Найти в Дзене
Зинаида Павлюченко

Опустел дом под горой 27 Дом под горой

Дом под горой стоял пустой. Внучке Маше дедушка с бабушкой купили там же в станице небольшую хатку, как только она заговорила, что пойдёт замуж. Хатка была небольшая, но ухоженная. Оббили её предыдущие хозяева деревянными досочками. Глава 27 Через год не стало и Зои. Очень сильно тосковала она. Все вокруг ей говорили, что нужно простить и отпустить боль. - Петра не вернуть, - говорила кума. – Да ты вспомни, как с ним жила. Не стоит он того, чтобы так убиваться. Но Зоя никак не могла отделаться от воспоминаний. Ей стал белый свет не мил. Не хотелось смотреть телевизор, не хотелось подниматься с кровати, выходить со двора, разговаривать ни с кем не хотелось. После смерти отца дети как-то отдалились. Они занимались расчисткой его домишки и с матерью редко общались. Им было некогда. А мать и не навязывалась. Весь двор и комнаты были завалены металлом, проводками и проводочками. В сараях стояли штабелями старые телевизоры, которые Пётр собирался когда-нибудь разобрать на запчасти. Да так р
Дом под горой. Картинка создана ИИ.
Дом под горой. Картинка создана ИИ.

Дом под горой стоял пустой. Внучке Маше дедушка с бабушкой купили там же в станице небольшую хатку, как только она заговорила, что пойдёт замуж. Хатка была небольшая, но ухоженная. Оббили её предыдущие хозяева деревянными досочками.

Глава 27

Через год не стало и Зои. Очень сильно тосковала она. Все вокруг ей говорили, что нужно простить и отпустить боль.

- Петра не вернуть, - говорила кума. – Да ты вспомни, как с ним жила. Не стоит он того, чтобы так убиваться.

Но Зоя никак не могла отделаться от воспоминаний. Ей стал белый свет не мил. Не хотелось смотреть телевизор, не хотелось подниматься с кровати, выходить со двора, разговаривать ни с кем не хотелось.

После смерти отца дети как-то отдалились. Они занимались расчисткой его домишки и с матерью редко общались. Им было некогда. А мать и не навязывалась.

Весь двор и комнаты были завалены металлом, проводками и проводочками. В сараях стояли штабелями старые телевизоры, которые Пётр собирался когда-нибудь разобрать на запчасти. Да так руки и не дошли. Он был очень занятый человек. Постоянно во дворе стояли у него чужие машины и мотоциклы. Менял проводку, вдыхал новую жизнь в старьё.

Когда заболел и почувствовал себя совсем плохо, только тогда обратился к врачам, а заказчиков стал прогонять. С врачами успел переругаться в районной поликлинике со всеми. Заведующей пообещал выкинуть в окно, когда его анализы потеряли. Анализы нашлись. Правда, неизвестно чьи. Он и в Краснодаре со всеми переругался. Двоюродному брату, работающему в клинике и преподающему в Медакадемии, известному профессору, быстренько донесли, какой скандалист Пётр Павлович. Иван ни разу в больницу не заглянул, опасаясь прославиться. Не пристало профессору слушать ор какого-то деревенского идиота. Позвонил один раз по телефону:

- Тебе нужна химия. Скоро выпишут и поезжай домой. Капельницы будешь принимать в районной больнице. Доктор тебе напишет назначение.

Вот и вся помощь от двоюродного брата, с которым вместе бегали по горе.

Обида на весь свет затмевала Петру разум. В своём домишке он был один. Часто, закрывшись, включал звук телевизора на всю мощь и кричал. Дико и страшно кричал. Соседи слышали, но не вмешивались, зная его скандальный характер.

В тот свой последний день, он собирался ехать в район, сделать кардиограмму. Каждый раз перед поездкой на капельницу, нужно было проходить электрокардиограмму. Была зима. Пётр вышел в гараж, выгнал машину и завёл двигатель, чтобы прогрелся. Вернулся в комнату. Переоделся. Замкнул двери и упал.

Соседи обратили внимание только на третий день, что у Петра гараж открыт, горит свет. Машина стоит у гаража, а хозяина не видно. Позвонили сыну. Тот примчался через несколько минут. Открыл дверь в тамбур перед входной дверью и увидел отца. Лежал он, скрючившись, лицом вниз.

- Лёха, не трогай его. Вызывай скорую и полицию. Он – готов, - сказал подошедший сосед.

