— Тамара Ивановна, так это... — Алина попыталась вставить слово, чувствуя, как дёргается глаз. — Премиум три тысячи стоит, у нас ипотека и коммуналка вот пришла... Восемь тысяч, вы воды льёте, ну просто как…
— Ой, да ладно тебе! — перебила свекровь, махнув рукой. — Я ж вам помогаю! Это вообще деньгами не измерить, а ты тут копейки считаешь. И вообще... посмотри вокруг, пыль лежит, мебель эта... ДСП какое-то. Стыдно людей позвать, живёте, ну как в хлеву, честное слово.
Алина молчала, смотрела на чек из «Пятёрочки» — пятнадцать тысяч на продукты: сырокопченая колбаса, для мамы, дорогой сыр, для мамы, красная рыбка, для мамы. Сама Алина питалась гречкой и «Марией», потому что кормила грудью, да и экономить надо было.
— Тамара Ивановна, может... ну, скинемся хоть на продукты? — тихо спросила Алина. — Я сегодня на пятнадцать тысяч набрала.
— Ой, Алин, — тут же скривилась свекровь. — Давай потом? У меня сейчас налички нет, да и карту где-то забыла, Андрюше скажи, пусть он решит.
Андрей, её муж, занимал позицию страуса.
— Алин, ну потерпи, мама скоро уедет.
— Андрей, она обещала на две недели! Четыре месяца прошло! Я просто не понимаю... Она ни копейки не платит! Твоя зарплата где? Я ипотеку тяну, а ты?
— Ну я же даю... по возможности, — мямлил Андрей, отводя глаза. — Ой, я карту забыл пополнить, потом переведу.
«Потом» не наступало, Алина терпела, ради сына и призрачной надежды, что «всё наладится». Работала ночами, пока её мужчины спали, превратилась в тень, а Тамара Ивановна цвела, хходила по квартире королевой, брезгливо морщила нос при виде икеевского комода и по телефону громко рассказывала подругам:
— Ой, Валюша, ты бы видела... Живут в нищете. Невестка совсем, ну просто опустилась, ходит в халате, голова немытая, Андрей пашет, у станка, можно сказать, а дома ноль уюта, приходится мне всё тянуть...
День Икс настал в пятницу, корпоратив строительной фирмы, где Андрей работал прорабом. Директор, Игорь Семёнович, мужик старой закалки, любил семейные ценности и пригласил сотрудников с жёнами.
Андрей носился по квартире как ужаленный.
— Алин, давай быстрее, там люди будут, надо соответствовать!
Алина посмотрела на свой гардероб, декрет не время для кутюра, достала единственное приличное платье, купленное ещё до беременности.
Тамара Ивановна вышла из комнаты при полном параде, на ней был бежевый костюм. Алина знала этот бренд, видела бирку, которую свекровь «случайно» забыла на столе неделю назад, 25 000 рублей.
— Откуда деньги? — мелькнуло в голове у Алины, но она промолчала.
Ресторан «Панорама» сиял огнями, пятьдесят человек гостей, дорогие закуски, хрусталь, живая музыка. Алина чувстсвовала себя чужой на этом празднике жизни, сидела тихо, покачивая коляску с Лёшкой, который, к счастью, спал.
Тамара Ивановна была в ударе, порхала между столами, очаровывая коллег сына.
— Ой, а давай закажем ещё вина! — громко предлагала она соседям по столу. — Гулять так гулять! Кто заказывает, тот... ну, разберёмся!
И тут наступила тишина, тост говорил директор, после тоста повисла пауза, и в этой паузе звонко, прозвучал голос Тамары Ивановны, сидела рядом с Алиной и, видимо, решила, что настал момент показать, кто тут главный.
— Алиночка, милая, — сказала она так громко, что обернулись даже официанты. — Ну ты бы хоть... ну я не знаю! Что ж ты в этом тряпье пришла? Позоришь Андрея! Неужели нельзя было купить что-то приличное? Вон, жена Игоря Семёновича, королева! А ты... Мужу надо соответствовать, он работает, устаёт, а ты... Сними это немедленно, ну просто глаза мозолит!
Время остановилось, Алина почувствовала, как кровь отлила от лица, видела глаза жены директора, в них было сочувствие, видела глаза Андрея, который покраснел и уткнулся в тарелку.
— Мам, ну... — только и выдавил он.
— Что мам? — не унималась свекровь. — Я правду говорю, кто-то должен ей сказать!
«Вот так... — подумала Алина. — Приютила, обогрела, накормила и получила пинок».
