Денис едва успел поставить палатку на самом берегу реки, как по пересохшей после знойных дней земле застучали первые тяжёлые капли. Мужчина тоскливо поднял глаза к небу и мгновенно нырнул под полог, будто от дождя можно было спрятаться, как от дурной мысли. Ну вот, сходил на рыбалку, называется. И откуда только эти тучи взялись. По прогнозу же ничего такого не обещали. Он пробормотал это себе под нос, потому что подобные сюрпризы случались с ним не впервые. Огорчаться по-настоящему не получалось, хотя досады хватало с избытком. Сейчас пройдёт, и опять будет нормально, уговаривал себя Денис. Он так ждал этого выходного, чтобы наконец выбратьраться на реку, а теперь всё шло наперекосяк.
Вообще-то на рыбалку он собирался ещё два дня назад. Но заведующий отделением, как назло, отдал отгул одному из сменных хирургов, и Денису пришлось сдвинуть свой законный выходной. Такое повторялось не раз. Причина была проста и неприятна. Денис явно не числился любимчиком у заведующего. Они были почти ровесниками, но жизнь у них складывалась по-разному. Денис поднимался сам, без подстраховки и протекции. А его начальник Николай держался на плаву, опираясь на прямую поддержку отца из министерства. Николай давно считал Дениса неудобным человеком и в клинике, по его мнению, лишним.
Денис не брал взяток и не любил поборы. Он назначал лечение так, чтобы пациент не нёс в аптеку целый список на ползарплаты, и старался обходиться минимумом действительно нужных препаратов. Сказать, что это раздражало Николая, значило сильно приуменьшить.
— Тебе больше всех надо, что ли. Какая разница, сколько потратит пациент. Хочешь им экономить помогать. — Николай заводился с пол-оборота и говорил так, будто честность была личным оскорблением.
Но Денис стоял насмерть. В клинике он оставлял рабочие проблемы за дверью ординаторской, однако дома его почти всегда поджидал новый скандал. Инициатором, разумеется, была Инга.
Инга была женщиной эффектной и прекрасно знала об этом. При каждом удобном случае она напоминала мужу, что рядом с ним живёт красавица. Обычно это становилось только вступлением, а дальше начиналась привычная часть спектакля. Претензии. Упрёки. Разговоры о деньгах.
— Ну и сколько мне ещё носить эти туфли. До пенсии. Я хочу новые. И босоножки тоже. И ещё норковую шубу. — Инга произносила это так, будто озвучивала список жизненно необходимых лекарств.
Денис даже брови поднял от неожиданности.
— Ладно, туфли так туфли. И босоножки купи, если надо. Я же не запрещаю. Но шуба-то зачем. На календаре июнь. — Он пытался говорить спокойно, хотя внутри уже поднималась усталость.
Инга вспыхнула мгновенно, словно кто-то чиркнул спичкой.
— И что, что июнь. Готовиться надо заранее. Зимой потом всё дороже. А ты мне про скидки будешь рассказывать. Туфли купи, да твоей зарплаты только на подмётки хватит. А я ещё на море хочу. И в салон красоты ходить не раз в месяц, а раз в неделю. — Она говорила всё быстрее, и в каждом слове звенело раздражение.
Возразить было трудно. Не потому что Денис соглашался, а потому что часть правды в её претензиях действительно была. Он не скрывал, что работает не ради денег. В частную клинику идти ему не хотелось. Там всё чаще строилось на поборах и благодарностях в конверте, пусть и оклад был приличный. Этого не отнимешь. Но внутренне Денис не мог принять подобные правила.
Сидя в палатке под барабанящий дождь, он думал о том, как несправедливо иногда устроена жизнь. Большинство вокруг мерило всё деньгами. Коллеги. Начальство. Даже собственная жена. А ему хотелось просто делать своё дело и спасать людей. Ну и рыбалка, конечно. Она была его второй страстью. Тихо сидеть без суеты, держать удочку, смотреть, как поплавок чуть покачивается на воде. А потом — короткий рывок, и поплавок уходит под воду, если клюнула крупная рыба.
Сегодня же дождь ломал все планы. Небо затянуло так плотно, что казалось, лить будет до вечера. Денис то и дело выглядывал наружу, хмурился и снова прятался под полог. Он мог бы собрать вещи и уехать домой. Но этого ему совсем не хотелось. И главным образом потому, что там его ждала Инга.
Совсем недавно они поругались особенно сильно, затронув больные темы. Инга снова говорила про маленькую зарплату, а Денис, не подумав, заговорил о ребёнке.
— Ребёнок. Ты издеваешься. Он что, должен в нищете жить. Сначала сделаешь ремонт, потом машину поменяешь, тогда и можно думать о малыше. — Инга почти кричала, и голос её дрожал от злости.
— Если бы наши родители рассуждали так же, нас бы просто не было. — Денис сказал это тихо, но твёрдо.
В его словах была правда. Но убедить Ингу было почти невозможно. Поэтому, когда подвернулась возможность вырваться на природу, Денис ухватился за неё, как за спасательный круг. И вот теперь он сидел в палатке и прокручивал свою жизнь, пытаясь понять, когда всё пошло так неправильно. Настроение, как ни странно, оставалось терпимым. Да и чего унывать. У природы нет плохой погоды. Эту простую мысль он повторял себе, как лекарство.
И вдруг сквозь плотную стену дождя он уловил чей-то крик. Денис замер. Это что ещё. Послышалось. Он прислушался. Вроде тишина, только шум воды и ветер. Да кто вообще будет кричать в такой глуши, да ещё и в ливень. Он уже почти убедил себя, что придумал, как крик повторился. И теперь сомнений не осталось. Голос был женский. Денис понял это сразу, безошибочно.
Он откинул полог и выскочил наружу, покидая своё хлипкое убежище. Дождь лил прилично, но в этот момент ему стало всё равно. Он побежал к берегу, стараясь разглядеть, что творится на реке. Почти сразу он увидел лодку метрах в пятидесяти от суши. Маленькое судёнышко мотало по волнам так, словно это была не лодка, а лёгкое перо. И самое странное — внутри находилась женщина.
Как она там оказалась, Денис не знал. Думать было некогда. Любой порыв ветра мог перевернуть лодку, и женщина окажется в воде. Денис сорвал с себя верхнюю одежду и, уже промокший до нитки, осторожно пошёл в реку. Вода была тёплой, по-летнему мягкой, хотя ливень успел её остудить. Лодку тем временем бросало всё сильнее, а женщина кричала отчаянно, борясь за жизнь.
Денис хотел подплыть и попытаться подтолкнуть лодку к берегу. Но сделать это оказалось гораздо труднее, чем он рассчитывал. Волны ломали траекторию, отбрасывали назад, и каждый метр давался тяжело. А ведь он был неплохим пловцом. Он регулярно ходил в бассейн и был уверен в своих силах.
Пытаясь перекричать ветер, он крикнул к лодке:
— Держитесь. Сохраняйте спокойствие. Не дёргайтесь.
Поначалу показалось, что она услышала и чуть притихла. Но через секунду случилось то, чего Денис боялся. Ему оставалось буквально несколько метров, когда резкий порыв ветра перевернул лодку. Утлая посудина качнулась, словно игрушка, и женщина исчезла в воде. По её крику Денис мгновенно понял главное. Плавать она не умеет.
Он рванул вперёд изо всех сил.
— Ну же. Ещё чуть-чуть. — Он твердил это почти себе, потому что волны глушили слова.
Но когда он оказался рядом, женщины уже не было видно. Сердце билось так, будто пыталось вырваться из груди. Неужели опоздал, мелькнуло в голове врача. Секунды решали всё. Денис набрал в лёгкие воздуха и нырнул, уходя под бурлящую поверхность.
В мутной воде почти ничего не просматривалось. Он ориентировался наощупь, как в темноте. И вдруг пальцы наткнулись на что-то тёплое и гладкое. Это была рука. Человеческая. Он крепко обхватил запястье и потянул вниз и к себе, разворачивая тело так, чтобы поднять наверх.
Он успел. Незнакомка не успела нахлебаться воды, но дышала тяжело, рвано, будто воздух царапал горло. Её то и дело тянуло вниз, но она держалась удивительно спокойно. Она не пыталась вцепиться в спасителя так, как часто делают утопающие, не тянула его за собой, не билась в панике. Это облегчало задачу и, возможно, спасло их обоих.
Денис грёб к берегу из последних сил. Дождь заметно ослаб. Порывы ветра разогнали тучи, и где-то в стороне уже начинало светлеть, будто солнце собиралось выглянуть. Когда Денис наконец почувствовал под ногами дно и дотянулся до суши, его тело дрожало. Руки и ноги сводило, мышцы ломило так, словно он пробежал несколько километров по пересечённой местности. Но думал он не о себе. Он думал только о том, как спасти женщину окончательно.
Вытянув её на берег, Денис сразу увидел то, что не заметить было невозможно. У неё был большой живот. Слишком большой, чтобы ошибиться.
Господи, она же беременна, пронеслось у него в голове. Только теперь он осознал, что вытащил из воды не одну жизнь, а две. В груди стало тепло, а губы сами собой сложились в короткую, растерянную улыбку. Дождь закончился так же внезапно, как начался.
Женщина закашлялась, отфыркиваясь, и с удивлением посмотрела на него. Она была красивой, даже сейчас, испуганная и мокрая до нитки. Денис, стараясь говорить мягче, спросил:
— Как вы вообще решились в такую погоду на реку. И почему одна.
— Простите. У меня… у меня просто не было другого выбора. Я не думала, что пойдёт дождь. Села в лодку, хотела переплыть на тот берег. А потом… потом всё завертелось. — Она смутилась, голос у неё дрожал.
И в ту же секунду она резко поморщилась, будто живот пронзила боль.
— Вам плохо. Что с вами. — Денис спросил, едва удерживая волнение.
Ответить она уже не смогла. Её лицо исказилось, дыхание сбилось. Денис опустился рядом на колени и осторожно приподнял подол платья, стараясь действовать аккуратно и быстро. Сомнений не осталось. Начинались роды. Скорее всего, их спровоцировал шок и пережитый страх на воде.
— Ой… ой… больно… — простонала она, цепляясь пальцами за мокрый песок.
— Терпите. Сейчас помогу. — Денис говорил уверенно, хотя внутри всё сжималось. — Я рядом.
Он вскочил и бросился к машине. Ему нужен был термос с тёплой водой и полотенце. Как врач он знал, как принимать роды. Но одно дело теория и практика в больнице, и совсем другое — берег реки после ливня, одна роженица и он, один на один с решением.
Женщина кричала уже во весь голос, вжимая ладони в сырой прибрежный песок. Денис вернулся быстро, присел рядом и, сам того не заметив, перешёл на более близкий тон:
— Потерпи, милая. Потерпи. Сейчас будет легче.
— А ты откуда знаешь, легче мне станет или нет. — Она простонала, не скрывая боли.
— Знаю. Я хирург. — Денис сказал это просто, как факт.
Услышав, что он действительно врач, она будто чуть отпустила страх. Её крики не исчезли, но в глазах появилось доверие. Полчаса растянулись вечностью. И всё же всё закончилось. На руках у Дениса лежал разрумянившийся малыш. Крохотное тельце было сморщенным от влаги, а лицо — удивительно живым, как будто ребёнок сразу заявил миру о своём праве на жизнь.
Денис завернул младенца в мягкое полотенце и оглянулся. Оставаться на берегу было нельзя. Матери и ребёнку нужны были условия, тепло и врачи. Он действовал безукоризненно, как мог. Помогая женщине подняться и устроиться в машине, он чувствовал внутри тихую гордость. Не показную. Настоящую. Только сейчас, когда всё немного улеглось, он узнал её имя.
— Светлана… — произнесла она слабо, когда Денис передал ей малыша.
Денис не стал задавать вопросов. Не время и не место. Он дождался, пока она устроится удобнее, проверил, как она дышит, и сказал:
— Потерпи, пожалуйста. Я отвезу тебя в родильное отделение, там тебя посмотрят специалисты. Я врач, но специализация у меня другая. Хотя, если честно, мы с тобой справились отлично.
Света с благодарностью улыбнулась, прижала к себе ребёнка и, откинувшись на спинку, устало прикрыла глаза. Денис завёл двигатель и плавно тронулся с места. Внутри у него будто пели птицы. Настроение стало даже лучше, чем утром. Пусть рыбалка провалилась, зато он сделал другое. Он спас женщину из воды и помог ей родить.
Что может быть важнее. А рыбалка… рыбалка ещё будет.
Уже на подъезде к городу Света очнулась. Она осторожно прижала малыша к груди, и Денис тактично отвернулся, делая вид, что сосредоточен только на дороге. Она молчала минуту, словно собираясь с силами, потом всё-таки заговорила:
— Я от отца сбежать хотела. Он как выпьет, сразу скандал. Кричит, что я опозорила его. Что, мол, в подолье принесу. Ну разве такое слушать можно. Я не выдержала и убежала.
Денис сжал руль так крепко, что пальцы побелели. Он спросил, но почти сразу понял по её лицу, что вопрос болезненный:
— А муж… или жених. Почему не защитил.
Слёзы выступили у неё на глазах, и Денис понял, что попал в самое больное место.
— Бросил. Он в городе остался, а я вернулась в деревню. Я верная была. Из армии ждала. Вернулся, и мы вместе с Костей в город подались. Работу нашли в богатом доме. Он по двору помогал, а я горничной была. Сначала всё нормально. Потом слухи пошли, что у Кости роман с хозяйкой. Я не верила. А потом увидела сама. Тогда всё сразу стало ясно. Мы поругались, а я ещё не знала, что беременна. Вернулась домой, и тут уже выяснилось. — Света говорила тихо, но каждое слово будто резало её изнутри.
Денис тяжело выдохнул.
— Дела, конечно, скверные. Но ты не раскисай. Если надо, я с твоим отцом поговорю. Хочет он или нет, теперь у него есть внук. И он обязан заботиться о нём.
Света посмотрела на него так, будто не верила, что рядом может оказаться человек, который говорит это всерьёз. Она явно пыталась представить, что было бы, если бы Дениса в тот день на берегу не оказалось.
Когда они подъехали к больнице, Денис сказал бодро, нарочно добавляя уверенности:
— Всё, приехали. Сейчас я поговорю с заведующим. Объясню, что случилось. Ты пока посиди в машине. Как позову, тогда пойдёшь.
Света кивнула и поправила полотенце, в которое был завернут малыш. Денис действительно управился быстро. Светлана и оглянуться не успела, как уже шла по коридору родильного отделения. Она радовалась, что всё закончилось хорошо, и держала ребёнка так, словно боялась отпустить его даже на секунду.
Проводив её взглядом, Денис улыбнулся и направился к выходу. Теперь уже рыбалка точно отменялась, и нужно было возвращаться домой. Туда, где чудеса заканчивались. Туда, где его ждала вечно недовольная Инга.
Однако дома его подстерегло совсем другое. И неприятнее любой ссоры.
История была старая, как мир. Из спальни слышались голоса. В прихожей стояла мужская обувь. Денис застыл, будто ноги перестали его слушаться. Он шагнул к двери, не чувствуя пола, и резко распахнул её, надеясь, что это окажется кошмаром или нелепым недоразумением.
Но реальность оказалась хуже любой фантазии.
Инга лежала в постели. Рядом с ней — мужчина, которого Денис отлично знал. Он выглядел спокойным и даже наглым, словно его не могли застать врасплох. Любовником Инги был заведующий отделением Николай. Между ним и Ингой была разница лет в семь, но это никого из них не останавливало.
Денис почувствовал, как внутри всё проваливается, но голос всё равно прозвучал ровно, хотя и дрогнул:
— Вот значит как. Ладно. Вы свой выбор сделали.
Инга усмехнулась. Она даже не попыталась прикрыться стыдом.
— Давай без сцен. Ты сам домой приполз раньше времени. Сидел бы на своей рыбалке и радовался. — Она произнесла это так, будто виноватым был именно он.