Сын не поверил. Потрогал посиневшее лицо отца и заплакал. Лицо было ледяное. Вызвал полицию и скорую. Через день отца похоронили на маленьком станичном кладбище. Пётр как-то говорил сыну, чтобы похоронили его рядом с тёщей. Но рядом все места уже были заняты. Могилу сделали напротив и немного наискосок, там, где было место.

Н металлоломе дети заработали неплохо. Медь, алюминий, всё, что складировалось во дворе и в хате, сдали. Домик подкрасили, побелили в комнатах и продали.

Зоя сразу отказалась от претензий на наследство.

- Мне от него ничего не нужно, а то будет приходить каждую ночь и нервы мотать. Продавайте, делите. Мне ничего не нужно от него. И память мою заберите. Измучила она меня.

Дети потом укоряли её, что не поехала на похороны.

- Все там были, тебя ждали, а ты не поехала, - сказала дочь.

- Правильно я и сделала, что не поехала. И так еле передвигаюсь, а то и вовсе… Там одна Оля чего стоит. Поздоровались со своей второй мамочкой? Облобызались? Поплакали вместе?

- Да. И обнялись, и поплакали. Она с дочкой была. На поминках даже и 100 граммов не выпила. Только ела да слёзы вытирала, - ответила Ирина.

- Бедная Ольга Павловна, - усмехнулась Зоя. – Какая любовь была! 18 лет пила с ним наравне. А как заболел, так домой, в свою хату ушла. Видно, совсем тяжко стало. Царство Небесное рабу божьему Петру. Потрудился и почудил немало. Пусть теперь отдыхает.

Зоя перекрестилась и взяла конфету из поминального пакета.

- Саша плакал за дедом, - сказал зять.

- Любил его Петька, - ответила Зоя. – Первый внучек. Когда маленький был, дед его всегда на руки брал. Других не брал. А вот Сашу нянчил. Помню, исполнился Саше год. Решили отметить и Петра позвали. Тот пришёл, подарил внуку машинку на батарейках. Подвыпил. Взял пацана на руки и давай кормить с вилки. Я ему говорю, чтобы ложку взял, а он только рукой отмахивается:

- Отстань. Он будет культурным. Не то, что ты. Вилку в руках держать не умеешь.

Гости примолкли и с интересом прислушивались.

Невестка отобрала внука у дедушки и посадила в манежку. Тогда Саша ещё был один внук.

- Чё ты испугалась, Люба? Чё? Учи дитя есть не только с ложки, но и с вилки. А то будет, как баба Зоя.

Чтобы не спорить в присутствии посторонних людей, Зоя вышла в другую комнату. Пётр и туда пришёл.

- Чо, обиделась? Губы раскатала. Я что, неправду сказал? У вас с тёщей только ложки дома были. Вилок не было. Я же помню. Вот, смотри, сынок, какая твоя мать. На правду обижается.

- Я помню тот случай, - сказала дочь. – Любил отец Саню. Сказал, чтобы машину внуку отдали, если он умрёт.

- А вы что?

- Отдали. Лёша уже отогнал её к Саше в гараж. Пусть там стоит, а то дома и раскурочить могут.

***

После смерти Павла и Анастасии, дом под горой стоял пустой. Внучке Маше дедушка с бабушкой купили там же в станице небольшую хатку, как только она заговорила, что пойдёт замуж. Хатка была небольшая, но ухоженная. Оббили её предыдущие хозяева деревянными досочками. Был большой сад, огород, сараи, сараюшки и прихолабушки. Хватало места держать хозяйство. Парень оказался из соседнего небольшого посёлка, где жил Андрей со своей семьёй.

Андрей так и не вернулся в лётное училище. Остался в станице. Сначала жил со своей одноклассницей, а когда однажды напился и покалечил всех кроликов, Татьяна сбежала в ужасе от него. Ему дедушка с бабушкой тоже купили хатку. Хоть и не большую, но не старую. Хорошую. После того, как одноклассница убежала к родителям, Андрей ещё год жил один.

Отец Татьяны пригрозил ему милицией, и парень перестал преследовать девушку. Пьянствовал и проводил время с такими же забулдыгами, каким стал и сам. Там познакомился с женщиной по имени Татьяна. Было у неё на тот момент 4 детей. Она была старше Андрея на 10 лет. У неё был свой дом. Посмотрела, как Андрей живёт и позвала к себе.

На её руках была ещё парализованная старая мать. Куча детей, запах мочи, грязь не остановили парня. Он перешёл жить к Татьяне, а когда она забеременела, расписались тайком в Загсе. Родила ему жена сначала дочку, потом сына.

Девочку назвали Анастасия, а мальчика Павлом. Бабушка с дедушкой оттаяли и начали общаться с Андреем. Привечали, денег давали.

Павел часто вспоминал о том, что хотел из внука сделать настоящего человека. Но тот только отмахивался.

- Дедушка, мне и так не плохо. Таньку мою вы видели. Красавишна, и дети у нас красивые. В честь вас назвал. Вот вы скажите, кто-нибудь ещё в честь вас детей назвал?

- Нам это и не надо. А вот ты удружил. Спасибо, внук. Жаль, что лётчика из тебя не получилось, - оставался при своём мнении дед.

- Да, ладно… Чего об этом горевать. Прошлого не вернёшь. Зато у меня дети растут.

Но беда подкралась незаметно. Татьяна с каждым годом пила всё больше. Проблемы ложились на плечи Андрея. Он, как мог их разруливал. Дети учились, хоть и слабенько, но в школу ходили. Однажды поздней осенью Таню парализовало. Было ей уже 55, и она праздновала выход на пенсию. Так праздновала, что несколько дней не показывалась дома. А когда пришла, то и сказать ничего не успела, упала.

Андрей вызвал скорую. 6 часов добирались врачи к их заброшенному посёлку. Местная фельдшерица сделала Татьяне несколько уколов. Но они не помогли. В больницу её не забрали.

- Мы её не довезём. Она в машине умрёт, - сказал доктор. – Пусть лежит дома. Я напишу рецепт и пусть Ваша медсестра поколет уколы.

Три месяца пролежала Татьяна и умерла. Остались дети без матери. Андрей запил и сам чуть не отправился следом, когда полез купаться в бушующую реку. Выплыл и стал жить дальше. На работу его никуда не брали, знали, какой он работник. Приходилось ходить по людям. Там дров нарубить, там воды принести или грядку вскопать. Дети получали пенсию по потере матери. Давали денег и ему. Так и жили.

Когда Маша собралась замуж за Сашу, Андрей специально пришёл, чтобы отговорить сестру от необдуманного поступка.

- Бабушка, а ты знаешь, что Машкин жених конченный алкаш? – начал он прямо с порога.

- Лучше тебя, - крикнула внучка, выбегая на крыльцо.

- Чем же это он лучше? По малолетке срок отбыл за убийство. Говорят, плохой болезнью в колонии заболел. Его вылечили, но тубик может вернуться.

- Какой такой тубик? - спросила бабушка.

- Ба, это болезнь лёгких. Очень заразная, - ответил внук.

- Он давно вылечился. А ты иди отсюда. Ворюга. Прошлый раз стольник у меня украл.

- Прямо что украл… Просто взял на сигареты, - махнул рукой Андрей.

- Вот ты какое .овно! Просто взял… Давай деньги…

- Отстань. Я пришёл бабушке рассказать, какой у неё будущий зять. Говорят, что и травку курит.

- На табак денег нету? – возмутилась Анастасия.

Внуки переглянулись. Что со старой возьмёшь? Она ничего не понимает.

- Машка, – прогудел дед, - пойдёшь за него замуж, ни копейки не дадим. Пенсию тебе уже не платят.

- Деда, не переживай. Я работаю поварихой. Зарплату платят каждый месяц. Помои буду носить свиньям. Вырастут, зарежем. Так что проживём и без вашей помощи. Жильё у меня теперь есть. Потихоньку коровку купим, да и заживём. Сашка меня любит. А его мамка так прямо ластится ко мне, как кошка. И всё мурлыкает, какая я красивая, умная и добрая.

- Вот и хорошо, - сказал Павел. - Свадьбу хай сваты играють. Мы все денежки выгребли тебе на хату.

- Дедунь, мы уже с мамкой обсуждали этот вопрос. Никакой свадьбы не будет. Распишемся в Сельском Совете и всё.

Анастасия заплакала, вспомнив свою дочь Шурочку. Не знала Маша своей матери, а чужая тётка, то не мать.

Продолжение здесь

Главу 26 читайте здесь

Все главы читайте здесь

Дом под горой | Зинаида Павлюченко | Дзен

Всем доброго утра, дорогие мои читатели! Доброго утра, хорошего дня и тёплого вечера.