Алина встала, взяла на руки проснувшегося Лёшку.
— Хорошо, что вовремя предупредили, — сказала она тихо, но в тишине зала это прозвучало отчётливо. — Да уж... опыт берёт дорого, но объясняет доходчиво.
Она развернулась и пошла к выходу.
— Алин, ты чего?! — Андрей дёрнулся было за ней. — Ну куда ты?
— За кофе в магазин, — бросила она, не оборачиваясь.
В машине телефон разрывался, звонил Андрей.
— Ты сцену устроила, мама в шоке! Вернись и извинись!
Алина сбросила вызов, а потом пришло сообщение: «Мама сказала: или ты ставишь мозги на место, или помощи не жди, сама будешь крутиться».
Алина рассмеялась.
— Ну правильно говорят... не делай добра — не получишь зла.
Посмотрела на спящего сына.
— Ничего, Лёшка, сейчас мы змею с груди скинем.
Она поехала не домой, а к подруге. Света, услышав историю, только головой покачала:
— Да уж... бывает, уходят, прихватив что-то ценное, но тут, похоже, ты сама всё вынесешь.
Суббота. Утро. 7:30.
Город еще спит, Алина стояла перед дверью собственной квартиры, рядом стоял мастер.
— Девушка, точно ваша? — зевнул он.
— Моя, — твёрдо сказала Алина. — Я сама сюда никого больше не пущу, для меня чужие в доме, это огромный стресс, вскрывайте.
Звук сверла был прекрасен, через пять минут дверь поддалась. Запах перегара, на кухне, на раскладушке, спал Андрей, а в комнате, на её кровати, храпела Тамара Ивановна.
Алина действовала быстро, прошла в комнату, взяла чёрные пакеты, бежевый костюм за 25 тысяч полетел в пакет первым.
— Вот так вот, — шептала Алина, запихивая блузки. — Пригрела змею, жрала мои обеды, пила мой чай... хватит.
Три огромных мешка Алина выставила их на лестничную площадку, вернулась на кухню, написала записку:
«Тамара Ивановна, вещи в подъезде. Ищите квартиру без «тряпья»., ключи верну Андрею, когда он свои манатки заберет. Алина».
Положила записку на стол и вышла.
— Меняйте замок, — сказала мастеру. — Чтобы ни одна... нога сюда больше не ступила.
Телефон ожил в 10 утра, Алина включила громкую связь.
— Ты что творишь?! — орал Андрей. — Мы выйти не можем, замки не те!
— Вертушку поверни, — спокойно сказала Алина. — И валите.
— Куда валить?! Где вещи мамы?!
— В подъезде, я же написала.
— Ты совсем?! Мать в шоке, давление! Ты вообще кто такая, чтобы мать выгонять?!
— Я хозяйка, — отрезала Алина. — Это моя квартира, я её купила, а твоя мать... жила тут, ела, пила, полы не мыла... и ещё рот открывает? Нет уж, урок усвоен.
— Да как ты смеешь! Это моя мама, ей идти некуда!
— А мне плевать, снимите квартиру, ты же работаешь у станка, устаёшь... Вот и оплати.
— У меня денег нет! Я... я карту забыл пополнить!
— Ну вот и вспомнишь заодно, вовремя я опомнилась, вовремя выгнала.
Она нажала «отбой».
Прошло две недели.
Андрей с мамой сняли «однушку» на окраине, за 40 000. Оказалось, костюм в кредит, денег нет, Тамара Ивановна сидела в "хрущевке" и ныла:
— Змею пригрели! Кусает кормящую руку!
Хотя чья рука кого кормила, вопрос риторический. На работе Андрея лишили премии, жена директора шепнула мужу пару ласковых, а Алина живёт в своей квартире.
Вечером пришла смс от Тамары Ивановны:
«Алиночка... ну погорячилась я. Мы же свои люди, давай закажем пиццу, посидим, поговорим? Андрюша скучает...»
Алина усмехнулась.
— Ага, давай закажем... за мой счёт, конечно.
Она набрала ответ:
«Опыт, дело наживное, ударило по темечку и сразу поумнела. Я сама справлюсь, а вы ищите скидки на пиццу в другом месте».
Заблокировала номер.
Удовольствие от того, как паразитов выставляют за дверь, заменяет полгода терапии. Это вам подтвердит любой, кто хоть раз тянул на себе "бедную семью". Женщины, которые уже давно сняли розовые очки и научились защищать свое, оценили эту историю: