Наконец, учеба закончилась, и Анна получила на руки пластиковую карточку, подтверждающую, что она теперь может водить автомобиль.
— Ну вот, на права я выучилась, осталось мужа подготовить к тому, что скоро выйду на работу, — решила Анна.
Вечером в гостиной состоялся очень серьезный разговор. Муж категорически был против того, чтобы она шла работать. Они едва не поссорились.
— Я что, семью не смогу прокормить? Зачем тебе работать? У тебя дома работы мало? — обиженно спросил Алексей у Ани.
— Ты, наверное, хочешь, чтобы я расплылась, разжирела и ходила все время в домашнем халате, — тоже обиженно сказала Анна, и добавила:
— Женщине работа нужна для тонуса.
— И где словей-то таких нахваталась? Тонуса! Больничный сленг? — язвительно пошутил муж, и тут же принял серьезный тон.
— А я ведь забочусь и о тебе, и о девочках, много работаю. Неужели ты хочешь, чтобы вся наша семья была рабами, работала на дядю и проводила время в государственных учреждениях?
— Конечно, ты молодец, Леша, — как можно мягче сказала Аня, — и я ценю, что ты очень заботливый и много работаешь. Но не забывай — нам еще кредит за дом нужно выплачивать.
— А, его еще двадцать лет выплачивать, состариться успеем. Деньги обесцениваются, выплатим потихоньку, — беззаботно отмахнулся муж. — Если сильно нужно будет, я этот кредит за год выплачу. Бизнес процветает, дело развивается.
— Ну и отлично, — сказала Анна, — хоть и небольшие копейки в больнице, но на конфеты для девочек хватит. Я же не прошу возить меня на работу или покупать мне машину.
С последним аргументом муж согласился, сказав:
— Ну, хорошо, только тогда не говори, что я жадный муж и думаю только о себе. Я уже запланировал покупку машины для тебя, но раз ты не хочешь, тогда ладно, как хочешь. Иди, если уж так приспичило трудиться на благо общества, работай, будешь больничным рабом.
— Рабыней, — поправила его Аня.
Анжела так обрадовалась, когда увидела в дверях входившую в больничный холл Анну, что схватила ее за руки и начала кружить по залу.
— Ну, наконец-то, дорогая подруга! Решилась все-таки. И то правда, чего дома сидеть, киснуть.
Она радостно начала ей рассказывать:
— У нас тут все без изменений, главврач все тот же, заведующий отделением тоже тот самый Василий Иванович. Больные поменялись, но такие же приставучие, как и раньше. Да ты и сама знаешь — больные постоянно меняются, но всегда одинаковые.
Главврач Иван Иванович так обрадовался Анне, когда она вошла в его кабинет, что подошел к ней и заключил в свои отеческие объятия.
— Знаем, знаем, героическая мама двух девочек, молодец! Проще, значит, работать будет, ты теперь опытная.
— Да ладно, Иван Иванович, какая я опытная, у меня девочки совсем не болели. Даже ни разу простуды не было!
— Ну, вот и хорошо! — обрадовался Иван Иванович, — значит, хорошая мама, заботливая. Я могу надеяться, что ты через полгода опять в декретный отпуск не пойдешь?
— Надежда умирает последней, — засмеялась Анна.
— Но убивать ее нужно первой, говорю тебе как умудренный опытом главный врач, — засмеялся Иван Иванович.
— Ну, хватит болтать, иди уже в отдел кадров, оформляйся, — отправил он Аню.
Аня быстро разобралась с формальностями и приступила к работе.
Сегодня ее решили не нагружать, Анна зашла с дежурным врачом в три палаты, разнесла лекарства, побеседовала с больными, и попрощалась со всеми до завтра.
Выйдя с работы и сев в свой четырнадцатый автобус, Анна подумала, как хорошо все-таки жить.
Все ее мечты сбылись — у них счастливая семья, они с мужем живут обыкновенной обывательской жизнью. Пройдет не так много времени, Алена пойдет в школу, потом и Света. Они выплатят кредит за дом, начнут наконец заниматься собой, ездить на море и отдыхать. Не жизнь, а сказка.