Николай подхватил её тон и добавил с угрозой, не скрывая удовольствия:
— Денис, скандалы нам сейчас ни к чему. А если начнёшь болтать, где не надо, я тебя сгною. С ночных дежурств не слезешь. Сам придёшь с повинной, вот увидишь.
Слова Николая уже почти не цепляли Дениса. В голове складывалась простая, холодная мысль. Под началом Николая он работать не станет. И под одной крышей с предательницей тоже не останется. В ту же секунду ему стало понятно, почему ночные смены так часто выпадали именно на его график. Видимо, таким способом Николай обеспечивал себе романтические ночи рядом с его женой.
Мешать им Денис больше не собирался.
Он в спешке набросал в спортивную сумку самое необходимое и вышел. Он не знал, куда идти и что делать завтра. Но он точно знал одно. Так жить дальше нельзя. Жизнь надо менять, и быстро.
Ночь он провёл в гостинице. Утром написал два заявления. Одно — об увольнении по собственному желанию. Второе — о расторжении брака. Когда все бумажные формальности были улажены, Денис решил навестить Светлану. Ему хотелось убедиться, что с ней и малышом всё хорошо.
К его удивлению, Светлану как раз готовили к выписке. Одна из акушерок, прекрасно знавшая, что Денис не отец ребёнка, усмехнулась и сказала с прищуром:
— А вот и папка пожаловал.
Денис только улыбнулся. Он аккуратно взял малыша на руки. Маленького Кирюшу. Ребёнок был тёплый, живой, и от этого в груди снова появилось то самое чувство, которое нельзя купить ни зарплатой, ни шубой. Света же выглядела задумчивой и чуть отстранённой. Денис понимал, почему. Он не стал задавать лишних вопросов и давить на боль.
И вдруг ему в голову пришла мысль, от которой внутри стало одновременно страшно и легко.
— Слушай, а можно я поеду в деревню вместе с тобой и Кирюшей. Я с твоим отцом поговорю. Если он упрётся, скажу, что ребёнок от меня. Работу найду. У вас ведь есть фельдшерский пункт. Наверняка есть. Там, кажется, недавно ремонт сделали. Только работать некому.
Света удивлённо посмотрела на него, словно не сразу поняла смысл.
— Ты… серьёзно хочешь переехать.
Денис улыбнулся странно, почти загадочно, и ответил честно:
— Конечно. А как иначе. И поверь, сейчас я меньше всего настроен на шутки.
Лицо Светы словно посветлело изнутри. Её из роддома забирал настоящий мужчина. В прямом смысле. Не просто забирал, а ещё и ехал с ней домой, в деревню. Радость у неё была такая, что она сама, кажется, не верила происходящему.
Слово своё Денис сдержал. Он поговорил с её отцом и встал за Свету горой. Ворчливый фермер сначала кипел, но быстро сменил гнев на милость, когда узнал, что у внука будет не только дед, но и отец. Пускай формально это было сказано ради мира, но для старика это означало опору и порядок.
Через пару дней Денис устроился в местный фельдшерский пункт. До него там работала врач-пенсионерка Зинаида Фёдоровна. Она держалась сколько могла, но сил уже не хватало. Денис вошёл в работу быстро. Он был внимателен, не равнодушен, лечил по совести, как привык. Очень скоро о молодом специалисте заговорили не только в деревне, но и дальше, за пределами района. Люди ехали к нему, потому что верили. Потому что рядом с ним становилось спокойнее.
И вот тогда Денис наконец получил то, о чём мечтал все эти годы. Он нашёл работу, где мог приносить реальную пользу. Он обрёл женщину, которая его уважала и любила. И ребёнка, который стал для него смыслом, а не пунктом в списке расходов.
А рыбалка на реке превратилась в приятный бонус. Теперь он мог взять удочку в любой день, когда появлялось время и желание. И каждый раз, глядя на воду, Денис вспоминал тот ливень. И понимал, что иногда одна сорванная рыбалка меняет жизнь куда сильнее, чем самый идеальный прогноз погоды.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: